САМЫЕ АКТИВНЫЕ:
ЛУЧШИЙ ЭПИЗОД И ИГРОКИ НЕДЕЛИ:

Добро пожаловать на ролевую игру GALAXY FAR, FAR AWAY по известной вселенной Star Wars. Действия игры разворачиваются во всех временных рамках, учитывая расширенную вселенную. А это значит, что у нас будут рады и Ревану, и графу Дуку под руку с принцессой Леей и «не последним» товарищем Финном. Игра разделена на зоны, где каждый герой может начать свою историю заново или написать ее так, как давно мечтал! Галактика большая, и в ней найдется место всем и каждому. Если у вас есть вопросы, поищите ответы в FAQ, возможно, их уже задавали до вас. Связаться с администрацией вы всегда можете в гостевой.

«Все очень просто.
Нужно только решить, чего ты хочешь». (с) ПОРГОВ ХОЧУ!


АДМИНИСТРАЦИЯ:
Боба ФеттГарм Бел ИблисДенгар

САМЫЕ НУЖНЫЕ:

A GALAXY FAR, FAR AWAY

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » A GALAXY FAR, FAR AWAY » Завершенные истории » [WAR.vl2-2] Падающие листья Харуун-Кэла


[WAR.vl2-2] Падающие листья Харуун-Кэла

Сообщений 1 страница 25 из 25

1

http://funkyimg.com/i/2Bmec.png
ПАДАЮЩИЕ ЛИСТЬЯ ХАРУУН-КЭЛАВремя действия

♦ Qui-Gon Jinn, Boba Bett

♦ Конец первого месяца 40 ПБЯ, Харуун-Кэл

Жизнь весьма причудлива в своих поворотах. Самая заурядная встреча может обернуться форменной катастрофой или же связью на всю жизнь. Яркое воспоминание - горечью и опустошенностью. Что из этого воля Силы, а что - случайность? Пожалуй, это смешано в равной пропорции, даже Сила не всегда располагает непредсказуемостью разума, но это не мешает ей использовать случайности себе на пользу. Или все же не случайности?

0

2

Никто не пытался его остановить. Впрочем, как и обычно. Фетт проверил телеметрию корабля и отстыковался от яхты “Соро-Сууб” с дипломатической маркировкой, направляясь прочь от гравитационного колодца планеты Харуун-Кэл, дабы уйти в гиперпространство.
Полет сюда был пустой тратой времени. Фетт даже был возмущен - в определенной степени. И не столько извилистыми привычными речами заказчиков, намекающих на различные милости и прочие привилегии, даже не столько специфичностью заказа, требующего убрать какую-то сенаторшу-пацифистку, сколько предложенной ценой. Вероятно, они чрезмерно ограничены в своих финансах. Сенаторша та, к слову, была с Мандалора. Ее Фетт не знал, хотя фамилию слышал - это был довольно знатный, ныне вымерший род. Главное, чтобы она сейчас не пыталась лезть в политику своей родины. Слишком это бы пошатнуло едва установившееся равновесие. Если она совершит подобную глупость - уже и деньги не будут нужны. Даже если она с Мандалора - она уже чужак. Аруэтии, как презрительно назвал ее Бевиин.
Но это было неважно сейчас. Фетта на данный момент интересовало совсем иное. Если точнее - корабль, следовавший за “Рабом I” на достаточно приличной дистанции, но все же слишком целеустремленно, чтобы не вызвать подозрений. Над Харуун-Кэлом было достаточно много кораблей, чтобы одновременно сканеры могли видеть несколько из них, но этот истребитель вынырнул словно из ниоткуда почти сразу после отстыковки. Примечательно, что он не пытался скрыть свои намерения. Фетт немного свернул, наблюдая за траекторией истребителя. Тот тоже скорректировал свой курс. Либо дилетант, либо впереди засада, либо преследователь оценивает свои шансы выше, чем следует. Это могло быть даже любопытно. Но не было. Пока истребитель не проявит агрессивности, корабль продолжит лететь к точке выхода в гиперпространство.
В этот момент на панели замигал огонек, извещающий о входящем сигнале. Фетт секунду смотрел на него, решая, стоит ли принять вызов, потом все же нажал кнопку и выжидающе промолчал в ответ.
“Впереди стыковочный шлюз погрузочной платформы BM-143, - без лишних приветствий сказал мужской голос из приёмника, и следующий за Феттом истребитель начал ускоряться. -  Посади корабль туда, не активируй оружейные системы. К тебе есть вопросы“.
Фетт еще секунду молчал, в этот раз действительно несколько удивленный. На его практике бывали похожие случаи, но с подобной наглостью он сталкивался впервые.
- Ты кто такой? - холодно потребовал он.
“Не враг. По крайней мере, пока. Зависит от тебя”.
- Улетай отсюда, пока цел. Повторять не буду, - ответил он и начал активировать оружейные системы корабля на случай, если следующий за ним барв решит подурить. Щиты тоже были готовы. Фетт не слишком интересовался личностью преследователя, но и шанса ему давать не собирался. Потому перевел маршевые двигатели на полную мощность, стремясь оторваться от преследования.
Однако истребитель следовал за ним, словно приклеенный. Он продолжал держать определённую дистанцию, но дистанция эта не изменилась ни на сантиметр даже в момент увеличения мощности двигателей у “Раба”. Кто бы ни преследовал Бобу Фетта, он либо прекрасно знал, чего следует ожидать от прославленного наёмника, либо был обладателем отменной реакции. Прошло ещё несколько секунд, прежде чем расстояние, разделявшее “Раба” и бывшую у него на хвосте “Эту-5”, стало сокращаться. Внутри кабины пронзительно запищал датчик, оповещающий о захвате цели истребителем.
“Я буду вынужден вывести из строя двигатели, - честно предупредил преследователь. - У тебя есть время на принятие верного решения. Через пятнадцать секунд я готов принять твою капитуляцию”, - на последних словах голос говорившего едва заметно изменился, так, словно он сообщал Фетту какую-то приятную новость.
- А торпеду ты готов принять? - равнодушно поинтересовался Фетт.
Он резко вырубил маршевые двигатели и дал реверс. “Раб I” затрещал и содрогнулся, сбавляя скорость и позволяя истребителю пронестись мимо. Не следуя собственному обещанию, Фетт выпустил не торпеды, а ионные заряды, врезавшиеся во вспыхнувший щит истребителя. Охотник вновь активировал двигатели и направил свой корабль прочь, “вверх” относительно внезапного поля боя. Обе турели в нижней части “Раба” были направлены в сторону снова оказавшегося позади истребителя и не прекращали стрельбу. Корабль же практически без торможения свернул в сторону, избегая наведения.

+1

3

Оказавшись под обстрелом, “Эта-5” стала маневрировать между пролетающими мимо неё в открытый космос длинными красными лучами. “Раб I” обладал высокой скорострельностью, поэтому уйти от каждого из попаданий было сложно даже для джедая. Квай-Гон не стал деактивировать щит, слыша, как дробь выстрелов понемногу разряжает светящуюся голубоватую пелену вокруг истребителя. Этого заряда должно было хватить до тех пор, пока лазеры “Раба I” не перегреются. Стабилизировав корабль, Джинн услышал отчётливый писк системы наведения, сообщающей о том, что цель захвачена. Однако палец, лёгший на гашетку выпуска ионной торпеды, так и не довёл начатое до конца. Судя по всему, как только системы “Раба I” стали сигнализировать о скором перегреве турели, её владелец решил резко увести корабль в сторону. Квай-Гон этого ждал. Поэтому почти одновременно с “Рабом” орденский истребитель, не сбавляя скорости, ушёл в “бочку”, чтобы снова вернуться на курс судна Фетта, и ускорился на завершающей стадии фигуры. У Джинна был совсем небольшой запас времени до тех пор, пока “Раб I” снова сможет использовать основные турели. Оставшихся тридцати процентов заряда щита “Эты” должно было хватить на случай активации дополнительных.
- R-6, задействуй улучшенную систему наведения, - скомандовал он находившемуся в пазе за кокпитом дроиду.
Тот мгновенно отчитался о совершении действия, выведя на экран соответствующее сообщение. Вышедший из захвата несколько секунд назад “Раб I” вскоре снова оказался под прицелом. Начав сближаться с ним, Квай-Гон выпустил две ионные торпеды и вдавил гашетку лазера, покрывая вспыхивающий щит “Раба I” выстрелами из двух удивительно мощных для такого небольшого истребителя турелей с намерением разрядить щит. И резко увёл “Эту” вниз, уходя в “слепую” зону.  Всего этого, конечно, можно было избежать, но ситуация была крайне щекотливая. Квай-Гон прекрасно знал, кто такой Боба Фетт, в одиннадцатилетнем возрасте в одиночку уничтоживший “Венатор” Мейса Винду и едва не убивший его самого. Несколько минут назад корабль самого опасного охотника за головами отстыковался от яхты “Соро-Сууб”, на которой по Галактике курсировали одни из самых опасных преступников, заинтересованных в долгой, затяжной войне Кореллии с Альянсом, и они явно о чём-то договорились. В данной ситуации лучше было действовать наверняка. И, пока упустив кореллианцев, не упустить их исполнителя, который, о чём бы между ними ни шла речь, точно довёл бы дело до конца.
Торпеды врезались в щиты и мгновенно взорвались, на миг едва не ослепив все системы яркой вспышкой и электромагнитным импульсом. Генераторы загудели, теряя мощность, но тут же взвыли с удвоенной силой, восстанавливая защиту. Фетту это не понравилось. Он быстро проанализировал ситуацию, решая, как поступить, тем временем юркий истребитель исчез из поля зрения; датчики показали, что он пытается уйти с линии наблюдения. Слишком успешен он был, слишком быстр и словно опережал все действия. Фетт с таким уже сталкивался. И был уверен - внутри джедай. Это породило сразу огромное количество логических цепочек и догадок, но не для них сейчас было время. Джедай отправил торпеды в “Раба”? Он получит свой взрыв.
Фетт одновременно нажал кнопку сброса протонной гранаты и дернул на себя переключатель гипердрайва. Звезды не успели смазаться в полосы, тут же вернувшись в фокус и оставив поле боя позади, в одной световой секунде от корабля. Фетт успел заметить искорку взрыва на орбите отдалившейся планеты, из-за самого края которого виднелась местная звезда. Навикомп запиликал, выдавая координаты обратного микропрыжка, но для начала охотник подготовил луч захвата. Потом он прыгнул назад.
Квай-Гон же, в намерение которого входили и более эффективные меры выведения двигателей корабля из строя - хотя сейчас задача стояла лишь в разрядке щитов для освобождения пути следующей торпеде, полностью отключающей всю электронику - на секунду удивился. Он не ожидал, что “Раб I” так легко взорвётся, не оставляя после себя хоть сколько-нибудь уцелевших частей обшивки - и поэтому появившееся на долю мгновения мизерное допущение об этом тут же уступило место другой мысли. В Силе смерть наёмника не ощущалась. Зато отчётливо ощущалось некое намерение - и оно касалось непосредственно самого пилота истребителя. Секунда ушла на то, чтобы проанализировать показатели считанной телеметрии “Раба”. Ещё секунда - чтобы понять план Фетта, сбросившего протонный заряд для имитации взрыва корабля и совершившего гиперпространственный микропрыжок. И примерно одна сотая секунды, чтобы пожалеть, что “Эта” не была оснащена самонаводящимися ракетами, которые можно было бы отправить в открытый космос и просто ждать появление “Раба” из гиперпространства. Вероятно, они смогли бы разрядить его щиты в достаточной степени для совершения очередного манёвра.
Истерическое пищание астродроида стало слышно в спаянных сочленениях металла, и на экране бортового компьютера появилось сообщение о воздействии на истребитель луча захвата. “Эта-5” обладала достаточным проворством для мгновенного разгона и маневрирования в космосе и в атмосфере, но мощности её двигателей не хватило бы на то, чтобы высвободиться и уйти сейчас. Боба Фетт его поймал. Квай-Гон не стал дожидаться, пока на панели замигает индикатор входящего сообщения и включил связь, перекладывая левую руку себе на колено и хмуро глядя на высвечивающиеся на экране показатели. Он не ощущал, что Фетт хочет его убить, впрочем, это ощущение относилось только к теперешнему моменту. При желании “Раб” мог испепелить “Эту” в мгновение ока даже при полностью заряженном щите.
Динамик слабо щелкнул, оповещая, что к каналу подключились с обратной стороны, потом из него донесся лишенный особых эмоций голос, слегка искаженный помехами и вокодером:
- Ты джедай, - это было утверждение, а не вопрос. - Что тебе от меня нужно?
- Ты вмешался в дела Ордена, - невозмутимо сказал Квай-Гон в передатчик, продолжая скользить взглядом по “Рабу”, который он рассматривал уже некоторое время в поисках слабого места. Его несколько удивило то, что Фетт догадался, что его преследует джедай.
- Чушь, - ответил Боба и, секунду поразмышляв, оценивая последние дела, добавил. - Не в этот раз.
- Перечень вопросов только что расширился, - холодно заметил Джинн и нажал несколько кнопок на приборной панели у себя над головой.
Он снова переложил руку на рычаги управления истребителем, когда “Эта” полностью повернулась носом к кораблю наёмника.
- Теперь с их списком тебе лучше ознакомиться в письменном виде.
Охотник едва слышно хмыкнул, скользнув взглядом по панели управления и убеждаясь, что всё вооружение готово к бою. Он повернул переключатель, под кокпитом, по бокам “Раба I” сдвинулись скрытые панели, открывая торпеды, тут же поднявшие свои острые носы к истребителю.
- Запиши их в черный ящик в качестве своей эпитафии.
Джинн молчал несколько секунд, в задумчивости глядя сквозь транспаристил на фигуру пилота в кокпите “Раба” и одновременно наблюдая за активацией дополнительного вооружения. Индикатор прироста мощности двигателей для мгновенного рывка “Эты” вперёд почти достиг максимальной отметки. Джедай активировал их на всякий случай, но в нынешней ситуации это могло стать единственным возможным выходом.
- Мне жаль.

+1

4

Сложно было сказать, что скрывалось за этими словами. Но и времени на их обдумывание у Фетта не оставалось. Едва индикаторы подачи топлива и оборотов двигателей показали отметку, граничащую с опасной перегрузкой, “Эта-5” сорвалась с места навстречу лучу захвата. Фетт был удивлен столь самоубийственной тактикой, но изучение маневра решил оставить на потом - как только истребитель сорвался с места, он тут же выключил луч захвата, второй рукой вытягивая штурвал к себе и влево, намереваясь увернуться от мчащегося на него корабля. Это почти удалось. И все же истребитель зацепился одной раскрытой плоскостью за репульсорный стабилизатор “Раба”, рванув его следом и закрутив в дикой неконтролируемой спирали. Оба корабля сцепились, искореженный дюрастил кратко взвизгнул, а освещение мигнуло; в ту же секунду в “Рабе” сработала сирена, в лучших традициях извещая о том, что уже произошло и добра точно не несет. Обеими руками вцепившись в штурвал корабля, Фетт пытался вывести корабль из вращения, используя маневровые двигатели и репульсоры, но процесс шел медленно. За иллюминатором дико и под самыми разными углами мелькала поверхность Харуун-Кэла, стабилизаторы не справлялись с нагрузкой, вызывая легкую дурноту. Скорость вращения начала замедляться, но прилипший к “Рабу” истребитель очень серьезно сбивал баланс, препятствуя этому. Фетт уже подумывал выпустить в корабль торпеду, взрывая его, чтобы освободиться, но в этот момент “Раб” сотряс удар, а затем вся электроника замерцала и погасла, двигатели судорожно захлебнулись и начали неуклонно снижать мощность.
Этот проклятый джедай залепил по нему дисрапторной торпедой, не иначе.
Фетт щелкнул тумблерами, заставляя все системы перезагрузиться, но они восстанавливались медленно, слишком медленно. Корабли начали падать в сторону недалекой планеты. Охотник почти восхитился твердой решимостью джедая лишить жизни их обоих, если того потребует ситуация. Фетт быстро вспомнил свои последние дела, пытаясь понять, где успел столь сильно насолить Ордену - но таковых не было. Раньше они действовали мягче и не столь агрессивно. Из этого джедая, вероятно, мог бы получиться неплохой охотник за головами - если бы он умерил свои суицидальные наклонности.
С тихим гудением работа всех систем и подсистем восстанавливалась, вокруг корабля уже вспыхнули тонкие струйки раскаленной атмосферы. Если бы не заработали двигатели, то внутри обоих кораблей могло стать действительно очень жарко. Фетт невозмутимо созерцал мелькающую планету, постепенно замедляющуюся, потому что нарастающая гравитация и трение воздуха постепенно стабилизировали падение. Затем пискнул датчик готовности двигателей, Фетт тут же схватился за штурвал, но в одном их них что-то взорвалось. Можно считать везением, что то был двигатель с противоположной вращению стороны - теперь кокпит был направлен строго на планету. Падение на нее было неминуемым, но теперь было важно не рухнуть в один из иллюзорных океанов - на самом деле скопление токсичных газов.
“Раб I” стонал и скрипел, истребитель делал полет нестабильным, но и стряхнуть его возможности уже не было. На мониторе наконец вспыхнула карта, Фетт с силой вжал штурвал в панель управления, сворачивая в сторону Пилек-Боу, столицы планеты, где был крупный космопорт, способный выдержать подобную аварийную посадку. Маневровые двигатели и единственный маршевый ионный двигатель были едва способны протащить оба корабля через четверть планеты - но нельзя же отказываться от своего шанса.
Внизу уже виднелись верхушки деревьев, местами опутанные синими щупальцами ядовитого тумана, затем вновь замелькала матовая голубизна, ей на смену пришел очередной наполненный жизнью горный хребет, выступающий над отравленными низинами планеты. Разрываемый падением воздух ревел вокруг кораблей, перекрывая надсадный рев репульсоров. Деревья были уже совсем близко и неуклонно приближались, до города оставалось еще около двухсот кликов. Первое из них царапнуло днище корабля, затем второе. А потом оба корабля рухнули в джунгли, сметая растительность и переворачиваясь. От первого же удара о поверхность истребитель отцепился от “Раба”, прорываясь сквозь зелень острым носом и снося небольшие деревья на пути. “Раб” перевернулся пару раз, выбросив Фетта из ложемента и сильно приложив о купол кабины спиной. Репульсоры значительно смягчили посадку - если это можно было так назвать. Фетт полагал, что выживет, когда корабль стал замедляться, испытав при этом мрачное удовлетворение. О жизни джедая он не думал. Корабль наконец затормозил, но начал крениться. Фетт приподнялся с пола и вцепился в спинку ложемента. Перед глазами мелькали красные вспышки, мельтешащие на другом конце темного тоннеля. “Раб” же не остановился полностью, наклонившись и заскользив куда-то вниз. Его пару раз подкинуло на камнях, заставляя сверхпрочную титаниумную оболочку надсадно скрипеть от перенапряжения. А затем был миг ощущения свободного падения, за которым последовал грохот и рокот камней, падающих сверху. Спустя пару секунд стало очень темно.
Фетт сполз обратно на пол и замер неподвижно, инспектируя свое тело и мысленно проклиная джедаев. Его теория, что от этих барвов одни неприятности, только что в очередной раз подтвердилась. Последующие минут пять Фетт просто лежал на полу, борясь с вновь активировавшейся внутри болью и стараясь пересилить боль от ударов. Затем он сел и исследовал себя уже визуально. Крови не было, хотя двуслойная армированная ткань порвалась в паре мест из-за деформации металлических частей доспехов. Лазер на левом наруче был серьезно поврежден. В остальном все было в порядке - если это слово подходило в данной ситуации. Фетт с трудом поднялся на ноги, одной рукой держась за кресло, а второй поддерживая самого себя, и склонился к пульту управления “Раба”. Несколько тумблеров были сломаны его собственным неудачным приземлением, в лобовом стекле красовались несколько трещин, но электроника вроде пережила это крушение, тревожно попискивая и сообщая о деформации корпуса и разгерметизации. Теоретически “Раб I” мог взлететь - но для этого требовался серьезный ремонт. Вероятно, что имеющихся с собой материалов не хватит. Тут требовался осмотр с внешней стороны. Фетт медленно подошел к шлюзу. Второй выход сейчас был завален камнями, особого выбора не было. К тому же вряд ли джедай был поблизости и даже жив - его истребитель был слишком мал и хрупок. Фетт нажал две кнопки на панели, одна выключила свет, вторая открыла шлюз; люк со скрипом рывками втянулся вверх, но не до конца - не позволяла крупная вмятина. Охотник тут же беззвучно вышел наружу, попутно активировав систему инфракрасного видения на максимуме мощности. Он прижался к корпусу “Раба” рядом с репульсорным стабилизатором, оглянулся по сторонам и бросил взгляд вверх. Корпусы обоих кораблей полыхали в режиме инфракрасного зрения, многие камни в местах стыка блекло сияли после ударов, вызвавших резкий разогрев. Движения видно не было, вокруг виднелись силуэты скал и камней, засыпавших провал и оба корабля: судя по всему им повезло провалиться в вертикальную пещеру или карстовый провал. Везение на уровне галактической партии в сабакк. Камни находились в хрупком равновесии, опираясь на фюзеляж “Раба I” и друг друга, места для маневров оставалось мало. Между камнями слабо пробивался свет, значит их слой не слишком велик. Теоретически, можно было направить репульсоры вверх и отбросить их, освобождая путь для корабля - но это же могло их обрушить. Требовалось куда внимательнее рассмотреть и изучить место крушения. И для начала убедиться, что джедай мертв, его “Эта-5” выглядела куда хуже, чем “Раб”.
Фетт связался с компьютером “Раба” и активировал прожекторы возле кабины, вспыхнувшие в темноте; визор мгновенно сбавил яркость, не давая ослепнуть и выключая инфракрасный сканер. Ни единого звука кроме потрескивания камней и остывающей помятой обшивки не доносилось. И все же Фетт не слишком верил, что джедай может умереть столь легко. Велика вероятность, что он жив, может быть зажат в собственном корабле и серьезно ранен. Может быть, что он уже где-то рядом. Джедаи всегда были опасными противниками. Фетт замер неподвижно, наблюдая за всей панорамой окружения сразу, и принялся ждать. Часа хватит.

+1

5

Квай-Гон изначально не рассчитывал на то, что "Эту" удастся сохранить. Одноместный истребитель был слишком лёгок, слишком маломощен для того, чтобы в открытой схватке противостоять такому прочному и тяжеловооружённому кораблю как "Раб I". Но на стороне Квай-Гона была Сила. И Сила говорила ему, что ни он, ни Боба Фетт сегодня не умрут. Джедай, чей истребитель зацепился одной из плоскостей за репульсорную платформу "Раба I", включил двигатели "Эты" на полный реверс, стараясь нивелировать нарастающую центробежную силу, грозящую разбросать оба звездолёта в разные стороны. Не столько потому что Квай-Гон не хотел позволить Фетту уйти, сколько потому, что только упав на поверхность планеты вместе, они обретут шанс выжить.
В пазе за кокпитом истошно верещал астродроид, сообщая о неисправности одного из двигателей и невозможности зарядить щит; километры, остающиеся до поверхности планеты, таяли с каждой секундой. Борясь с гравитацией, Квай-Гон медленно протянул руку к панели управления.
- Извини, - негромко сказал он и отключил передачу звукового сигнала астромеха внутрь корабля.
В кокпите всё затихло, кроме превратившегося в непрерывный звук писка датчика сближения с землёй. За кабиной ревел начавший светиться от силы трения воздух в атмосфере. Боба Фетт, который находился всего за несколькими слоями прочного металла, не испытывал абсолютно никаких эмоций. Хотя, пожалуй, всё-таки испытывал. Любопытство. С этого всё началось и этим бы закончилось, если бы Квай-Гон не ощутил небывалый прилив сил, ознаменовавший сближение с Пелекотаном. Ему ещё не доводилось побывать на родной планете Мейса Винду. По крайней мере, не в физическом воплощении. Сила пронизывала Харуун-Кэл, напитывала невообразимой мощью каждого, кто был к ней чувствителен. Настолько, что замедлить стремительное свободное падение обоих кораблей на поверхность планеты не составило бы особого труда. Квай-Гон лишь надеялся, что репульсоры “Раба” сохранили свою работоспособность. Всё, чем он мог ему помочь - это смягчить их сопротивление при соприкосновении с жёстким камнем. Джинн не хотел смерти Фетта, но и не отрицал того, что она возможна. Харуун-Кэл едва ли проявил бы дружелюбие к обоим, в особенности на таком расстоянии от города и космопорта.
“Эта-5” с грохотом и треском врезалась в деревья, разбрасывая и разметая их верхушки - именно на истребитель пришлись первые секунды бреющего полёта, на который попытался вывести свой корабль Боба Фетт. Затем от крыла отломилась одна из изогнутых вертикальных плоскостей - и все системы стихли, оставляя Квай-Гона наедине с неуправляемым истребителем (или тем, что от него осталось) и целой полосой преград, каждая из которых грозила смять кабину, оставляя от пилота нечто, только отдалённо напоминающее человека. Можно было лишь поблагодарить флотские системы Куата за усиленное дополнительным металлом лобовое стекло - иначе никакая Сила бы не справилась с острыми камнями и обломками стволов деревьев, норовивших пробить транспаристил насквозь. Однако Сила помогла смягчить удар и удерживать корабль в относительной стабильности, пока он пропахивал брюхом вымокшую землю  - и это было главное. Несмотря на падение с такой высоты, Квай-Гон Джинн был в абсолютном порядке, если не считать лёгкого звона в голове и ломоты в плечах и теле, вызванных резким перепадом давления и перенапряжением. Пройдёт ещё несколько минут, и головная боль напомнит о превышении возможностей физического тела.
Но пока стоило сосредоточиться на другом. Проехав днищем по земле и совершив несколько эффектных кувырков, “Раб” стал проваливаться в карстовую полость. И всё бы ничего, если бы одним из тех “камней”, что придавили его сверху, не оказался орденский истребитель. Лишь ненадолго зависнув смятым носом над провалом, “Эта-5” стала скользить вниз. Остатки сил помогли смягчить и это приземление, но на большее мастер-джедай уже способен не был. По крайней мере, не сию минуту. Наступила абсолютная темнота, наполненная только звуком непрекращающегося звона в ушах и дробью мелких камней, барабанящих сверху по кабине. Прошла долгая минута, прежде чем Квай-Гон снова смог пошевелиться и отключить слабо мигающий помехами монитор бортового компьютера. Сделал он это потому, что Фетт был жив. И, превозмогая боль, обязательно бы вышел на охоту - охоту на джедая. Не стоило облегчать ему задачу.
Квай-Гон тихо выбрался из ложемента, чувствуя, как силы снова стали понемногу возвращаться. Пожалуй, сейчас этого не было достаточно для агрессивных переговоров с прославленным наёмником, чьи травмы не были хоть сколько-нибудь серьёзным аргументом против их начала. Но стоило заметить, что отчасти Боба Фетт был обязан этим самому джедаю - просто этого пока не знал. Джинн тихо снял одну из панелей позади, проверяя “жизненные” показатели подозрительно затихшего астромеха и, к своему удивлению, обнаружил, что тот был в порядке. Вероятно, ЭМИ-импульс, ещё на сближении с верхним слоем атмосферы посланный в “Раба”, отправил его в глубокий “сон”. Возможно, стоило его перезагрузить, но немного позже. Яркий сгусток предельной концентрации и внимания, который сейчас представлял из себя Боба Фетт, двинулся вдоль корабля, скорее всего, изучая “Эту”, от которой в самом деле мало что осталось. Квай-Гон опустился на пол, позволяя охотнику за головами изучить место крушения, и снял с пояса световой меч. Фетт передвигался в полной темноте, и, исходя из этого, Джинн сделал вывод, что тот ориентировался, используя некий прибор ночного видения, встроенный в шлем. А раз так, это можно было использовать против него. Огромная температура клинка могла бы ослепить его - если бы Боба оказался менее предусмотрительным. Ему в самом деле стоило отдать должное - загоревшийся прожектор лишил Квай-Гона возможности использовать этот элемент неожиданности.
“Умно”, - в мыслях произнёс он, сквозь Силу продолжая наблюдать за своим внезапным оппонентом.
Он на самом деле не собирался связываться с Феттом. Это можно было считать случайностью - но существовало ли само понятие случайности? Джедай неслышно выдохнул и откинул голову назад, на спинку ложемента, позади которой он сидел, выжидая своего часа. Мандалорский наёмник не собирался выключать прожекторы, направленные на истребитель - это было понятно даже новичку. А значит, и действовать нужно было, не оставляя Фетту шансов. Квай-Гон ненадолго закрыл глаза, прощупывая каждый сантиметр окружающей реальности. В намерении Фетта явно отслеживался некий план, который нельзя было позволить воплотить. Неподалёку от “Раба”, всего в нескольких метрах от его длинного хвоста, вдруг зашумели осыпающиеся камни. И этого было более чем достаточно, чтобы отвлечь его внимание от истребителя. Боба отвернулся всего лишь на мгновение - и в это мгновение Квай-Гон активировал световой клинок, вонзая синее полыхающее лезвие в транспаристил кабины, у самого его перехода к корпусу, и быстрым движением срезал несколько удерживающих его металлических опор.

+1

6

Фетт едва успел повернуть голову в сторону шума, когда заметил яркую вспышку на самом краю демонстрируемой шлемом круговой панорамы окружения. Он обернулся, бластер словно сам прыгнул в ладонь и выстрелил в транспаристиловый колпак кабины истребителя, тут же взорвавшийся звенящими осколками. Джедай отклонился неестественно быстро, а второй выстрел вовсе отправил обратно, вскинув вверх полыхающий синевой луч светового меча. Фетт едва успел отклонить голову вбок, выстрел чиркнул по шлему, сдирая с него очередной слой краски. Охотник тут же отскочил вбок, ближе к скале, за которой можно было найти укрытие. Он прекрасно помнил об этом умении джедаев, но не ожидал, что тот сумеет среагировать столь скоро и что его не задержат даже осколки. Мимо пролетели остатки кабины истребителя, очевидно, выдавленные Силой.
Квай-Гон взмахнул световым мечом, выпрыгивая из кабины, и его гудение наполнило собой крохотную пещеру, из которой пока не было видно выхода. Наёмник прятался за выступом, вероятно, готовя новый план. Джинн не собирался давать ему этого шанса. Не опуская активированный меч  и продолжая оставаться на почтительном расстоянии, он вытянул вперёд левую руку, расправляя пальцы и позволяя всей мощи Силы литься сквозь них. У Бобы Фетта не оставалось другого выбора - ему пришлось выйти. Вернее, Квай-Гон заставил его выйти, поднимая Силой над землёй и выволакивая мандалорца из-за его укрытия.
Фетт же действительно не ожидал чего-то подобного, потому, вопреки обыкновению, испытал небольшой спектр не самых приятных эмоций, когда ощутил, что его ступни отрываются от камня под ногами. И все же он мгновенно сориентировался, резким змеиным движением разворачиваясь к джедаю спиной, и тут же на полную мощность врубил реактивный ранец, который со всей силы дернул Фетта вперед, в сторону ближайшей стены. Давление джедайского фокуса исчезло, охотник выключил ранец и перекувыркнулся в воздухе, используя инерцию разгона, приземлившись на каменную стену уже ступнями и оттолкнувшись от нее. Он успел выпустить несколько выстрелов из бластера в прыжке, зная, что джедай не сумеет попасть, отражая заряды. Фетт отскочил за “Раба”, стараясь оставаться вне поля зрения джедая. Битва становилась довольно опасной. Фетт успел увидеть его лицо. Это был тот же самый тип, с которым они встречались на Корусанте около месяца назад. И встреча та была… запоминающейся. Вполне вероятно, что и в этой победителя не будет.
Джинн быстро отвернулся от опаляющего жара, которым его так неожиданно обдало, когда охотник активировал свой реактивный ранец. Не глядя взмахнув мечом за спиной, он сумел отразить очередь из бластерных выстрелов; они разлетелись по пещере, высекая мелкую крошку из её стен и сводов. Несколько искр попали на одежду, оставляя на ней мелкие чёрные опалины. Но к моменту, когда Квай-Гон снова повернулся, ища глазами Фетта, его уже не было в поле зрения. Мандалорец любым способом пытался прервать визуальный контакт, и это было хорошей тактикой. Не видя его намерений в движениях, Квай-Гон терял свою безусловную инициативу, а Фетт мог действовать наиболее эффективно. Впрочем, в этом не было никакого смысла. Держа меч перед собой, мастер-джедай шагнул к “Рабу” и запрыгнул на его репульсорную платформу - именно здесь была наиболее выгодная позиция для обороны, что бы ни взбрело в голову охотнику. У самого Квай-Гона перспектива продолжения этой схватки особого энтузиазма не вызывала.
- У языка оружия только один исход, - сказал он, практически беззвучно ступая по металлу. - А умереть мы оба всегда успеем.
- Два исхода, - ответил Фетт, усиливая приемник звука в шлеме и внимательно прислушиваюсь к каждому шороху песчинок по металлу на сапогах джедая. - Второй побеждает.
Он тут же отступил вбок, стараясь, чтобы ни единый камень или осколок не шевельнулся под подошвой, и постарался зафиксировать цель, потому что не собирался сдаваться.
- На твоём месте я бы этого не делал, - спокойно заметил Квай-Гон, отрицательно покачав головой, и поднял меч выше, но, судя по всему, нападать не намеревался. - Иначе обвал похоронит нас обоих.
- На орбите ты был готов убить меня ценой своей жизни. Что изменилось? - с едва заметной ноткой отвращения поинтересовался Фетт, прижимаясь спиной ко все еще теплому корпусу “Раба”.
- Ничего, - ответ джедая был не менее лаконичным, хотя и смешивался с гудением светового меча. - Я не собирался убивать - только использовать ионный нейтрализатор, чтобы немного остудить.
Фетт промолчал, ожидая продолжения. Он не верил никому, особенно джедаям, а конкретно этот сумел серьезно насолить охотнику уже второй раз. Но в чем-то он был прав - продолжение боя обрушит каменную насыпь, окончательно похоронив под собой корабли и их владельцев. Словно в ответ на эти мысли совсем рядом раздался резкий треск камня. И продолжение действительно последовало.
- У тебя хороший корабль, Фетт. Но мощности его репульсоров не хватило бы на погашение силы удара от свободного падения, - Квай-Гон немного помолчал и медленно кивнул наёмнику. - Впрочем, если желаешь завершить наш предыдущий диалог, я к твоим услугам.
Фетт секунду поразмышлял, а затем отстранился от корабля и пошел вдоль него, ища точку, с которой лучше всего было видно джедая. Он сам не скрывался, но и не опускал бластер, направив его прямо в лицо оппонента.
- Желаю. Зачем тебе моя капитуляция?
Квай-Гон перевёл меч на другую сторону, ни на секунду не выпуская действий мандалорца из внимания. Он держал свой бластер слишком очевидно направленным на того, кто, играючи, отражал все выстрелы до этого. И это говорило куда красноречивее, чем если бы он его убрал. Фетт не испытывал совершенно никаких эмоций, и это ощущалось странно - наблюдая за отражением светового меча в визоре, за которым были глаза живого человека, а не какого-нибудь дроида, Квай-Гон ловил лишь их подавленные отголоски. Фетт контролировал свои эмоции не хуже джедая.
- Твой наниматель с яхты “Соро-Сууб”. Сколько он тебе заплатил?
Фетт едва слышно фыркнул, не опуская бластер. На яхте ему пытались заказать убийство члена Сената - и тут же Орден оказался рядом. Это явно была единая политическая интрига, которую уже практически распутали. Оказываться в таком случае между молотом и наковальней - плохая идея. Слишком много лишних последствий, которые легко избежать простым отказом. К тому же заказ был слишком грязным; Галактика, как и обычно, продолжала быть выгребной ямой морали и получала свое сполна.
- Мои услуги ему не по карману, - охотник секунду подумал, глядя в лицо джедаю, потом опустил бластер на несколько десятков сантиметров. - Что тебе в этом?
Квай-Гон несколько помедлил, прежде чем давать ответ. По правде, он был удивлён услышать, что Боба не принял заказ. Впрочем, совсем скоро удивление прошло - если заказчиками были Виера Ранн и Гистур са Римора, понять отказ Фетта в сотрудничестве с ними было несложно. Изучив его досье после встречи на Корусанте, Джинн понял, что имеет дело очень принципиальным человеком. Поэтому, даже если из вопроса джедая Фетт и мог сделать какой-то вывод, он бы оставил его при себе. Но, что самое важное, Боба Фетт не лгал.
- Много месяцев не самой приятной работы, - сказал он, опуская меч, но пока его не деактивируя. - Тебе назвали имя жертвы. Мне нужно его знать.
- Обойдешься, - без паузы, ответил Фетт.
Контракт есть контракт. Этот джедай мог просто выяснять информацию. Свои шансы против него охотник расценивал трезво - вероятно, он сумеет его покалечить, может быть даже убить в итоге. Но джедай скорее всего победит, попросту взяв его измором при необходимости. В принципе, Фетт не видел необходимости умалчивать имя заказчиков или добычи, но сейчас это была слишком важная информация для того, чтобы щедро ей делиться за бесплатно.
- Я так и думал.
Гудение светового меча наконец-то прекратилось, когда его лезвие впрыгнуло обратно в рукоять. Без этого голубого света в пещере стало намного темнее. Квай-Гон опустил взгляд, посмотрев на рукоять, но возвращать меч на пояс не стал - при необходимости он успеет им воспользоваться.
- В таком случае нам нечего делить, - Джинн, не сдвигаясь с места, кивнул вбок, показывая на “Раба”. - Извини за корабль. Но это был единственный способ поговорить.
Фетт подавил вспышку возмущения, граничащего с яростью. Все разговоры о капитуляции, взрывы и иные способы уничтожения были лишь попыткой привлечь его внимание? Это могло бы даже польстить, если бы не было столь опасно. Он вложил бластер в кобуру, не отводя взгляда от джедая, но затем все же повернул голову, рассматривая помятый корпус “Раба”, выглядящего не самым лучшим образом.
- Я не маньяк. Мог спросить на орбите, может быть, я бы даже ответил, - охотник повернулся к Квай-Гону и указал на него рукой. - Счет за ремонт вышлю в Храм.
Джинн почти улыбнулся, ощутив волну негодования наёмника, больше похожую на подавленную вспышку. Она разошлась в Силе, словно круги по воде. Или, скорее, по очень вязкой жидкости, чьё поверхностное натяжение тут же нивелировало последствия броска в неё камня.
- Ты открыл по мне огонь. Я предупреждал, что я не враг.
Джинн прошёлся по репульсорной платформе, наконец-то спрыгивая с неё вниз. Он думал, стоило ли сказать наёмнику, что их разговор пока ещё был далёк от завершения, и на все интересующие его вопросы Фетт пока ещё не дал ответа - и не дал бы, если бы они остались на орбите. Но, как ни странно, сейчас было не время об этом заявлять. Если Квай-Гон верно истолковал то, о чём говорила ему Сила, этому разговору было суждено продолжиться - но не в этом месте. Квай-Гон посмотрел на потолок, изучая заваленные обломками камней расселины, и обыденно сказал:
- Нужно выбираться.
Желтые наплечники приподнялись на пару сантиметров, когда Фетт пожал плечами. Он тоже посмотрел вверх, на скалы, между которыми виднелся дневной свет, но не было ни единой щели, достаточной, чтобы можно было выбраться наружу. Он опять подумал о том, что с помощью репульсоров и маневровых двигателей “Раба” можно было бы попытаться отбросить часть камней, и будь Фетт тут один, он бы попытался это сделать. Но сейчас рядом стоял вариант проще.
- Ты джедай, - напомнил он; искаженный вокодером шлема голос звучал еще равнодушнее обычного. - Твой меч может резать скалы.
В ответ на это Квай-Гон молча перешёл из одного места пещеры в другое, примеряясь к здоровенному булыжнику, закупорившему узкий вертикальный туннель, который вёл наверх. Камень застрял между скалой и образованной обвалом насыпью, перекрывая выход. Последняя выглядела достаточно надёжно, чтобы не обрушиться, если весящий пару тонн кирпич её покинет. Меч он, разумеется, использовать не собирался. Но оставался другой вопрос. Квай-Гон бросил короткий взгляд на охотника, в котором живое существо выдавало лишь размеренное сердцебиение. Тот поймал его взгляд и качнул головой.
- Не трону, мое слово.
Джинн только хмыкнул. Но кивнул. Слову Бобы Фетта можно было доверять. Джедай вернул меч на пояс и медленно поднял обе руки, пальцами словно поддевая края застрявшего в проходе булыжника. Достаточно было лишь немного перевернуть его, смещая точки опоры, и он свободно проскользнул бы вниз. Однако весь процесс - от начала и до самого конца - пришлось бы контролировать Квай-Гону. Он больше не смотрел на Фетта, но где-то в голове, точно галочка об уже свершившемся факте, вспыхнула мысль: “Разумеется, сбежит”.
Освобождённый камень медленно пополз вниз по насыпи, и джедай, которому это явно стоило некоторых усилий, сделал несколько осторожных, но тяжёлых, будто совершённых под давлением большого веса, шагов назад. Фетт подошел ближе, разглядывая открывшийся проход. Он был достаточно широк, чтобы в него даже мог пролететь небольшой свуп. По ту сторону виднелась почти вертикальная стена, покрытая пятнами зелени и увитая лианами; много растений были сорваны падением кораблей, а на склоне виднелись явные следы камнепада. Часть листьев все еще медленно осыпалась вниз, сдуваемая со склона ветром, посвистывающим в каменной полости. Высота склона была не слишком большой, около двадцати метров. Фетт повернул голову и сказал:
- Спасибо.
Он не ждал ответа джедая, тут же активировав реактивный ранец, в котором было вполне достаточно топлива для экстренного подъема. Охотник ощутил давление воздуха и перегрузки, когда пролетел через открывшийся проход, оказавшись в десятке метров от джедая меньше, чем за секунду. Спустя еще пару секунд он приземлился на краю полости, деактивировав ранец. Он решил, что топливо еще может пригодиться позже - с такими вещами лучше не шутить и не обращаться слишком расточительно. Фетт даже не оглянулся, но поспешил к густым зарослям джунглей, посреди которых красовалась полоса сломанных деревьев и смятых кустов. Джедай не спешил останавливать охотника, чем тот был вполне доволен. На открытом месте шансов, безусловно, больше, но последствия аварии давали о себе знать. И боль от болезни опять активировалась, сковывая движения. Фетт включил все системы шлема, пытаясь подключиться в местной сети голонета, поднял голову, сканируя небо, солнце, стоящее почти в зените, окружающую местность, магнитные полюса планеты. Рекогносцировка высветила на дисплее визора столбец с параметрами и точным местоположением. До Пилек-Боу было 172 клика на северо-восток. Логично было предположить, что подобное крушение будет замечено, а на место аварии прибудут спасатели или полиция. Но информационные сети молчали, на попытки связи никто не отвечал, словно сами джунгли их глушили. Более того, Фетт даже не обнаружил планетарного сканера, могущего контролировать пространство вокруг Харуун-Кэла. В этот нелегкий миг он окончательно понял, что добираться придется пешком. Фетт хлопнул по руке, ощутив резкий укол и убив крупное полосатое насекомое, укусившее его за руку чуть выше локтя, в прореху на армированной ткани. Фетт нахмурился, изучая место укуса, потом быстро пошел прочь от провала, на ходу доставая из кармана небольшой нож с чрезвычайно острым лезвием. Отдалившись метров на сто он затормозил и скрылся среди густых зарослей, предварительно убедившись, что в них нет никаких иных местных обитателей. Фетт осторожно погрузил острие ножа в укус, разрезая кожу. Рана мгновенно наполнилась кровью. Фетт сдавил ее, позволяя крови вымыть яд или что-либо еще, что могло там оставить насекомое. На эту краткую операцию ушло около минуты. Боба стер кровь и вколол себе антибиотик чуть выше раны, его же заклеил бакта-пластырем. Он едва слышно вздохнул и углубился в джунгли, старательно следя за окружением и строго следуя указанному вектору. Поход этот легким не будет.

+1

7

Хотя в том не было особой нужды, Квай-Гон поднял руку, закрывая лицо от потока горячего воздуха, смешавшего в себе пыль, влагу, и остатки изломанных растений, разлетающихся в стороны, когда Фетт активировал свой ранец. Джинн успел заметить только мелькнувшие в проходе носки ботинок, на которых были закреплены зазубренные дюрастиловые шипы. Этот человек и в самом деле был живым оружием, ходячей армией, с которой непросто было справиться даже джедаю. Верно говорят: бойся пожилого профессионала на работе, где многие умирают молодыми.
Квай-Гон мог бы его остановить. Но в этом не было совершенно никакого смысла, кроме очередного витка теперь уже бесполезного сражения. Боба Фетт не работал на кореллианцев, на след которых они вместе с Оби-Ваном вышли несколько месяцев назад. Виера Ранн и Гистур са Римора были весьма опасны сами по себе, но ловить их и отправлять за решётку пока ещё было рановато. Попытка же нанять такого человека как Фетт вполне могла бы послужить катализатором ареста: вероятно, с его помощью они намеревались воплотить некую часть плана - самую сложную и должную стать завершающей. И руководствуясь лишь этим принципом, Квай-Гон избрал своей целью именно наёмника. Если такой человек как Фетт принимается за дело, его уже можно считать доведённым до конца. Если только самим Феттом не займётся кто-нибудь другой.
Мастер-джедай ещё некоторое время смотрел вслед мандалорцу, исчезнувшему в ведущем на поверхность колодце. Судя по оценённому с воздуха расстоянию, от места падения до города было около двухсот кликов. Но точнее подсказал бы уцелевший астродроид. К сожалению, его нельзя было взять с собой, но у Квай-Гона было несколько идей насчёт того, как максимально использовать оставшиеся у него ресурсы. Тихо хмыкнув себе под нос, он шагнул к остаткам истребителя, как по лестнице взобравшись по усиливающей лобовое стекло металлической конструкции на его выпуклую крышу, опустился на одно колено и постучал костяшкой указательного пальца по металлической голове астромеха. Тот сидел в гнезде довольно плотно - должно быть, это и спасло его от фатальных повреждений. Квай-Гон запустил руку к его задней панели и нащупал кнопку включения. Несколько секунд спустя дроид замигал разноцветными лампочками, поворачивая голову, и сфокусировался линзой на джедае.
- Вылезай, - Джинн хлопнул его ладонью по круглой голове, - для тебя есть работа.
И спрыгнул с крыши истребителя, возвращаясь в его кабину. Астромех тем временем вылетел из паза и приземлился на полу пещеры, удивлённо-вопросительно пиликнув.
- Нет, сообщение на Корусант отправишь потом. Сейчас покажи мне звёздную карту Харуун-Кэла.
Дроид подчинился, и вскоре тёмное пространство осветилось голубым сиянием голопроекции, усеянной тысячами ярких точек. Квай-Гон снова показался вне кабины, из которой взял стратегический запас еды, медикаменты и небольшой фильтр для очистки воды, и принялся осматривать проекцию, запечатлевая в памяти расположение созвездий и самых ярких звёзд, по которым можно было ориентироваться ночью. Закончив, он уверенно шагнул к “Рабу”. В руке джедая снова показался световой клинок.
Оказавшись на репульсорной платформе, Джинн активировал его и быстрым движением безапелляционно погрузил сияющее лезвие в транспаристиловый купол “Раба”, начав вырезать в нём круглое отверстие. Но, не дорезав и до середины, Квай-Гон вдруг остановился, закрыл нос рукавом и отпрыгнул назад, тут же оказываясь на земле. Из борозды, проделанной световым мечом, вырвалось зелёное облако диоксиса - видать, система защиты от несанкционированного проникновения среагировала на нарушение целостности купола. Джинн закашлялся, стараясь не дышать, но из-за крайне высокой токсичности газа уже через несколько секунд начало немного резать глаза. Ему повезло, что этот выброс не был направленным. Джедай отступил на несколько шагов и призвал на помощь Силу, выталкивая загрязнившийся воздух из пещеры. Если проблемы возникли уже на этом этапе, пожалуй, продолжать попытки проникнуть внутрь больше не стоило - наверняка “Раб” был напичкан десятками ловушек, предназначенных как раз таким любителям поизучать корабль в отсутствие его хозяина. Не был исключён и вариант наличия вирусного программного обеспечения, которое “убило” бы астромеха на месте, даже если бы тому удалось подключиться к системам “Раба” изнутри.
- R-6, - позвал он астромеха. Тот откликнулся тихим и, как показалось Квай-Гону, грустным пиликаньем, - проверь системы “Эты”.
Дроид подкатился к остаткам истребителя, запуская манипулятор в порт подключения, и несколько минут спустя сообщил об их частичной исправности.
- Отлично. Попробуй восстановить что сможешь и отправить сообщение в Храм с координатами крушения. Также сосканируй визуализацию этого корабля и отправь следом, - приближаясь к своему истребителю, Джинн указал пальцем себе за спину, - там всё поймут.
Дроид помолчал некоторое время, а затем пропищал слово “опасность”. Квай-Гон, который уже собирался покинуть пещеру вслед за мандалорцем, обернулся и приподнял бровь. В ответ на это астромех откатился от истребителя и выдал новую голограмму. Это была краткая сводка о планете. Её ландшафт, климатические зоны, а также обитатели - хищники и падальщики - включая опасных насекомых и микроорганизмы. На двух из них Квай-Гон остановился особенно. Осы лихорадки и споры грибов, вызывающие коррозию металла. Вот почему в сигналах астромеха он услышал грусть.
- Сколько осталось времени? - сочувственно поинтересовался он у дроида.
Тот выдал отчётливо: “Два дня”. Мастер-джедай в задумчивости осмотрел пещеру, находя глазами “Раба”. Что ж, его уцелевшей электронике внутри кокпита тоже вскоре придёт конец.
- Продолжай попытки связаться с Корусантом. Через несколько дней я доберусь до космопорта и сам смогу связаться с Храмом - если у тебя не получится раньше. В любом случае, через два дня заблокируй себя и отключи все системы, чтобы избежать радиационного загрязнения среды.
Астромех протяжно зачирикал, сообщая о своей готовности. И добавил кое-что ещё.
- Смола портаака?.. - переспросил Квай-Гон; дроид подтвердил. - Можешь показать, как выглядит это растение?
Текстовая сводка на голограмме быстро сменилась изображением раскидистого высокого дерева с острыми листьями-шипами.
- Спасибо, R-6, - наконец поблагодарил джедай, запоминая информацию. - Спрячься хорошо перед блокировкой. Может быть, тебя найдут и восстановят.
И, не оборачиваясь, направился к недавно освобождённой от огромного булыжника насыпи. Подъём бы не был долгим или опасным - уцелевшие лианы и трещины в породе давали прекрасную возможность выбраться наверх без особых приключений.
Настоящая же опасность поджидала в джунглях. Впрочем, о её наличии Квай-Гон совсем не беспокоился. Будучи последователем Живой Силы, он как никто другой умел выживать в таких условиях. Вопреки дикости природы и общему недружелюбию Харуун-Кэла по отношению к чужакам, Квай-Гон чувствовал себя в этом месте весьма комфортно.

+1

8

Эти джунгли дружелюбными не выглядели. Начинало темнеть, а больше чем за сутки Фетт сумел пройти всего около тридцати километров, что не внушало ему оптимизма. К тому же он всерьез устал, а пережитая ранее авария могла бы остановить даже разъяренного аклая. Боба Фетт понимал, что ему стоит подыскать место для очередного ночлега и отдыха. Но все еще продолжал идти вперед.
Местами джунгли были абсолютно непроходимы, в таком случае приходилось использовать вибронож, прорываясь через череду лиан, некоторые из которых - Фетт готов был поклясться - извивались и уползази прочь. Датчики движения и обнаружения жизни сходили с ума - абсолютно со всех сторон кишели самые разные формы жизни от огромных медленных жуков до гигантских травоядных, за которыми бежала целая свора крупных ящериц. Охотнику пришлось переждать, пока они уйдут - повезло, что по пути попались достаточно высокие скалы. Воздух был влажным и очень жарким. К счастью, Фетта спасал климат-контроль брони и шлема - несмотря на прорехи в ткани, он все еще работал. Но густой пряный аромат джунглей, смешивающий в себе запахи истлевающей зелени под ногами, сока множества растений, различных животных, каких-то грибов и смолянистой вони деревьев,  просачивался даже сквозь фильтры.
Фетт ничего не знал об этой планете, кроме того, что здесь родился Мэйс Винду, потому что никогда не думал, что окажется на ней. Он не знал, что тут представляет собой угрозу, что нет, потому попросту готовился ко всему. Нередко его подозрения подтверждались - например, когда безобидная лиана внезапно оживала и пыталась схватить его или кора неожиданно отделялась от дерева и обнаруживала три ряда острых зубов.
Более крупные животные пока не попадались, хотя лес был наполнен звуками - от пения птиц до гортанного рева вдали. Иногда сверху доносилось сытое клохтанье, навевающее неприятные воспоминания.
Фетт надеялся, что утром сможет ускорить темп. Ему хотелось поскорее покинуть эти места, к тому же надо было как можно быстрее восстановить “Раба”. Джедай очень несвоевременно вмешался в планы, которых, в противовес времени, было много. Время же продолжало ускользать…
Сбоку донесся тихий шелест, словно листва трется о чешую. Фетт повернул голову и, если бы не шлем, встретился бы взглядом с огромными выпуклыми глазами находящегося метрах в семи явно хищного создания. То замерло, сливаясь с зеленью деревьев; покрывающие его шкуру крупные пластины чешуи казались продолжением леса. Сбоку от него Фетт заметил еще одно такое же существо.Они были очень велики, каждый достигал в высоту не менее двух метров с лишним, о длине говорить было сложно. Фетт замер, не двигаясь. Очевидным решением было взлететь, после чего расстрелять их крупные глаза, являющиеся отличной мишенью. Но охотник желал сберечь топливо, к тому же не был уверен в том, с какой скоростью движутся звери. Словно в ответ на эти мысли первый зверь слегка приоткрыл пасть, демонстрируя внушительный ряд острых как иглы зубов. Сбоку показался еще один. Глаза всех трех слабо опалесцировали в густых серо-зеленых сумерках, которые уже не могло разогнать едва видное между стволов солнце. Боба Фетт пригнулся очень медленно, готовясь оттолкнуться от земли, чтобы оказаться на загривке самого крупного зверя, попутно фиксируя цели. Поэтому его практически застал врасплох едва слышный голос сбоку:
- Не двигайся.
Фетт мгновенно признал голос джедая. Он досадливо поморщился под шлемом и опять выпрямился. Потом едва ли не с намеком на веселость в голосе спросил:
- Мне поднять руки, джедай?
- Они вряд ли это оценят.
Ближайшие к Фетту крупные кислотно-зелёные листья раздвинулись, и на небольшой поляне, ступая медленно и осторожно, показался джедай. Не в пример самому наёмнику, который стал похож на взведённую пружину, он выглядел спокойным. Впрочем, только его сосредоточенный взгляд, направленный на зверей, выдавал в нём глубочайшую концентрацию. Квай-Гон медленно поднял руку, словно бы оглаживая по морде одного из зверей, и вслед за этим жестом все трое слегка склонили головы, будто приготовились внимательно слушать то, что он бы им сказал.
Мандалорский шлем повернулся сначала к джедаю, потом опять к животным. Фетт осознал, что джедай не призывал зверей к себе на помощь, более того, сейчас он пытался остановить их. Ощущение некоей связи разливалось в воздухе, ощутимое даже для охотника, хотя тот ничуть не расслабился. Скорее он был готов к тому, что сейчас звери бросятся вперед, если не на самого охотника, то на джедая. Именно поэтому он не желал мешать и продолжил стоять неподвижно. Визуальный контакт адепта Силы и диких обитателей харуун-кэлских джунглей продлился ещё некоторое время. По их невербальному общению сложно было понять, что именно хотел донести до них джедай, но спустя несколько минут застывшие почти без движения животные вдруг преспокойно развернулись и ушли обратно в заросли; звук шуршащего у них под лапами настила из листвы и ломающихся ветвей стал удаляться. Лишь когда среди кустарников скрылся шипастый хвост последнего из них, Квай-Гон опустил руку и посмотрел на Фетта.
- Это акк-псы. Очень умные создания, частично одомашненные местными племенами. Если можно так сказать, - и, не делая паузы, добавил. - До космопорта далеко, а здесь опасно. Нам лучше заключить союз хотя бы на это время.
Фетт молча смотрел на джедая некоторое время, одновременно думая. Звери, отмеченные на ВИДе, удалялись, затем вовсе исчезли. Если служитель Храма может поступать так со всеми местными формами жизни - это весьма полезный союзник. Временный. С другой стороны, если он имел такую власть над животными, он мог привлечь их специально, чтобы нагнать страха и втереться в доверие. Иметь его в таком случае на виду было куда лучше, чем где-то за спиной, не видя, чем он занимается. Боба Фетт кивнул.
- Идёт.

+1

9

Квай-Гон незаметно убрал пальцы от рукояти светового меча, и кивнул в сторону северо-востока.
- Я думал, тебя придётся уговаривать.
Желтый наплечник едва заметно приподнялся.
- Я практичен. Вы, джедаи, тоже.
Фетт повернулся и направился дальше, продолжая наблюдать за человеком за спиной. Тот вряд ли знал об этой особенности мандалорского шлема. Джедай секунду стоял на месте, не совершая никаких лишних движений, потом двинулся следом.
- Не всегда, - сказал он не без определённого намёка, замедляя шаг.
В его руке показалось нечто, тускло блеснувшее в едва пробивающихся сквозь заросли лучах заходящего солнца. Он подбросил некий небольшой предмет в воздух, в потёмках больше напоминающий осколок какой-нибудь горной породы, отправляя его мандалорцу прямо в спину.
Тот тут же, не оборачиваясь, отпрыгнул вбок, скрывшись за ближайшим деревом. Бластер уже был у него в руке, он к тому же сдвинул предохранитель огнемета. Предмет глухо и мягко шлепнулся на листву, не взорвавшись, не выплеснув кислоту и не выпустив облако ядовитого газа. Охотник повернул голову, прислушиваясь к движениям джедая, мысленно даже слегка удивившись такой попытке убийства, потому что отдать его местным хищникам было бы куда проще. Или же это не было подобным покушением.
Не ожидая подобной реакции, Квай-Гон и сам успел снова схватиться за рукоять светового меча, встав в боевую стойку. Лишь спустя несколько секунд он понял, что подумал Фетт. А ещё - что досье не лгало. Благодаря своему шлему мандалорец в самом деле видел даже то, что происходило у него за спиной. Мастер-джедай глубоко вздохнул.
- Это смола портаака, - сказал он, наконец, пытаясь звучать как можно более нейтрально, хотя вся ситуация в целом была неожиданной и весьма... забавной. - Смажешь ей электронику, и она не выйдет из строя. Как твой бластер.
Боба Фетт ничего не ответил, но все же пригляделся к своему оружию. То выглядело вполне целым, индикатор заряда мерцал зеленым. Никаких признаков поломок не было.
- С чего ему ломаться? - спросил Фетт, тут же переместившись к соседним кустам.
- Споры местных грибов разъедают металл, - незамедлительно ответил ему Джинн. Он продолжал оставаться на месте. - Смолу непросто достать. За этим куском мне пришлось лезть на скалу, чтобы сохранить работоспособность меча. Разогреешь в руке и можно использовать.
Мандалорец нахмурился под шлемом. Предложение звучало очень логично, к тому же джедаи были кристально честны в большинстве своем - когда не убивали и не насаждали справедливость. Фетт выступил из-за кустов, наставив бластер на джедая, потом медленно приблизился к нему на пару метров. Тот выглядел едва ли не безмятежно, хотя в глубине глаз можно было заметить искры настороженности,  готовности и даже любопытства.
- Не играй со мной, джедай, - с нескрываемой угрозой сказал ему Фетт, не опуская направленный в его лицо бластер.
А потом нажал на спусковой крючок.
Винтовка слабо вздрогнула в руке мандалорца, тихо зашипела и не выстрелила. Джедай даже не изменился в лице, хотя глупо было исключать возможность того, что он готов был в любой момент уклониться или даже выхватить оружие.
- Не играю, - твёрдо сказал он в ответ на это, почти не шелохнувшись. - Когда я предлагал союз, я был предельно серьёзен.
Фетт кивнул и опустил бластер, убирая его в кобуру на поясе. Он нагнулся и поднял кусок смолы, к которому прилип обрывок листа и какой-то мелкий сор. Тот выглядел безвредно. Эта смола не могла быть источником коррозии - Фетт бы заметил подобное вмешательство в свои устройства. И времени на него не было. Он поместил кусок смолы в поясную сумку.
- Ночью опасно. Надо остановиться.
- Давно пора, - согласился с ним джедай.
И, дабы избежать дальнейших недоразумений, вместо того, чтобы указать в нужную сторону рукой, Квай-Гон просто кивнул.
- Космопорт в той стороне.

+1

10

Непроглядная тьма харуун-кэлских джунглей полнилась звуками; ее разрывали только редкие искры мерцающих насекомых и едва заметные блики фосфоресцирующей разлагающейся листвы. Из мрака доносились самые разные звуки - хлопанье крыльев птиц и насекомых, треск ветвей, шелест листьев на ветру и от чьих-то незримых перемещений, писк, крики, вой. Вдали что-то гулко ухало. Влажный густой воздух немного остыл к вечеру, но все еще оставался чрезвычайно душным. Сквозь густое переплетение ветвей над головой виднелись яркие звезды, огромные и трепещущие - как всегда бывает на тропических планетах. Квай-Гон сидел на широкой ветви возвышающегося над остальными джунглями дерева, привалившись спиной к его широкому стволу и выпрямив одну ногу, и молча наблюдал за действиями мандалорского наёмника. Их молчаливый союз пока играл обоим на руку. И, что было даже более удивительным, они понимали друг друга без лишних слов. Но прошло время, и Квай-Гон, с лёгкой руки которого на них обоих обрушились эти незабываемые приключения, почувствовал, что ему становится скучно. Скучно не в привычном смысле этого слова - мастеру-джедаю всегда было о чём подумать или чем заняться; большую часть времени он и в самом деле предпочитал молчать. Однако сейчас, при наличии такого любопытного субъекта как Боба Фетт, это молчание казалось утомительным. Квай-Гон никогда бы не подумал, что встретится с ним лично, тем более, при подобных обстоятельствах.
- Посветить? - поинтересовался он с очень хорошо скрываемым сарказмом, но без особой надежды на ответ.
Фетт, который сидел на той же ветви напротив, обхватив ее ногами, и изучал электронику бластера, пытаясь переподключить ставшие хрупкими провода, слегка поднял голову, глядя на джедая. Он удерживал маленький, но яркий фонарик, прижимая его плечом к шее - луч был направленным и не слишком видимым со стороны. Мандалорец качнул головой и ответил:
- Нет.
Он вернулся к прерванному занятию, закрыл уже обильно смазанную смолой крышку и начал проверять индикаторы.
- Эта смола хороший проводник, - вновь заговорил джедай. - Если она попадёт внутрь, оружие начнёт быстрее перегреваться.
Мандалорец кивнул, выключил фонарик, убрал его в поясную сумку и принялся смазывать смолой левый наруч, старательно обрабатывая каждый выступ и выемку. Потом вновь вернулся к бластеру, изучающе осмотрел его и без предупреждения выстрелил в сторону. Красные вспышки мгновенно унеслись вдаль, бластер тихо загудел - чуть громче обычного. Фетт остался недоволен, но на данный момент вариантов не было. Он вновь посмотрел на джедая, затем повернулся так, чтобы оказаться в тени, и снял шлем. Его целостность была особенно важна, Фетта к тому же устраивала почти полная темнота вокруг. Мандалорец принялся растирать смолу по его поверхности, но краем глаза продолжал следить за джедаем. И Фетт был даже несколько удивлен - тот отвернулся, с повышенным интересом глядя куда-то вдаль. Реакция была непривычной, обычно все живые существа проявляли интерес совсем иного рода.
- Чаще всего одного выстрела хватает.
Квай-Гон, продолживший сосредоточенно высматривать что-то вдалеке, хмыкнул и невесело усмехнулся.
- Вообще-то я не говорил об убийстве.
Наёмник молча пожал плечами.
- Квай-Гон Джинн, - представился джедай неожиданно. - На случай, если захочешь ко мне обратиться.
- Без разницы, - равнодушно ответил Фетт, надевая шлем. Защелки привычно встали на свои места; мандалорец успел ощутить едкий травяной запах смолы пока не включилась система климат-контроля. - Пока за твою голову нет хорошей награды.
Джинн тоже пожал плечами. Он не ответил, но весь его вид говорил о том, что он так и думал. На самом деле Фетт внимательно к нему приглядывался. Нельзя сказать, чтобы тот вызывал симпатию, но определенную долю уважения точно. Он был профессионалом в своем деле, как сам Боба Фетт - в своем. К тому же он помнил первую встречу на Корусанте. Подобное сложно забыть в любом случае. Фетт попросту еще не решил, как относиться к этому человеку. Является ли он добычей, охотником или же кем-то иным? Выпускать его из поля зрения мандалорец не собирался в любом случае.
И Квай-Гон Джинн не совершал абсолютно никаких лишних или резких движений. Ему не была свойственна суетность или нервозность, которая бы запросто могла возникнуть от одного только присутствия такого человека как Боба Фетт поблизости. Джедай воспринимал его как зло, но зло нейтральное и пока необходимое. Тем более, что Фетт дал ему слово. А взамен Джинн дал ему своё: до тех пор, пока они не доберутся до космопорта, никаких попыток убийства или нападения друг на друга они не предпримут. Правда, в этом устном договоре не было ни слова о том, что им нельзя друг с другом разговаривать. Фетт был не лучшим собеседником, однако это не умаляло достоинств крайне интересной и неоднозначной личности, которой он, вне всякого сомнения, являлся. Подобные Бобе Фетту люди встречаются раз в несколько поколений. И это, как отметил про себя Квай-Гон, уже являлось достаточным поводом для разговоров.
- По-моему, мы зря сюда забрались, - помолчав ещё некоторое время, джедай подобрал под себя ногу.
- Это почему? - безэмоционально спросил Фетт, убирая бластер за спину.
- Здесь водятся лозные кошки. Размерами чуть меньше нексу и не такие симпатичные. Но тоже охотятся стаями и часто лазают по деревьям за добычей.
Джедай говорил едва ли не беззаботно, словно абсолютно не боялся упомянутых хищников - а скорее всего так и было. И все же в его словах звучало нечто, похожее на едва уловимую попытку нагнать страха. Мандалорец уже заметил, что Квай-Гон, хотя и пытается казаться относительно простым и безопасным, в каждом слове оставляет ловушку или тайный смысл. Он умел думать и анализировать - чрезвычайно редкая черта в Галактике. Боба Фетт усмехнулся и откинулся на ветку за спиной, прижавшись к ней боком, дабы реактивный ранец не мешал весьма относительному, но удобству. Он плотнее обхватил дерево ногами и скрестил руки на груди. Откинув голову назад, охотник закрыл глаза и сказал:
- Ты справишься с этим, джедай. Разбуди меня через три часа.
В очередной раз ответом ему стало молчание, бывшее, впрочем, очевидным знаком согласия. Квай-Гон тихо хмыкнул и, пользуясь тем, что они были в темноте, криво улыбнулся. С орбиты перспектива такого диалога выглядела несколько иначе.

+1

11

Утро не задалось с самого начала. Лозные кошки не почтили импровизированный лагерь своим визитом, но было немало ночных насекомых, досаждавших стрекотанием и с завидным упорством находивших прорехи в порванной броне. Квай-Гону, судя по редким вздохам, это тоже было не слишком приятно. Но куда хуже была боль, которая вновь обострилась после пережитого и надсадно ныла где-то внутри. Фетт не выдал ее ни единым жестом или звуком. Он шел рядом с джедаем, приглушив визор из-за яркого солнца, стремящегося к зениту. С рассвета они сумели пройти уже около десяти километров, может немногим больше. И в этот раз они молчали, что Бобу Фетта вполне устраивало. За утро единственный раз Квай-Гон остановился и поднял руку, призывая к спокойствию и неподвижности - Фетта это даже позабавило - явно отваживая невидимого обитателя джунглей. Остальная часть пути прошла в заунывном преодолении лиан, поиске обходных путей через скалы и монотонной борьбе с собственными ощущениями. В такие моменты Фетт сполна понимал, что моложе не становится. Но джедаю об этом знать не следовало.
- Привал, - неожиданно, впервые за всё утро, джедай, наконец, подал голос.
Фетт остановился, повернулся к нему и кивнул. Он был полностью согласен с джедаем в необходимости отдыха, но сам никогда бы не предложил первым. Охотник опустился на камень, засыпанный листвой, и откинулся назад, к дереву. Он внимательно посмотрел на неподвижного джедая, потом закрыл глаза. Фетт с отвращением признался себе, что чувствует себя действительно хреново. По ту сторону век мелькали рваные образы, не последнее место среди которых занимала Айлин. Охотник открыл глаза, не желая вновь погружаться в какие бы то ни было чувства, попутно понимая, что боль начинает пробивать его внутреннюю броню.
- Пятнадцать минут, - ответил он Квай-Гону. - Не больше.
Тот кивнул. Но почему-то медлил. Словно какая-нибудь гончая, джедай застыл на месте и неотрывно, хмурясь, смотрел в одну точку в зарослях.
- Здесь нет опасности. Я скоро вернусь, - строго сказал он, сделав несколько шагов в сторону, куда смотрел.
Но всё-таки напоследок обернулся к Фетту. Как и ожидалось, его реакцией было лишь молчание. Квай-Гон отодвинул в сторону преграждающее путь переплетение из лиан и исчез в недрах джунглей. Джедай не сказал об этом мандалорцу, но испытанный им приступ физической боли и последовавшего головокружения сложно было не почувствовать, особенно эмпату, такому, как Квай-Гон. Но, разумеется, предложить Фетту отдохнуть, ссылаясь на его же самочувствие, было бы для мандалорца сродни оскорблению. Вопреки всему, что знал и думал о наёмнике Квай-Гон, Боба Фетт был достоин хотя бы шага навстречу. Помимо осуждения, которое вызывали многие его поступки. Но не место и не время сейчас было об этом рассуждать. В силу обстоятельств они были вынуждены сотрудничать. В дальнейшем их пути - и взгляды - неминуемо разойдутся. Но это будет потом.
Квай-Гон миновал выступающий из земли поросший мхом булыжник, переступил через протекающий между крупными камнями узенький ручей и шагнул к высоким зарослям, образовывающим природный забор. За ними не было видно абсолютно ничего, однако джедай продолжал уверенно следовать к своей цели - потому что именно оттуда в Силу изливался отчаянный призыв о помощи. Призыв, который может исходить лишь от существа, оказавшегося на краю гибели. Квай-Гон Джинн не мог и никогда не проходил мимо того, кому он мог помочь. Пусть цепкие лианы и надоедливая мошкара словно нарочно начали донимать его с утроенной силой, предупреждая об опасности.
Квай-Гон раздвинул кусты, за которыми обнаружился обрыв, ведущий к каверне, заполненной синеватым газом. Джедай нахмурился, мрачно разглядывая заполнявшие ее скелеты разной степени свежести, принадлежавшие обширному разнообразию живых существ. Справа, метрах в десяти, был виден совсем свежий трупик щенка акк-пса. Каверна была в диаметре метров сто, от нее исходило дикое, неимоверное ощущение боли, страданий и смерти множества существ. Джедай едва не покачнулся от ощущений, когда почувствовал эту лавину в Силе. На фоне этой старой боли пульсировала искра угасающей жизни, паникующей и стремящейся к отчаянному спасению. Квай-Гон вспомнил сводку о планете, предоставленную дроидом, речь в которой шла в том числе и о Ямах Смерти, заполненных смертельно опасным газом, который покрывает большую часть поверхности планеты. Он поспешно срубил световым мечом прочную на вид лиану, росшую рядом, обвязал ею дерево и, призвав на помощь Силу, создал вокруг себя отталкивающее поле, оставляющее пузырь чистого воздуха, после чего стал спускаться вниз. Квай-Гон спешил как только мог, хотя по мере погружения в синеву, смыкающуюся вокруг, ему было все сложнее сохранять концентрацию, не закрываясь в Силе, чтобы не потерять в этом тумане единственный ориентир на живое создание. Джедай спрыгнул на землю, отпустив лиану, и осмотрелся. Внутри Яма Смерти была заполнена костями, там даже растений не было - только обломки угасшей жизни, многие из которых уже рассыпались в труху. Квай-Гон шагнул вперед. Видимость составляла не более десятка метров, противоположного края каверны и вовсе видно не было. Он ускорил шаг. Совсем скоро стена, по которой он спустился, тоже растворилась позади, оставив джедая посреди синевы, костей и мёртвых камней. В окружающий его все еще чистый и безопасный воздух проник едва ощутимый аромат, отдающий чем-то синтетически-ледяным. Квай-Гон случайно задел ногой предмет, с глухим стуком покатившийся вперед. Он опустил взгляд и тут же ощутил, как волна тьмы и отголоски смерти накрывает его с головой. То был череп, человеческий, явно детский - ребенку не могло быть больше восьми лет. Хотя газ погасил все звуки, оставляя почти полную тишину, сквозь которую едва слышно доносились звуки джунглей, смазанные до состояние монотонного шипящего гула. Ощущения едва не сбили Джинна с ног, он словно вновь услышал голоса, которые шептали в его голове за час до взрыва звезд системы Латерна-Энтис. Запах в воздухе стал отчетливей, а сфера безопасности сократилась; Квай-Гону было сложно сохранять полный контроль. Он побежал вперед, желая закончить все как можно быстрее и убраться из этого места. Впереди, сквозь негромкий, но навязчивый ритм собственного бьющегося сердца, джедай услышал сдавленный хрип, уже даже не стон. Он наконец увидел стремящегося к спасению человека - то был корун, лежащий на костях и камнях, как куль, пытающийся ползти вперед, цепляясь рукой за скелеты и не столько подтягивая себя к ним, сколько их к себе. Квай-Гон склонился к человеку и с огромным трудом оторвал его от земли, повернув к себе. На темном лице молодого мужчины выделялись горящие безумным страхом и внезапно вспыхнувшей надеждой широко распахнутые глаза. Джедай поднял человека выше, привлекая Силу, которая стремительно ускользала прочь. Он покачнулся, стремясь передать коруну успокаивающий импульс и ощущая, что от всепроникающего яда мысли и восприятие путаются все больше. В ушах стал нарастать неприятный шум, напоминающий механический рев пламени. А потом Квай-Гон ощутил, как чьи-то пальцы схватили его за плечи и резко дернули вверх. Корун выпал из рук джедая, издав короткий и резкий крик. Синева вокруг развеялась, вновь вернув джунгли и яркое небо. Затем держащие Квай-Гона руки разжались, и он оказался на траве, впрочем, тут же рухнув на колени и зайдясь в тяжёлом кашле. Боба Фетт приземлился рядом, деактивировав свой ранец. Он скрестил руки на груди и холодно сказал:
- Я думал, что джедаи умнее.
Квай-Гон ещё некоторое время молчал, оставаясь на одном колене и упираясь рукой в землю, и глубоко вдыхал казавшийся теперь сладковатым влажный воздух.
- Я мог его спасти, - хрипло ответил он; в его голосе послышалась глубокая досада.
Мандалорский шлем качнулся из стороны в сторону.
- Не смог. Уровень токсинов слишком высок. Он уже мертв, - Фетт помолчал секунду и добавил. - Ты бы тоже умер через тридцать секунд. Если бы не я.
- Ты этого не знаешь.
Несмотря на отравление токсинами, джедай продолжал упрямиться. Спускаясь в эту яму, Квай-Гон был абсолютно уверен, что яд не нанесёт ему вреда. Он поднял глаза на мандалорца. Вероятно, причина его уверенности, не в последнюю очередь появившейся благодаря предчувствию, сейчас стояла перед ним. Фетт же пожал плечами, но всё-таки сподобился ответить:
- Иногда надо действовать, а не знать. Ты мне еще нужен.
- Тем не менее, спасибо.
Упираясь рукой в своё колено, Квай-Гон тяжело поднялся на ноги и обернулся к яме. Отзвуки ещё одной угасающей за пеленой страшного тумана жизни уже почти не отражались в Силе. Боба Фетт был прав: этот человек умер бы в любом случае. В отличие от самого джедая, в самом деле спасённого наёмником - человеком, чьё мировосприятие не так уж сильно отличалось от воспитанников Ордена. “Действовать - не знать” - это был один из главных принципов, на которых взращивались юные джедаи.
- Я тебе должен, - без особого желания, но всё-таки уверенно признал Квай-Гон, снова посмотрев на Фетта.
- Не только за это, - равнодушно ответил мандалорец. - Ходить можешь?
Несмотря на головокружение и лёгкую тошноту Квай-Гон кивнул.
- Могу. Должен. Если этот человек оказался здесь, где-то рядом наверняка есть племя, к которому он принадлежал. Не знаю, как они отреагируют на чужаков в их джунглях - в особенности после гибели одного из них.
- Он мог потеряться. Они не узнают.
Джинн расправил плечи и слегка болезненно поморщился.
- Коруны чувствительны к Силе. Узнают. Мы... просто оказались рядом. Это достаточный повод не проявлять радушие.
- Нехорошо, - спустя несколько секунд ответил Фетт, оглядываясь по сторонам и внимательно изучая джунгли. - Тогда поспешим.
Он указал направление и пошел вперед, не дожидаясь джедая. Случайное приключение не пошло мандалорцу на пользу, но передышка помогла вновь собраться с силами, потому его походка вновь стала твердой и уверенной. Джедай же напротив заметно умерил прыть, к тому же молчал, незаметными для себя волнами проецируя некую печаль. Минут двадцать они шли в молчании. Потом Фетт сказал:
- Он умер быстро. Не самая худшая смерть, - он помолчал немного, обходя торчащий из зарослей камень. - Однажды я достал из могилы ребенка, похороненного заживо. Успел. Та смерть была бы неправильной, но Галактике всё равно.
Джедай долго ему не отвечал. Он не ожидал услышать подобное от Фетта. Мандалорский наёмник и убийца выказывал ему моральную поддержку? Высказывал свои собственные взгляды? Как бы там ни было, с Бобой Феттом сложно было не согласиться. Галактике действительно было всё равно. Но вместо этого Квай-Гон сказал:
- До тех пор, пока в Галактике есть те, кто не остаётся в стороне, у неё по-прежнему есть надежда, - ответ его звучал нейтрально, но сделав паузу, Джинн вдруг добавил, - однажды я спас ребёнка из рабства. Галактика за это здорово поплатилась.
Фетт мрачно усмехнулся, причем неприкрыто.
- Галактика получает то, что заслужила. Если бы у нее была надежда, то войны бы прекратились. Неважно, кто побеждает. Итог всегда один. Как и процесс. Если бы в Галактике была справедливость, то не были бы нужны такие, как я.
- Это точно, - не менее мрачно усмехнулся джедай. - Но ты оказался рядом и помог. Этого уже достаточно.
Мандалорец пожал плечами, потом пригнулся, проходя под низко нависающей ветвью. Прямо над головами резко закричала птица, взлетая вверх. Он не собирался отвечать джедаю на столь прямолинейное утверждение. Квай-Гон был идеалистом, как и вся остальная его братия. Но примечательно, что он не пустился в пространные рассуждения о балансе, Добре и Свете, как остальные джедаи, а смотрел на жизнь с долей здорового цинизма, умея видеть жизнь не только сквозь призму, делящую мир на черное и белое. Боба Фетт не любил джедаев. С некоторыми он имел счеты. Кого-то из них убивал. И все же знал, что поступок одного не делает всех одинаковыми. Это то же самое, что мстить семье за ошибки одного ее члена. Но это не означает, что хотя бы кого-то из джедаев он уважал. Не останавливаясь и не оглядываясь, без особых эмоций в голосе мандалорец сказал:
- Месяц назад джедай убил мою дочь.
Эта новость обрушилась на Квай-Гона, словно гром среди ясного неба. Он резко остановился, выпуская из рук лиану, которая преграждала путь, и вперил сосредоточенный взгляд в спину охотника за головами - он знал, что тот это заметит. Все мысли джедая, которые до этого момента вращались вокруг коруна, которому он не смог помочь, вокруг Ямы Смерти и умирающего человека рядом - кем бы он ни был, Боба Фетт в самом деле умирал, при этом испытывая страшную боль, - разом уступили место другой, куда более мрачной и реальной.
- Кто это сделал? - обесцветившимся тоном спросил он.
Квай-Гона осенила страшная догадка. Только теперь он понял, чего Фетту стоило заключение устного пакта не о ненападении.
- Имя уже не имеет значения, - с намеком на шипение ответил Фетт. - Он умрет.
- Все когда-нибудь умрут, - не выбирая выражений, почти перебил его джедай. - Его имя, - и, несколько помедлив, уверенно сказал. - Джейсен Соло?
Мандалорец наконец повернулся к Квай-Гону. Он медленно кивнул, стараясь подавить непрошеные эмоции и вновь возникшую тоску по Айлин. Фетт позволил печали перетечь в ярость, а той остыть до температуры открытого космоса. Мандалорец скрестил руки на груди и сказал:
- Я умру только когда захочу этого. А Джейсен умрет раньше меня.
- В качестве мести или поиска справедливости?
- Иногда разницы нет.
Фетт отвернулся и пошел дальше.
- Джейсен Соло больше не джедай, - после нескольких минут тяжёлого молчания и раздумий сказал Квай-Гон. - Я соболезную твоей утрате.
- Соболезнования оставь тем, кто в них нуждается, - резко ответил Фетт и прибавил темп, не желая продолжать разговор.
Дорога вела вверх, что затрудняло продвижение, но скалы, выступающие из растений, нередко создавали естественные лестницы, упрощая подъем. Он занял не меньше часа времени, за который путники не обменялись ни словом.
Охотник действительно сильно сожалел, что не знал Айлин, не успел узнать ее по-настоящему. Время уже ушло, но это делало ошибку еще более необратимой. Сейчас ее нет. Не годится, когда дети умирают раньше родителей. Но на что можно было рассчитывать, если девушка пошла по его стопам? Может быть, если бы ее учил сам Фетт, она смогла бы дать отпор Джейсену. Даже попросту не попасться ему. И о какой справедливости можно говорить, если сын двух героев повстанцев убил подозреваемую в государственной измене охотницу за головами? Боба Фетт не питал на этот счет никаких иллюзий. Потому, несмотря на слова Квай-Гона о том, что Джейсен Соло больше не является джедаем, собирался сам добраться до него. В очередной раз мандалорец уверился в том, что не имеет значения, кто стоит у штурвала галактической политики - у них всегда будет своя справедливость. Возможно, что при Империи ее было едва ли не больше - по крайней мере, кара за проступки не была скрыта за бесконечными судебными разбирательствами и пустыми словами о героизме и свободе, а следовала мгновенно и беспощадно. Фетт вспомнил Вейдера, который всегда был неплохим клиентом, хотя и очень опасным. Интересно, а при нем такое могло случиться? Наверняка…
Боба Фетт остановился, внезапно сведя несколько фактов воедино. Он повернулся к нагоняющему его джедаю и спросил:
- Ты говорил раньше, что спас ребенка-раба. Как его звали?
Квай-Гона, успевшего снова погрузиться в свои мысли - в этот раз о Джейсене и страшной гибели Айлин Вел от его рук - неожиданный вопрос наёмника вновь застал врасплох. Боба Фетт был крайне непростым человеком; человеком-стихией, которому сложно было дать какое-либо определение. Убийца? Факт. Едва ли Боба Фетт задумывался о чувствах тех людей, у которых он отнимал жизни в обмен на звонкую монету. Спаситель? Вероятно. Поизучав досье мандалорского наёмника и список его жертв, Квай-Гон, вопреки расхожему мнению и своему собственному взгляду на то, что любая жизнь достойна уважения, пришёл к выводу, что если бы не эти смерти, ситуация в Галактике могла бы значительно ухудшиться - не то ли делали джедаи, когда не было другого выбора? У Бобы Фетта были свои принципы, своя высокая мораль, часто непонятная более простым умам; он не делил мир на чёрное и белое, не был ни добром, ни злом. Или же, скорее, был тем самым злом, которое необходимо, чтобы бороться с другим злом. Он не лишал жизни без нужды - однако спасал, когда это было необходимо. Медленно, но верно Квай-Гон приходил к выводу, что многие принципы, которые мастера Ордена пытались заложить в головы будущих джедаев, Боба Фетт воспитал в себе самостоятельно. А ещё он мыслил свободно и масштабно, вне всяких категорий и критериев  - прямо как джедай. Разница была лишь в методах.
Впрочем, узнай об этих размышлениях сам наёмник, едва ли бы они ему понравились. Квай-Гону же не нравилось, что он убивал джедаев. Он не имел никакого права судить охотника за головами - но если бы им вновь пришлось сойтись в бою, один из них почти наверняка бы умер.
Мастер-джедай вновь остановился, думая над тем, какое значение теперь могла бы иметь правда о давно ушедшем прошлом. Параллели Джейсена с его дедом напрашивались сами собой. Но, как и его дед, Джейсен Соло вряд ли бы послушал призрака, который каким-то невероятным образом снова обрёл плоть. Квай-Гон жалел мальчишку, конфликт внутри которого снова мог бы стоить сотен триллионов жизней. И хотя угрозы Фетта не были пустыми, интуиция подсказывала, что падший джедай вряд ли умрёт от его руки. А сам Квай-Гон ещё неоднократно попытается спасти и Джейсена, и его несостоявшегося убийцу.
Окружавшие их джунгли неестественно зашевелились, так, словно на них налетел внезапный порыв ветра. Квай-Гон вздохнул и хмуро сдвинул брови, вдруг начав медленно поднимать руки вверх. Он не сводил глаз с Фетта, не столько боковым зрением, сколько через нависшую угрозу в Силе подмечая несколько остроконечных копий, направленных на них из зарослей.
- Энакин Скайуокер. Если это важно, - ответил он, наконец, а потом обратился к кому-то в джунглях, по-прежнему не сводя взгляда синих глаз с наёмника, - мы не желаем вреда. Эти смерти тоже были бы неправильными, - добавил он гораздо тише и неожиданно перешёл на мэндо’a. - Я прошу доверия.

+1

12

Фетт, чей карабин уже был в руках и направлен на ближайшего коруна, опустил ETR, ища цели вокруг и фиксируя их. И все же он немного обернулся, дабы бросить короткий взгляд на джедая. Удивить мандалорца было очень непросто, но джедаю это только что удалось. Он перевел бластер на двинувшегося аборигена, попутно вспоминая те странные слухи, что приносили осведомители - о существах из прошлых эпох, вновь возвращающихся на галактическую арену. Вейдер не был похож на мальчика-раба, равно как и Энакин Скайуокер, каким его запомнил мандалорец во времена Войн Клонов. Он помнил смутные разговоры о визите джедаев на Татуин, который случился еще до рождения самого Бобы Фетта, но сейчас не было времени сводить мозаику воедино. Вероятно, Квай-Гон прав с определенной позиции - стоило попытаться избежать стычки с корунами. Джедай мог погибнуть в ней и не продолжить делиться важной информацией, на которую был чрезвычайно щедр. Фетт поднял бластер и коротко кивнул, отступая на шаг назад, но не теряя бдительности. Корунов было много, к тому же это их территория, и было бы серьезной ошибкой упускать известие об их чувствительности к Силе. Но неизвестно, есть ли у них более серьезное оружие, чем копья.
Увидев, что чужаки не собираются сопротивляться, несколько темнокожих обитателей планеты, по-прежнему держа копья наставленными на обоих, стали потихоньку подбираться к ним поближе. Один из корунов, одетый во вполне цивильную одежду, впрочем, весьма обильно сдобренную племенной атрибутикой, опасно близко подошёл к Фетту и едва не ткнул того остриём копья в спину. Но Квай-Гон, всё это время старавшийся проецировать в Силу как можно больше дружелюбия, не опуская рук, вдруг отрицательно качнул головой.
- Не нужно.
Удивительно, но местный обитатель его послушался. Он опустил копьё и требовательно уставился на Джинна - вероятно, посчитав, что он здесь главный. У джедая не было права на ошибку.
- Я знал человека из гхоша Винду. Он был последним из них.
- Мейс из гхоша Винду был славным воином, - с сильным акцентом, из-за которого непросто было разобрать отдельные слова, но корун всё-таки ответил ему на общегалактическом. - Но вы - чужаки. Кто вы такие? Что вы хотите от леса?
Фетт промолчал, оставляя переговоры на джедая и не совершая ни единого движения. Он внимательно осмотрел корунов, оценивая перспективы боя, и понял, что у тех нет шансов. Нельзя сказать, чтобы аборигены были нищими оборванцами, но все же не являлись эталоном современного жителя Галактики. На них была простая одежда, иногда явно домотканная, чистая, но потертая и выцветшая. У парочки на ремнях красовались древние бластерные пистолеты весьма удручающего вида, у одного даже болтался комлинк на шее, подвешенный на кожаном ремешке. Фетт заметил, что комлинк был обильно смазан той же смолой, которую дал ему самому Квай-Гон. Но главное - коруны не выглядели дружелюбными, хотя и не были чрезмерно агрессивными - скорее чрезвычайно настороженными, как дикие звери, которые еще не решили как отнестись к чужакам.
- Мы ищем дорогу в город, - джедай продолжал спокойно разговаривать с коруном, но положение его рук, туловища и ног говорили о том, что он был готов ко всему.
Это проявлялось в мельчайших деталях, заметных, пожалуй, только Фетту. Но именно это и делало Квай-Гона джедаем - умение мгновенно адаптироваться под обстановку и принимать верные решения в доли секунд.
Тот абориген, что говорил, только нахмурился сильнее и крепче сжал копье.
- Чужаки не знают лес. Чужаки убивают лес. Зачем вы пришли сюда?
- Мы не совсем пришли, - за это время уже успевший опустить руки джедай снова поднял одну и указал пальцем в небо. - Нас призвал Пелекотан. Мы здесь по его воле и уже заплатили цену - наши корабли.
Коруны зашептались между собой на родном языке; их слова слились с шелестом листьев, словно подчеркивая единство народа с окружающими джунглями. Потом главный в их отряде выпрямился и сказал:
- Вы пойдете с нами к гхошу. Лор пелек решит, кто вы.
Коруны окружили обоих, не опуская копий, указывая направление пути. Идти пришлось достаточно долго - не меньше часа, все это время и коруны, и люди молчали. Пара корунов помоложе пыталась что-то сказать, но на них шикали старшие. Несмотря на всю сноровку Квай-Гона и Фетта коруны были куда менее заметны и беззвучны в родном лесу. Иногда даже бывало сложно проследить за их точным количеством. Один раз коруны замерли и призвали к этому своих “пленников”. Где-то за деревьями, тяжело дыша и фыркая, прошло что-то очень большое. В другой раз из кустов показалась гигантская морда акк-пса, приблизившегося к одному коруну и словно что-то ему сообщившего ему без слов. Единство этих людей с планетой поражало, Квай-Гон вовсе ощущал плотную неразрывную сеть, в которой каждый занимал свое место, не слишком нарушая баланс, установившийся на планете. И в этом было много жестокости - истинной жестокости закона выживания и борьбы за существование. Но это полностью соответствовало идее Пелекотана, который чтили коруны. Квай-Гон вспомнил, как Мейс однажды мрачновато заметил, говоря о родной планете, что джунгли не беспощадны, но и помогать не будут. Отодвигая последнюю ветвь, отделяющую лагерь корунов от леса, Квай-Гон мысленно с ним согласился.
Лагерь же встретил пришельцев напряжением. Местные жители явно заранее были готовы к визиту, они не источали откровенной враждебности, но и дружелюбными не были. Квай-Гон ощутил их беспокойство и даже нотки явной ненависти от пары молодых корунов. Сам джедай старался проецировать только спокойствие, но вот его спутник был полностью закрыт из-за глубокой сосредоточенности и явно готов перестрелять всех. Руку далеко от оружия Боба Фетт не убирал. Из шатра, находящегося на спине какого-то зверя, показался мужчина средних лет. Его голова была обрита налысо, на лицо были нанесены ритуальные узоры, а взгляд казался очень острым, едва не колол, словно иглами. В Силе он ощущался очень мощно, он мог дать фору многим джедаем по уровню мастерства владения ею. Он подошел к Квай-Гону и Фетту, медленно просканировал каждого из них взглядом, после чего изрек:
- Чужакам не место здесь.

+1

13

Квай-Гон глубоко кивнул вождю местного племени, выказывая ему своё почтение. Фетт же вообще не пошевелился - этого стоило ожидать. Тем более, мысленно отметил про себя Квай-Гон, наёмник сам отдал ему все карты в руки. Если из-за этого у них начнутся проблемы, джедаю придётся очень тяжело. Эта мысль почему-то почти развеселила Джинна.
- Моё имя Квай-Гон Джинн. Я джедай из Храма на далёком Корусанте, - по окружившей чужаков толпе прокатился лёгкий вздох удивления и заинтересованности, когда назвавшийся джедаем в доказательство снял с пояса металлическую рукоять и активировал синий световой клинок, подняв его высоко над головой, как знамя. Его мягкое гудение распространилось по всему лагерю. - Мейс Винду был моим близким другом. Я до сих пор скорблю о его потере.
Мастер ощутил волну сдерживаемой ярости, когда Фетт повернул к нему голову, явно глядя в глаза. Квай-Гон понял, что для Фетта эта новость тоже была откровением, наверняка наемник знал, что Мейс Винду погиб почти пятьдесят лет назад. Оставалось надеяться, что Фетт не решит сейчас избавиться от всего племени и самого Квай-Гона впридачу, решая заплатить по старым счетам.
Вождь вперил взгляд в Квай-Гона, уже успевшего вернуть меч на пояс, чтобы не смущать никого из местных, и покачал головой.
- Ты лжешь. Мейс Винду не был на Харуун-Кэле пятьдесят лет. Ты выглядишь младше, чем был он, когда прибыл на планету, джедай. Ты умело скрываешь ложь, будто даже веришь своим словам, но ты не знал Мейса Винду.
- Ты ошибаешься, лор пелек, - уверенно сказал ему Квай-Гон, глядя вождю прямо в глаза.
Тот сделал шаг в сторону, задумчиво рассматривая Квай-Гона и покачал головой.
- Я не вижу твои мысли. Откройся мне, джедай. Тогда я смогу узнать цену твоим словам и своим ошибкам.
Толпа вокруг них становилась всё больше, несмотря на то, что многие из корунов старались скрыть своё присутствие. Женщины прятались в кожаных шатрах, сквозь прорехи наблюдая за наглецом, посмевшим обвинить самого лор пелека в ошибке; дети и подростки сидели на ветвях, глядя на всё сверху. Двое чужаков были для них невиданной диковинкой. Произнесённые же одним из них слова и впрямь были невероятной наглостью. Все застыли в ожидании того, что будет дальше.
Квай-Гон спокойно и размеренно кивнул, глубоко вдыхая сладковатый воздух, в котором витали ароматы жжёной древесины, кожи и разнотравья, и закрыл глаза. Он почувствовал, как его разума решительно касается чужая воля - сильная, уверенная и в самом деле способная нанести мощный ментальный удар, если сам лор пелек пожелает наказать чужака за наглость. Квай-Гон был готов его парировать. Но разум коруна лишь мягко коснулся мыслей и воспоминаний Квай-Гона, не вмешиваясь в них и даже не понимая, лишь улавливая наполняющие их чувства и эмоции. Корун широко распахнул глаза, между ним и джедаем шел очень насыщенный и быстрый диалог, который по скорости был бы недоступен даже современным компьютерам. И ощущали его только двое. Затем шаман шагнул назад и кивнул, ему было явно сложно не опустить глаза.
- Ты не лгал. Ты был в Пелекотане и вернулся, - он говорил твердо и спокойно, но на последнем слове прозвучала едва заметная нотка благоговения. - Народ корунай не сталкивался с подобными тебе. Будь нашим гостем, Квай-Гон Джинн, друг Мейса из гхоша Винду.
- Спасибо, лор пелек, - он почтительно кивнул ему и нескольким другим почтенным старцам, окружившим хижину.
Он не собирался соглашаться, но не успел облечь вежливый отказ в словесную форму - за него сказал до сих пор молчавший Боба Фетт.

+1

14

- Нет. Мы слишком задержались.
Он не знал, собирался ли джедай ответить вежливым согласием, потому опередил его. Он ощутил на себе отнюдь не столь доброжелательные взгляды, какими аборигены смотрели на джедая, причём один из взглядов принадлежал и самому Квай-Гону, но охотнику было действительно все равно.
- Я не разговаривал с тобой, чужак, - шаман наставил палец на наемника и хмуро сдвинул брови. - Кто ты такой?
- Мои имя Боба Фетт, - с угрозой ответил мандалорец, но, хотя и ожидаемо, это не произвело на корунов впечатления. Репутация имеет мало значения, когда о ней не знают. Корун сощурился и с легким презрением заметил:
- Ты далек от Пелекотана, в отличие от стоящего рядом с тобой человека. Твоего врага, так?
- Он мне не враг, - ответил за наёмника джедай.
- Но этот человек воспринимает тебя именно так, - сказал ему лор пелек. Квай-Гон поджал губы, но промолчал, по-видимому, согласившись. Фетт же сказал почти без эмоций:
- Наши отношения - не твое дело.
- Не на этой земле, - грозно ответил лор пелек. - Сними шлем, чтобы я мог видеть твое лицо, чужак.
Фетт покачал головой. Его рука плавно легла на рукоять карабина, коруны вновь вздернули копья.
- Лучше отступитесь, - предупредил мандалорец.
- Так ты тоже воин, да? - спросил лор пелек. - Мы отпустим тебя только из уважения к твоему спутнику.
Губы Фетта растянулись в злой улыбке, чего не было видно под шлемом. Он быстро оглядел убогое поселение, оценивая поведение его жильцов. Он знал, какие процессы протекают в мыслях и чувствах подобных существ - вынужденных каждый день бороться за существование, не отягощенных чрезмерной моралью, признающих право силы.
- Из уважения к джедаю, - уточнил мандалорец, - или из страха передо мной?
Лор пелек оскалился и опустил голову. Коруны вновь зашептали, но куда более агрессивно, чем раньше.
- Лишенный Пелекотана, ты не справишься с нашими воинами.
- Слова, - бросил охотник. - Кто ваш лучший воин?
Из окружающей толпы выступил огромный мускулистый корун, настоящая груда мышц, который был выше Фетта на добрую голову.
- Ты готов вызвать меня на бой? - с белозубой усмешкой уточнил корун. - Я готов сражаться даже без копья.
- Два лучших воина, - ответил Фетт. - С оружием.
Корун рассмеялся, к нему приблизился второй. Фетт отошел от Квай-Гона, отступая к центру площадки. Он быстро взглянул на джедая. Тот, словно ощутив на себе взгляд, повернулся к мандалорцу и кратко, едва заметно кивнул, неясно, одобряя или поощряя. Впрочем, Фетту было не до того - в его голову уже летел гигантский кулак, в то время, как второй воин пытался обойти его сбоку и ткнуть в бок копьем. Охотник скользнул вбок, уходя от удара копья и заодно успев схватить его около острия и дернуть вперед. Воин не растерялся, тут же выпустив копье, а не кувыркнувшись вперед. Он действительно знал и чувствовал свое оружие. Второй тоже был неплох, Фетт едва успел отступить в сторону. Но на его стороне была легкость и маневренность в противовес гигантам - он бросился вперед. Корун, даже успев ощутить угрозу, не сумел увернуться от кулака, впечатанного в переносицу. Выхваченное копье мандалорец завел за спину, зная, что последует атака. Резкий удар по дереву едва не выбил древко у него из рук - но спас его спину. Мандалорец провернул копье вокруг себя, отгоняя воинов, потом неожиданно залепил тупой частью древка в солнечное сплетение коруну, который все еще держался одной рукой за разбитый нос, а второй сжимал копье, занося его над плечом для броска или резкого удара. Этим он полностью открылся - и оказался на земле, хватая ртом воздух и кровь, льющуюся на лицо из сплющенного носа. Второй корун резко отпрыгнул назад, его глаза на миг расширились от недоумения, но когда Фетт полностью развернулся к нему, отбросив ранее отобранное у него же копье в сторону, пригнулся к земле и ощерился, подняв кулаки перед лицом. Мандалорец качнул головой, корун бросился на него, распахнув руки и обхватывая, дабы повалить на землю. Фетт не успел увернуться, они клубком полетели на прелую листву под восторженные вопли окруживших место сражения аборигенов. Корун извернулся и оказался сверху, тут же ударив кулаком в шлем Фетта, но едва не взвыв от боли в разбитых костяшках. Мандалорец же, едва не вскрикнув от боли из-за врезавшегося в спину реактивного ранца, очень быстро вскинул правую ногу, пролетевшую над головой коруна, а потом согнул ее, сжав горло и плечо противника и опрокидывая его назад. Корун, выпустив выбитый из легких воздух, упал на спину, неловко подвернув под себя одну руку. Фетт оказался сверху, схватив его рукой за горло и зажав сонную артерию. Вторую руку он занес над лицом противника. Но удар не нанес. Он негромко сказал, не спрашивая, а утверждая:
- Ты знаешь, что я могу убить тебя.
Корун, хватая ртом воздух, кивнул. Сзади хрипел и булькал первый противник, стараясь отплеваться от заливавшей носоглотку крови. Фетт отодвинулся и поднялся на ноги. Он выпрямился и, стараясь источать как можно больше угрозы, медленно повернулся на месте, оглядывая корунов, стоящих вокруг.
На их лицах было удивление, гнев, иногда даже страх. И да, уважение и признание права силы. Мандалорец склонился к поверженному коруну, а потом протянул ему руку. Тот неуверенно принял ее. Фетт потянул его к себе, помогая встать. Затем тонко выверенным тоном, в котором едва ощущалось одобрение, добавил:
- Неплохая битва.
Корун неуверенно кивнул, хотел было улыбнуться, но тут же помрачнел и стрельнул глазами в сторону. Он был побежден, как побитый лот-пес, он стыдился, но надеялся, что сильнейший его не обидит, а может и защитит. Инстинкты. Если знаешь, как они работают - ты можешь их использовать. Фетт повернулся к шаману. Тот с удивлением рассматривал узкий визор мандалорского шлема. Потом он кивнул.
- Ты не ощущаешь Пелекотан, но Пелекотан с тобой.
- Оставьте его себе, - попросил Фетт, возвращаясь к джедаю. - Нам пора.
Квай-Гон, на лице которого сложно было прочитать какое-то одно выражение, повернулся к шаману и, опуская руки, которые он всё это время держал скрещенными на груди, снова неглубоко ему поклонился.
- Моё почтение, лор пелек. Но мы действительно спешим добраться поскорее. В нас нуждаются в другом месте.
Шаман, который сидел верхом на своём звере, скрестив и поджав ноги под себя, уложил руки на колени и поочерёдено кивнул джедаю и наёмнику.
- Мы с вами ещё встретимся. Идите.
- Пусть Пелекотан будет к вам великодушен.
Джедай коротко кивнул наёмнику, указывая на тропинку, ведущую обратно в джунгли. И только когда потрясённые увиденным сегодня коруны и их жилища остались далеко позади, Квай-Гон сказал, будто обращаясь к самому себе:
- А ведь он прав. У меня нехорошее предчувствие, что мы действительно ещё встретимся.
Фетт неопределенно качнул головой.
- Все вероятно, - он притормозил и оперся рукой на дерево. - Надо было спросить у них о транспорте или ездовых животных.
Он оттолкнулся и пошел дальше. Драка не пошла ему на пользу, он ощущал, что чувствует себя хуже - но все еще выносимо. К тому же у мандалорца был целый список вопросов к Квай-Гону. Но тот его опередил:
- У них не было транспорта, по крайней мере, не сейчас. Сильно ушибся?
- В пределах допустимого, - ответил Фетт и вновь посмотрел на джедая. Он все еще думал с чего начать. Не собираясь давать понять, что ответы важны для него, Фетт достаточно нейтральным тоном спросил:
- Пелекотан - местное название этой вашей Силы? Тебе сейчас далеко за сто лет?
- Я не считал, - сухо ответил Джинн. - Да, Пелекотан - это Сила. “Разум джунглей”, как её здесь называют.
- Откуда ты знаешь Мейса Винду? - после короткой паузы в лоб спросил мандалорец. - Или ты им солгал?
Квай-Гон вдруг остановился и внимательно посмотрел в визор шлема, стараясь увидеть глаза мандалорца.
- Нет. Я знал его ещё юнлингом. И знаю, что произошло на Джеонозисе.
Фетт скрипнул зубами. Он хотел было сказать, что считает Мейса ублюдком и что именно Орден отнял самых дорогих ему людей. Но тут же заключил, что это будет пустым сотрясанием атмосферы в длинном споре, где каждый даже не пожелает взглянуть глазами оппонента. Джедай будет защищать своих друзей, охотник за головами презирать его, считая либо лицемером, либо слишком убежденным в своей идеологической правоте. Все было пустым, особенно сейчас, когда времени все меньше. Он ощутил еще один приступ отвратительного головокружения, вновь поборол его. Фетт сосредоточил взгляд на камнях под ногами и похрустывающих под ступнями растениях и сквозь сжатые зубы ответил:
- Да, я тоже помню Джеонозис.
Квай-Гон слегка склонил голову набок и отрицательно ей качнул:
- Боль одинакова для всех, Боба, - он впервые назвал его по имени. - И для джедаев, и для отступников, и для охотников за головами. Мейс Винду тоже помнил это до самого конца. Я не собираюсь его оправдывать - ведь именно этого ты ждёшь от меня сейчас, - Джинн глубоко вздохнул. - Я понимаю. Это всё, что я могу тебе сказать.
Фетт опустил голову, смотря под ноги. Квай-Гон, сам того не зная - или зная? - умудрился попасть в самое потаенное и самое болезненное место. Он подавил возникший было гнев, затем оттолкнул укол тоски. И вновь вспомнил Айлин.
- Сделанного не оправдаешь. Я ничего от тебя не жду, джедай.
Фетт молчал несколько минут, сосредоточенно переставляя ноги по мягкой почве, сменившей скалы, окружавшие лагерь корунов. Мысли немного путались от усталости или болезни, но все же он осознал, что отчасти верит Квай-Гону. У Фетта отношения с джедаями не заладились сразу. И не было времени свести ни с одним из них разговор длиннее нескольких грубых фраз. Желания, впрочем, тоже. Сейчас оно тоже не возникло, но альтернатив не было, к тому же давало доступ к определенной новой информации.
- Кто ждет чего-то от жизни, тот - обречен заранее. Я не назвал бы это слабостью, но полноценна ли такая жизнь? - еще пауза. - Это скорее от страха. Выбор между свободой и спокойствием не всегда очевиден.
- Свобода наступает именно тогда, когда осознаёшь существование этого выбора, - согласился с ним Квай-Гон, но всё же обернулся, внимательно и с подозрением глядя на наёмника. - Этому учит только жизнь.
- Уроки бывают тяжелыми, - произнес Фетт, понемногу замедляясь. Перед его глазами мелькали черные точки, подобные тем, что возникают во время декомпрессии и нехватки кислорода. Мандалорец даже не замечал, что едва не спотыкается. - Но иногда… только они и есть...
Он остановился, потом начал падать вперед, теряя нить ускользающего сознания. Он успел рефлекторно выставить ладони перед собой, чтобы смягчить падение, но затем понял, что удара о землю не последовало из-за схвативших его рук. Следующую мысль додумать он уже не успел.

+1

15

Квай-Гон склонился над телом мандалорского охотника за головами - одного из опаснейших людей в Галактике - прославленного Бобы Фетта, и долго прислушивался к ритму его дыхания и сердца. Под бронёй и шлемом они были почти неощутимы, однако у джедая были другие методы определения причины, по которой Боба Фетт, ещё примерно час назад уложивший на лопатки двух здоровых молодых людей в деревне, сейчас находился без сознания. Нити метастазов, простирающиеся через весь его организм, ощущались в Силе, словно мрачные пульсирующие сгустки чего-то чужеродного, того, что не должно было находиться в теле человека. Единственным неповреждённым органом оставался только мозг. Но это мало обнадёживало. Боба Фетт умирал, причём та боль, которую он испытывал ещё на Корусанте, за прошедший месяц стала только интенсивнее - и чаще. Однако разрастающихся пока метастазов было недостаточно, чтобы привести к потере сознания. У Бобы Фетта было ещё как минимум несколько лет, прежде чем раковая опухоль дала бы о себе знать. Причину нужно было искать в другом.
Джинн вспомнил, что во время схватки мандалорец упал на спину. Точнее, на свой реактивный ранец. Высота падения не была критической, но сила, с которой охотник приложился о землю, вполне могла повредить позвоночник и, следовательно, спинной мозг. Проводя рукой над грудной клеткой Фетта, Квай-Гон с помощью Силы искал любые повреждения костей и тканей. Но то, что он нашёл, привело джедая в ужас. Внутри позвонков, извиваясь, ползая внутри спинного мозга, роилось нечто, чего никак не могло и должно было находиться там. Это была иная форма жизни. Чуждая. Паразитирующая. Убивающая своего носителя жесточайшим и крайне отвратительным способом. Личинки лихорадочной осы. Когда они вырастали до достаточных размеров, они через центральную нервную систему проникали в мозг, и оттуда, пробивая череп, вылуплялись, как сквозь скорлупу. Квай-Гон отдёрнул руку, шумно выдохнув сквозь плотно стиснутые зубы. У его неожиданного компаньона оставались считанные дни - или даже часы до тех пор, пока процесс не станет необратимым. Ища прорехи в армированной ткани, через которые к коже могло проникнуть насекомое, Квай-Гон раздумывал над тем, сможет ли он сделать всё, что нужно, сам. Но пришёл к неутешительному выводу: пусть осы лихорадки самого его не тронули из-за особого слияния джедая с местной природой, правильно провести такую операцию посреди джунглей, в полной антисанитарии, обходясь лишь захваченными с корабля медикаментами, он бы не смог. Пусть в покинутой недавно деревне условий гигиены было почти столько же, к концу своих поисков Квай-Гон нашёл последний аргумент, решивший в пользу возвращения в деревню: эти коруны жили здесь всю жизнь. И точно знали, как защититься от подобного.
На левой руке Фетта, немного выше локтя, обнаружилась прореха. А в ней - пропитанный кровью бакта-пластырь, кожа вокруг которого заметно покраснела. Скорее всего, это и был укус осы, а также попытка его нейтрализовать. Вероятно, это произошло в первые часы после крушения. И в этом был виноват Квай-Гон. Пожалуй, девяносто с лишним килограмм, которые ему пришлось бы нести на своих плечах обратно к хижине кланового лор пелека, без малого, два километра по пересечённой местности, были недостаточным наказанием. На секунду появившаяся мысль о том, чтобы оставить часть снаряжения наёмника в лесу, была отметена мгновенно: если Боба Фетт придёт в себя, у Квай-Гона будет шанс узнать немного больше о мандалорской культуре. Делать было нечего. Взвалив бессознательного, но пока живого и имеющего все шансы на избавление от ужасной участи Бобу Фетта себе на плечи, Квай-Гон тихо прокряхтел себе под нос: “Тяжёлый, шебс…” и отправился назад в деревню.
Через два часа над джунглями Харуун-Кэла уже начали сгущаться сумерки. Джедай, весь взмокший, на слабеющих ногах и с чудовищно болевшими плечами и спиной, увидел среди деревьев первые огни горящих факелов деревни. До неё оставалась всего лишь сотня метров, но она давалась особенно тяжело: к временной стоянке корунов вёл подъём, преодолевать который приходилось, до боли стиснув зубы, глядя только в землю, под ноги, и считая собственные шаги - чтобы не упасть от усталости. Почти дойдя до границы поселения, Квай-Гон, наконец, поднял глаза и увидел перед собой лор пелека. Тот стоял у импровизированных ворот один и держал в вытянутой руке факел - совсем как Джинн, когда активировал в деревне меч, доказывая свою принадлежность к Ордену джедаев.
- Я знал, что вы вернётесь, - сипло сказал корун, опуская факел вниз.
Квай-Гон лишь молча снова вперил взгляд в землю, с трудом отсчитывая последние шаги. Взойдя на территорию поселения, он, наконец, медленно присел на землю - и неизвестно откуда взявшиеся молодые парни подхватили Фетта на руки и стали уносить в шатёр. Джинн тяжёло уселся прямо на траву, стараясь отдышаться.
- Я тоже это знал, - спустя время ответил он. Однако тон его сменился, когда он стал произносить следующие слова. - Но только вы знали, по какой причине. Почему вы не сказали раньше?
- Мы не обязаны ему помогать, - гудящим голосом ответил ему шаман. - Этот чужак, - он указал пальцем в сторону шатра, куда унесли мандалорского наемника, - принес свои законы к нам. Он не достоин великодушия Пелекотана.
Джинн через силу, но всё-таки поднялся на ноги, встречая цепкий и заинтересованный взгляд лор пелека на себе.
- Не вам это решать.
- Ты решил, друг Мейса из гхоша Винду. Мы будем уважать твое решение, потому что ты не только часть Пелекотана, каким мы можем его понять - ты часть куда большего. Но взамен на его жизнь ты расскажешь нам, как ты обрел бессмертие.
Квай-Гон хмыкнул, едва сдержав неприятную улыбку. Так вот в чём дело. Шаман говорил о Силе, которую, похоже, сам не понимал. Он научился ею пользоваться - но так и не осознал, что всё сущее в Галактике является неотъемлемой частью Силы. Что это и есть сама Сила.
- Хорошо, - после долгого молчания сказал джедай. - Я передам вам знания. Но вряд ли я смогу вас научить. Потому что вы не чувствуете его боль как свою, - он тоже показал пальцем на шатёр. - Вы не почувствовали её и раньше. Быть может, когда вы поймёте, что между ним, мной и вами нет абсолютно никакой разницы, вы будете достойны Мейса из гхоша Винду.
Шаман тоже надолго замолчал, внимательно рассматривая джедая, чьи синие глаза, смотрящие прямо на него, в свете факела казались бледно-серыми. Мастер-джедай не закрывался от шамана - и тот, а также все его собратья, что с любопытством издалека наблюдали за ходом диалога, легко могли почувствовать волны его гнева.
- Ты должен приготовиться, Квай-Гон Джинн, - кивнул ему лор пелек спокойно. - Тебя ждёт долгая ночь, в которую именно ты продлишь жизнь своего врага ещё ненадолго.
Он повернулся назад, не опуская факел, и на резком гортанном языке своего народа крикнул что-то вслед юношам, которые занесли Фетта в палатку. Вновь посмотрев в глаза Квай-Гону, он добавил:
- Тут нужна помощь Пелекотана. Я буду направлять его, но ты поможешь мне. Ты чувствуешь жизнь, убедишь паразитов, что это тело - не место для них. Понимаешь?
Джинн кивнул. Шаман оценивающе заглянул в его глаза, потом тоже склонил голову. Он чувствовал, джедай действительно понимает, про что говорит лор пелек.
- Тогда пойдем. Времени мало. Ты можешь отдохнуть, пока мы все приготовим.
Тот, кому были адресованы эти слова, опять кивнул, не сказав ничего в ответ. Он опустил плечи и он медленно пошёл в сторону шатра, ставшего временной палатой мандалорского наёмника. Он опустился на траву под ним, упираясь спиной в одну из мягких шкур, и стал наблюдать за приготовлениями к ритуалу. Костёр собирали прямо под шатром, снося ветви портаака в один высокий конус. Лор пелек сидел неподалёку от него, скрестив ноги и закрыв глаза, и мычал себе под нос некий заунывный мотив. Джинн успел подумать о том, что всё это было лишним - Силе не нужны были никакие ритуалы. Впрочем, у каждого чувствительного к ней были свои способы укрепления этой связи. Из шатра вышел один из молодых людей и остановился рядом с джедаем, говоря ему что-то на своём языке. Квай-Гон не понимал его речи, но, судя по тону и эмоциональному содержанию, корун просил помощи. Джинн вздохнул, вновь с трудом поднимаясь на ноги, и молодой человек закивал в сторону входа в палатку.
По всей видимости, у них возникли сложности с избавлением пациента от его брони. Хитромудрые крепления, бывшие к тому же крайне прочными, никак не поддавались. Джинн заметил свежую царапину на дюрапласте в области плеча - коруны пытались отпилить застёжку, однако потерпели неудачу. Несмотря на сложность ситуации, усталость и не самые радужные мысли, Квай-Гона это позабавило. Вновь заговорившего и зажестикулировавшего коруна, который указывал руками на броню, это, напротив, возмущало. Квай-Гон покачал головой, рукой отодвинув паренька, и сам приблизился к лежавшему без сознания мандалорцу. Он абсолютно точно не будет рад узнать, что для процедуры его пришлось избавить от всего, что делало его, скорее, символом, а не человеком. Но здесь и сейчас это не имело совершенно никакого значения. Сейчас Боба Фетт был человеком, который нуждался в помощи.
У джедая эти крепления не вызвали абсолютно никаких проблем. Со шлемом пришлось немного повозиться, но едва сняв его, Квай-Гон увидел смуглое лицо Джанго - постаревшего, заработавшего множество шрамов и морщин. Боба был нестарым человеком, но, несмотря на это, его волосы были абсолютно седыми. Джедай не стал его рассматривать. Отложив шлем в сторону, он пригрозил корунам пальцем, чтобы те его не трогали, и вышел из шатра на улицу. Костёр полыхал ярче, но теперь его свет перестал быть оранжевым. Он горел ослепительно белым, так что Джинну даже на секунду пришлось закрыть глаза - настолько он был ярким.
- Настала пора Пелекотана решить судьбу чужака! - громко скомандовал на своём языке лор пелек.
За время, пока джедай и коруны разбирались с облачением наёмника, шаман успел преобразиться: теперь его одежду и лицо украшали ритуальные рисунки, нанесённые светлым соком какого-то растения. Бобу Фетта осторожно вынесли на улицу, поддерживая под руки; верхняя часть комбинезона, избавленного от брони, была снята и спущена на пояс. Мандалорца опустили на колени перед костром и, всё так же продолжая поддерживать в сидячем положении, развели его руки в стороны. Квай-Гон быстро поднял ладонь вверх, призывая пока ничего не делать, и вытащил из запоясной сумки анестетик в ампуле, снабжённой небольшой иглой.
- Если он очнётся во время процедуры, - прокомментировал джедай, вводя иглу под кожу, - нам тут всем не поздоровится.
Коруны, как и ожидалось, шутку не оценили, встревоженно переглянувшись. Приблизившаяся же к Квай-Гону женщина протянула на удивление современный шприц.
- Противоядие.
Джедай послушно принял антидот и тоже ввёл его под кожу. Фетт никак не прореагировал на манипуляции, все еще оставаясь где-то очень далеко. Шаман же, продолжая издавать гортанью гудящий звук, подошел к нему и провел руками над затылком, шеей и позвоночником. Он покачал головой и повернулся к джедаю.
- Ты друг жизни, Квай-Гон Джинн. Но сейчас ты должен убить одну ради продолжения другой.
Квай-Гон в очередной раз молча кивнул. Шаман поманил его к себе и указал на костер.
- Скажи им, что там их место и их дом.
- А что будете делать вы? - поинтересовался он у коруна.
- Все остальное, - многозначительно ответил лор пелек. - И учиться.
Джедай зашёл за спину наёмника и поднёс руку к позвоночнику, где теперь даже более явно, чем два часа назад, ощущалась иная форма жизни. Казалось, что личинки были встревожены.
- Надрез не нужен? - спросил Джинн и искоса глянул на шамана.
- Нет, - ответил шаман. - Они сами знают свой путь. Но цель им указать должен ты. Жизнь этого чужака не важна для нас.
“Я так и думал”, - мысленно сказал Квай-Гон, но вслух этого не произнёс. Он опустился на одно колено перед спиной Фетта, думая, что его ожидает не самое приятное из зрелищ, и коснулся кончиками пальцев позвоночника. Под кожей словно что-то зашевелилось.
Шаман вновь затянул монотонный мотив на низкой ноте, в нем появилось что-то иное, очень чуждое, словно голос был не один. В нем проступили ритмичные звуки, подобные ритму человеческого сердца; это производило едва не гипнотический эффект. В Силе стал нарастать вихрь, очень необычный, он не принадлежал ни светлой, ни темной стороне, скорее был самым прямым проявлением Живой Силы. Ее неистовости, ее дикости и инстинктивности в высшем своем звучании, но лишенной ее же милосердия, гармонии и красоты. Это была та Живая Сила, что пробуждается ночью, но не является тьмой. Квай-Гон наблюдал, как сквозь кожу вдоль позвоночника Фетта проступают капли темной крови; густые и тяжелые, они начали объединяться, медленно стекая вниз. Среди них что-то шевелилось, едва не заставив джедая содрогнуться. Мышцы на спине Фетта на миг напряглись, явно от спазма, но затем он вновь расслабился. В себя он, впрочем, приходить не собирался, что значительно упрощало ситуацию. Однако находись он сейчас в сознании, даже ему было бы сложно не кричать от боли. Молодой корун протянул Квай-Гону деревянную миску, которую тот подставил под струю льющейся крови, продолжая тянуться к каждому паразиту в центральной нервной системе. Белое слепящее пламя четко очерчивало силуэт мандалорца. Квай-Гон вбирал эту белизну и жар, пропуская их через себя, и отправлял личинкам осы образами неизмеримой притягательности.
“Вот ваша цель. Там вы найдете защиту и успокоение”.
Кровь полилась сильнее, пульсация в Силе стала неистовее. Личинки извивались в крови, норовя покинуть миску и стремясь к костру из портаака и тайрууна, окрашивающего пламя в белый цвет. Это продолжалось очень долго, Квай-Гон уже сбился со счета времени, продолжая менять инстинкты паразитов и вовнимательное наблюдение со всех сторон, ощущая каждого коруна вокруг в Силе и чувствуя, что лор пелек позади помогает ему верно найти точку для следующего воздействия. Джунгли нависали вокруг, пытаясь навязать свою волю, листва шелестела все громче, словно предупреждая, а резкие крики птиц казались возмущенными. Но их дикость не была тут сейчас главным правилом. Потому что Квай-Гон спасал жизнь не из выгоды, корысти или холодной логики. А только из чистого сопереживания и милосердия. Иного ему нужно не было.
Обильный поток крови начал иссякать. Джедай поднялся на ноги и подошел к костру. Он поставил чашу на землю рядом с пламенем, личинки тут же поползли в сторону огня. Об их примитивных эмоциях сложно было судить, но они не страдали, сгорая и лопаясь от жара. Их инстинкт был сломлен. Квай-Гону показалась одновременно забавной и печальной мысль о том, что разумные существа без всякого внушения сами крушат собственные инстинкты, если у них хватает для этого понимания и сил. В воздухе начал появляться густой запах сгорающих волос.
Он вернулся к Фетту и снова протянул руку к позвоночнику, вдоль которого по коже истончившимися струйками продолжала стекать кровь. Но теперь она была чистой.
- Ты справился, Квай-Гон, друг Мейса, - вновь возникнувший рядом с джедаем шаман повёл в воздухе рукой, и нарастающая тревога в джунглях стала угасать. - Теперь мы должны поговорить.
Молодые люди, которые всё это время удерживали Фетта, подняли его с земли и стали заносить обратно в шатёр. Но прежде, чем уйти с шаманом, Джинн передал одному из них небольшой гибкий пакет и бакта-пластыри, которые он взял с собой из истребителя. К утру от открытой раны, проделанной личинками, не осталось бы следа.

+1

16

Боба Фетт мог припомнить несколько пробуждений худших, чем это - но таковых было мало. Он не открыл глаза, стараясь прийти в себя и проанализировать обстановку. Если бы кто-то хотел его убить - уже бы сделал это. Если нет - подождет еще несколько минут.
Спина горела от боли, словно позвоночник прижгли световым мечом. Мысли были спутанными, как после наркотиков, но привычка всегда анализировать ситуацию с ледяной логикой собрала их воедино. Слабость отдавалось легкой дрожью в пальцах. В воздухе пахло дымом, растениями и бактой. Но самое главное - Фетт был без брони. Не услышав вокруг никаких звуков движения, он открыл глаза и увидел проем кожаной палатки, сквозь который внутрь сочились синеватые предрассветные сумерки. Мандалорец нахмурился, потом оторвал голову от набитой травой подушки и оглянулся. Вокруг не было никого. Он, преодолевая боль в спине, беззвучно поднялся на ноги - и увидел в углу палатки все свое снаряжение. Фетт не рискнул сразу подойти к нему, подозревая вероятную ловушку. Он осторожно завел руку за спину и обнаружил, что весь его позвоночник покрыт бакта-пластырями. Он очень смутно помнил о том, что произошло до того, как потерял сознание. Боль, головокружение, слабость, а потом уже это утро. Хотя это мог быть с той же вероятностью и вечер. Если его ранили, то кто и когда? Джедай все время шел впереди. Кто-то из корунов? Фетт был уверен, что заметил бы. Почему он опять в их деревне? Мандалорец, стараясь двигаться медленно и щадяще, беззвучно вытащил одну из небольших опор шатра. Ею он поворошил свои доспехи, после чего наконец рискнул приблизиться. Едва не поморщившись от боли, он натянул на себя наполовину снятый комбинезон, застегнул его, быстро надел броню и взял в руки шлем, внимательно изучая его. Тот был слишком уязвимой и важной частью его экипировки, микродетонатор или компьютерный вирус - и тогда значение потеряет абсолютно всё. Он, не надевая шлем, запустил диагностику систем, та оповестила о полной безопасности. Только после этого мандалорец надел шлем и закрепил его защелки. Затем он подошел к задней части палатки и поднял ее край, выскользнув наружу. Боль и явно чувствительное ранение мешали двигаться в обычном ритме, но все же он сумел скрыться в зарослях, не подняв тревоги. Он на секунду оперся на стоящее рядом дерево, стараясь перебороть слабость и ощущение дрожи в руках. Пальцы слушались куда хуже обычного, ноги ощущались немного онемевшими - что неудивительно, если у него был серьезно травмирован позвоночник. Фетт двинулся вдоль периметра деревни, тщательно сканируя окружение. Ему начинало казаться, что его подозрительность является данью привычке выживания, а не наличием настоящей угрозы. Потом он увидел переднюю часть той палатки, в которой пришел в себя, и джедая, полулежащего рядом на траве, опираясь спиной на какой-то мягкий мешок, и явно спящего. Сбоку раздались голоса и тяжелое дыхание большого зверя - акк-пса. Фет понял, что это просто охраняющие деревню дозорные, потому вновь свернул к деревне, прошел между палатками и направился прямиком к Квай-Гону. Он приблизился к джедаю, но не рискнул нагнуться или присесть рядом, дабы не тревожить болящую спину. И негромко позвал, внезапно поняв, как сильно охрип и насколько першит пересохшее горло:
- Джедай, что произошло?
Квай-Гон открыл один глаз и лениво пошевелился, меняя положение затёкших рук.
- Ты зря надел шлем. Тебе надо поесть.
Фетт подавил раздражение, с легким отвращением глядя на джедая, вновь затеявшего свои игры. Иногда ему казалось, что служители Храма по природе своей не могут отвечать на конкретные вопросы прямо, а всегда витают где-то в своих абстракциях и ожидают этого от всех.
- Я задал вопрос.
- Ты умирал. Я тебе помог.
- Кто меня ранил?
Джинн понял, что и этот диалог лёгким не будет. Поэтому он выпрямился и сел, поднимая глаза на мандалорца. В его взгляде читалось явное нежелание препираться и вообще о чём-либо разговаривать, но всё же он ответил:
- Насекомое. Оса лихорадки. Думаю, что название говорит само за себя. Если бы не эти коруны, ты был бы уже мёртв, а я бы выжигал твои мозги световым мечом, чтобы личинки не расползлись по лагерю.
Фетт замер, оценивая слова джедая, потом молча и очень медленно сел на траву рядом. Он моргнул, вызывая интерфейс внутри шлема и выбирая ускоренное воспроизведение записи последних суток. Он перемотал до момента ухода из лагеря корунов, затем увидел, что упал и, судя по всему, потерял сознание. Потом долгое время шлем снимал лишь землю и спину Квай-Гона, несущего его на плечах. Он притормозил воспроизведение и прослушал не слишком чистую, но в основном разборчивую запись разговора джедая и местного шамана. Фетт несколько удивился тому, как джедай был готов защищать его жизнь, не питая иллюзий о своей роли в происходящем - он стал обузой. И это было досадно - умудриться попасться на такую мелочь, как местная форма жизни. Фетт досмотрел до того момента, пока не оказался в кадре сам, поднимаясь на ноги, потом убрал интерфейс и повернул голову к ожидающему джедаю. Охотник поднял руки, вновь снял шлем и поставил его на траву рядом. Он посмотрел джедаю в глаза,  покачав головой.
- Я не умею быть благодарным.
- Я умею, - парировал Квай-Гон, едва заметно улыбаясь - он был удивлён жесту мандалорца, по своему желанию избавившегося от шлема. - Жизнь за жизнь. Хотя и без того я бы тебя там не оставил - никто не заслуживает такой смерти.
Фетт поднял глаза, рассматривая светлеющее небо. Он не мог найти выгоды в действиях Квай-Гона, только личные убеждения Ордена или идеализм морали, но при этом джедай не выказывал свойственную подобным созданиям слабость духа или пустое всепрощение. В свое время, тридцать с лишним лет назад мандалорец оказался в схожей ситуации, когда едва живым сумел выбраться из сарлакка - и ему помог Денгар, который действовал сугубо из личной выгоды, уже мысленно подсчитывая кредиты на своем счету. То же касалось всех остальных подобных случаев. Но не сейчас. И все же Фетт считал, что не может иметь друзей просто по природе своей.
- Что ты от меня хочешь, джедай?
- Твой вопрос оскорбителен, - несколько прохладно ответил ему Джинн. - Если бы ты немного изучил джедаев вместо того, чтобы их убивать, ты бы не стал такое спрашивать. А впрочем, хочу, - он сделал паузу и вновь расслабленно откинулся на натянутую на опоры материю шатра, - займись своим здоровьем. Иначе всё будет зря.
Боба Фетт сжал губы, не высказывая резкий комментарий, просившийся в ответ. Нельзя сказать, что Квай-Гон вызывал у него симпатию, но и отвращение уже ушло. Он даже начинал уважать его стойкую веру в собственные идеалы, причем не на уровне пустых слов, как у большинства джедаев, да и жителей Галактики в целом, - он подкреплял их делом. По крайней мере пока. И все же задержку на этой проклятой планете и покалеченный “Раб I” Фетт прощать не собирался.
- Я умру тогда, когда захочу этого, - твердо ответил он, равнодушно добавляя. - Надеюсь, что этот факт отложится в твоей памяти крепче, чем моя болезнь.
- Это твоё личное дело. Только ты имеешь право им распоряжаться, - Квай-Гон пожал плечами.
Фетт кивнул и поднял с земли свой шлем.
- Я буду готов идти к полудню.
- Возможно, не придётся. Через три часа сюда приведут траводавов - местных животных, предназначенных для езды. До города не довезут, зато добраться до космопорта будет уже проще, - Квай-Гон помолчал немного, добавив, - тебя я бросать не собирался, но вот нести лишние двадцать килограмм металла два часа по джунглям было... несколько утомительно. Я думал оставить всё там, но потом решил, что не хочу, чтобы ты выставил мне счёт ещё и за это, - и слабо улыбнулся.
- Я оценил это, - сказал Фетт с ускользающе-незаметной ноткой чего-то, подобного веселью. Он вновь надел шлем и не без некоторого труда поднялся на ноги.
Квай-Гон неопределённо хмыкнул и снова сложил руки на груди, откидывая голову назад с намерением доспать свои законные три часа.
- Сатин Крайз, - произнес Фетт, глядя на джедая. - Ее жизнь нужна кореллианке. Я отказался.
Он развернулся и пошел прочь. Джедай, подняв голову, ещё долго хмуро смотрел наёмнику вслед. Вероятно, не стоило спрашивать о причине, по которой тот отказался - важен был только этот факт. Факт того, что Сатин Крайз оказалась под прицелом войны, которую не начинала. После смерти Омаса именно она из-за своих пацифистских взглядов и твёрдой руки стала той надеждой на мирное разрешение разгорающегося конфликта, которая была нужна Альянсу. Галактику слишком долго разрывали войны; и если такой правитель как она смог сделать Мандалор - одну из самых воинственных планет - мирным и дружелюбным, с негласной поддержкой Ордена она сумела бы добиться блага для всей Галактики. Квай-Гон верил в Сатин Крайз. Не только и не столько потому, что она была проницательна, умна и политически подкована, сколько потому, что больше всех в неё верил Оби-Ван.
Сейчас Кореллии не нужен был мир. И Сатин Крайз - наиболее вероятный кандидат на возглавление Альянса - по желанию Виеры Ранн или того, кто держал её на поводке, должна была умереть. К счастью, не от руки Бобы Фетта. И это было серьёзным аргументом в его пользу - отказался ли он по причине малой оплаты или потому что они были земляками. Квай-Гон не имел права судить о том, кто должен жить, а кому стоит умереть, но всё-таки поймал себя на мысли, что рад тому, как всё обернулось. Случайностей не существует.
Попытавшись расслабиться и всё-таки дать болящим мышцам немного времени на восстановление, джедай ещё несколько минут безуспешно пытался устроиться поудобнее. Но в конце концов только раздражённо вздохнул и снова сел, снимая световой меч с пояса, чтобы проверить целостность его внутренней конструкции.
От этих размышлений и неожиданного откровения наёмника его сон мгновенно улетучился.

+1

17

- Дальше вы идти сами там, - с сильным акцентом, к тому же гнусавя, сказал корун, останавливая траводавов. Его нос был заклеен белым пластырем, а вид - крайне недовольным. Вполне вероятно, что это не слишком веселое для охотника занятие было наказанием за проигрыш. Квай-Гон и Фетт не без удовольствия соскользнули с сидений на спинах животных. Те были даже чрезмерно удобными - и потому вызывали определенный дискомфорт невозможностью размяться. Из джунглей показались два акк-пса, на которых сидели верхом акк-стражи, защищавшие караван.
- Мы есть в расчете теперь, Квай-Гон Джинн, - добавил корун.
Тот кивнул, впрочем, без явной охоты, и добавил дежурное:
- Пусть Пелекотан будет к вам милостив.
Акк-стражи, натянув поводья, резкими криками погнали гигантских псов, верхом на которых восседали, обратно в джунгли. Траводавы медленно развернулись и тоже стали растворяться среди густой листвы. Солнце было еще достаточно высоко, нависая над верхушками деревьев, а впереди, за лесом, виднелся немного мутный купол неминуемого смога, подсказывающего направление на Пилек-Боу. Фетт повел плечами, проверяя свою боеспособность и скорость заживления раны. Результат его почти удовлетворил. Он направился в сторону города, размышляя о том, что они с Квай-Гоном успеют добраться до нужного места до наступления ночи. Он уже рассчитывал, во сколько могут обойтись хотя бы частичный ремонт “Раба” и его доставка до космопорта. Пилек-Боу все же был столицей, там должен быть хотя бы один сервис по обслуживанию космического транспорта. Безусловно, они не сумеют восстановить корабль полностью, но хотя бы починят двигатели - чтобы добраться до нужного места. Мандалорец искоса взглянул на Квай-Гона, хотел было вновь ему высказать за поврежденный корабль, но решил, что это будет уже лишним - тот выслушал достаточно слов на этот счет. Потому сказал совсем иное:
- Эти люди не понравились тебе. Почему?
Квай-Гон был удивлён подобной проницательности. Точнее, такой человек как Боба Фетт не мог не быть проницательным, однако и за его вопросом наверняка не стояло простое любопытство.
- Я разочарован, - честно и без ужимок ответил джедай. - Они потребовали с меня некую плату за помощь тебе. Я их не осуждаю. Просто разочарован.
- И ты же дал им ее, - пожимая плечами сказал мандалорец. - Сила. Я прослушал ваш диалог с вождем. Думал, что он потребует денег. Но нет. Бессмертие.
Он помолчал пару секунд, размышляя и думая о том, что не слишком верит во все это, даже несмотря на все явные демонстрации необычной мощи, что свойственна джедаям или ситхам. Фетт знал, о, он действительно знал, что все умирают. И все же в Галактике было достаточно непонятного - и не только для него. Он никогда особо не задумывался о столь непрактичных вещах, но это не значит, что их не существует.
- Но ты же сказал, что у них ничего не получится. Дело ведь не только в вашей Силе?
Квай-Гон, поражённый тем, что Фетт и это умудрился записать, несколько секунд многозначительно молчал. Даже без сознания мандалорца нельзя было недооценивать.
- Нет, не только, - он отрицательно покачал головой, в задумчивости глядя под ноги. - Оно ещё и в том, кто обращается к ней с просьбой о помощи. Я передал им знания. Но если бы я был уверен, что они распорядятся ими верно, я бы избегал такого термина как “плата”.
Фетт покачал головой, переступая через поваленную ветку, густо поросшую мхом и папоротниками.
- Я бы не делился подобным. Майноку нельзя доверять бластер.
- Если им это поможет, - он искоса глянул на охотника, - я буду знать, что сделал всё, - а потом пожал плечами. - Но способность говорить - ещё не признак интеллекта.
Фетт одобрительно кивнул.
- Хорошая фраза, - он вновь сделал паузу, потом все же высказал мысль, которая его всерьез интересовала. - И ты не лгал им. Ты не выглядишь на сто с лишним...
Он резко замолчал, глядя сквозь автоматически затемнившийся визор на медленно ползущее к горизонту солнце. Потом поднял голову к небу, прислушиваясь к неожиданно возникшему потрескиванию на узкой радиочастоте, оповещающему, что где-то рядом идут кодированные переговоры по современной технике. Квай-Гон, уже успевший мысленно сформировать ответ о том, что всё было несколько сложнее, чем мог подумать Фетт, резко замедлил ход, а потом и вовсе остановился.
- Здесь опасно, - он встревоженно посмотрел на наёмника. - Слишком опасно.
Тот молча и быстро кивнул, наблюдая, как в высоких слоях атмосферы пока еще беззвучно появились яркие красные точки, заметно увеличившись в размере уже через пару секунд. Мандалорец сорвался с места, бросившись к скалам, возвышающимся над джунглями - они могли дать хотя бы относительное укрытие от чертовски неожиданной орбитальной бомбардировки. Если от нее вообще можно укрыться. Первый заряд, рухнувший метрах в ста позади, разорвал безмятежность наступающего тропического вечера в клочья - равно как затрещавшие и вспыхнувшие стволы деревьев. В небо поднялся дым, комья земли и горящие растения; грохот мог бы разорвать барабанные перепонки. Второй заряд ударил куда ближе и левее, взрывная волна сбила обоих с ног и заставила покатиться по земле, опаляя кожу диким жаром. Затем протонные сгустки стали бить с частотой ливня, накрывая значительный участок джунглей. Фетт вскочил на ноги, не выпрямляясь полностью, дабы устоять под напором бьющих с разных сторон порывов раскаленного ветра, и оглянулся, ища джедая. Тот стоял возле нагромождения скал, прикрывая лицо рукой и глядя в небо, его волосы и туника заметно опалились и неистово трепались на ветру, несмотря на то, что, судя по его жесту, он пытался призвать на помощь Силу. Ощутив на себе взгляд Фетта, он молча указал на узкую щель в каменной стене, где можно было поместиться вдвоем и которая явно вела куда-то вглубь. Мандалорец, не раздумывая, бросился к ней. Он схватил джедая за плечо и втолкнул впереди себя в пещеру. В этом крылся двойной смысл - джедай был без брони, потому его жар опалял куда сильнее. К тому же неизвестно, что могло крыться в пещере. Он со световым мечом мог стать отличным прикрытием.
Вокруг была полная темнота, Фетт активировал ночное видение, но даже оно мало помогало, высвечивая только силуэт Квай-Гона впереди. Каменные стены содрогались от ударов и зловеще трещали, сверху сыпались мелкие камни и песок. Позади продолжали реветь градом падающие на землю энергетические сгустки, а затем раздался громкий треск, и звуки приглушились. Судя по всему, прямое попадание обрушило вход в пещеру. Фетт затормозил и оглянулся; мерцающий свет был виден между камнями. На данный момент завал был наименьшей из проблем, учитывая, что бомбардировка не прекращалась, а на стенах уже змеились трещины, грозящие вовсе обрушить всю массу скал в полости внутри камня. Квай-Гон внимательно осмотрел это временное убежище и кивнул в сторону провала, по всей видимости, ведущего ещё дальше вниз. И оба - наёмник и джедай - не сговариваясь, спрыгнули в темноту. Над головой был слышен грохот обрушивающихся камней. Вход в эту пещеру оказался окончательно завален.
Поднявшись на ноги после не слишком мягкого приземления, Джинн стряхнул с одежды пыль - как будто это имело какой-то смысл - и нащупал на поясе рукоять светового меча. Переведя его на минимальную мощность, джедай активировал клинок, и пространство внутри образованной скалами полости осветилось ярким голубым сиянием.
- Твои друзья? - не без доли ироничности поинтересовался он у мандалорца, поднимая меч повыше.
Фетт, по возможности незаметно убрал руку от бластера, за который схватился рефлекторно, когда услышал шипение светового клинка. Он пожал плечами, глядя в продолжающий содрогаться потолок, хотя на такой глубине мощь ударов ощущалась заметно слабее.
- Не знаю. Возможно. Никто не знал, что я здесь. Найти тоже не могли, - он повернулся к джедаю и с недобрыми нотками в голосе спросил. - Ты сообщал кому-то, что нашел меня?
- Нет, - отрезал Джинн, - о тебе лично я не сообщал.
Мандалорец очень долго смотрел на Квай-Гона ничего не говоря. Он быстро анализировал ситуацию, вспоминая все события последних дней. Джедай неизвестный промежуток времени провел рядом с “Рабом I”, но взломать он его не мог - иначе бы не стоял здесь. Его собственный корабль был уничтожен, отправить сигнал не мог. Фетт вспомнил искреннюю ярость и возмущение в глазах Виеры Ранн, когда она услышала короткое “нет” в ответ на свое предложение. Может ли она постараться так замести следы, чтобы дойти до подобных мер? Когда-то Куат расплавил несколько километров песка Татуина до стекла, пытаясь добраться до него - и результат был не больший, чем сейчас. К тому же Фетт не собирался обманываться - многие были готовы уничтожить планету целиком, дабы избавить Галактику от его присутствия. Но оставался открытым иной вопрос - как его нашли? Мысль о том, что это могло быть нападение на джедая, он отмел сразу, тот еще не успел насолить такому количеству разумных существ. И не было иного охотника, который сумел бы выполнить подобный заказ - а Фетт был уверен, что пока не брал его.
- А о чем ты сообщал? - чуть тише и более угрожающе спросил он.
Квай-Гон, успевший за несколько секунд осмотреть пещеру, искоса глянул на мандалорца. Лгать смысла не было. Да и желания тоже. Пожалуй, после всего, через что они прошли и что Квай-Гон сделал ради спасения жизни Бобы Фетта, он был достоин правды.
- Астродроид уцелел в крушении. Некоторые системы истребителя тоже. Я оставил его возле корабля, чтобы он отправил зашифрованное сообщение на Корусант с координатами и информацией о том, что произошло, - он немного помолчал, оценивая нарастающий снежный ком внутри наёмника. - Шансов на успех почти нет - позавчера он деактивировался. В противном случае здесь бы уже был корабль Ордена.
Фетт указал рукой на содрогающийся потолок пещеры.
- Это можно считать успехом, - безэмоционально заметил он. - Повесил красный флаг на планету.
Джедай хмыкнул, тоже поворачиваясь к мандалорцу. Уравнение в голове складывалось очень быстро. Сообщение, хоть сколько угодно раз зашифрованное, почти точно было перехвачено. Сейчас шла война, и сигнал, который дроид наверняка отправил через несколько станций передачи, судя по всему, всё-таки сумели расшифровать, пусть само сообщение и выглядело “безобидным”. Основная информация скрывалась за оболочкой, повествующей о крушении; визуализация “Раба I” была скрыта за многоуровневой защитой, даже само обнаружение которой говорило о высоком уровне работавших над дешифровкой специалистов. Квай-Гон поднял голову и тяжело вздохнул, пожав плечами:
- Ошибся. Бывает, - он снова посмотрел на мандалорца. - Ты говорил, что отказался брать заказ на Сатин Крайз. Я знаком с Виерой Ранн. И она со мной тоже. Заочно. Я успел ей здорово насолить и помешать ей в одном крупном деле, на которое она возлагала серьёзные надежды. Она нервничает. И это, - джедай тоже указал пальцем на потолок, - её почерк. Подозреваю, она посчитала, что ты слишком много знаешь и решила принять незамедлительные меры.

+1

18

Фетт минуту молча смотрел на Квай-Гона, слушая, как грохот над головой затихает, сменяясь абсолютным безмолвием и думая, какой частью информации с ним стоит поделиться. Он считал, что и без того рассказал достаточно, потому равнодушно пожал плечами.
- Ты и до нее добрался? Я не удивлен, - он помолчал еще немного, затем нехотя добавил. - Вряд ли это за тобой. Но это глупо. Предупреждение. Может быть, паника, - Фетт тихо фыркнул. - Дилетанты.
Он медленно двинулся вдоль стенки пещеры, изучая все выступы и узкие проходы, ведущие сквозь скалу. В одной очень слабо виднелся дневной свет, но она была очень узка. Из второй пещеры тянуло свежим воздухом, но он был слишком холодным и сырым - это мог быть путь к подземной реке.
- Недилетанты предпочитают не делать из тебя противника, Фетт, - с намёком на улыбку сказал Джинн и мысленно отметил, что вопрос ареста Ранн и са Римона теперь уже больше не касался только лишь безопасности Галактического Альянса. С таким врагом как Боба Фетт речь шла уже об их собственной безопасности. И жизни.
Квай-Гон приблизился к противоположной стороне стены, положив ладонь на влажный камень, и двинулся вдоль неё параллельно с мандалорцем.
- Уже планируешь месть? - обыденно поинтересовался он, поглядев в сторону двух приваленных друг к другу остроугольных камней, за которыми явно что-то было.
- Месть? Нет, - ответил Фетт, подойдя к той щели, откуда виднелся свет и явно прислушиваясь. - Только дело. Теперь помолчи и выключи меч.
Он усилил мощность приемника звуков почти на максимум, вслушиваясь в потрескивание камня, шелест листвы прямо рядом с узким проходом, звуки пламени и гул начинающегося пожара. Они заглушали практически все. И не было слышно, чтобы какой-либо корабль приближался к планете. Это могло бы многое прояснить. Если бы кто-то попытался высадиться на поверхность, дабы поискать труп или то, что может им быть после подобной атаки - значит целью было убийство. Если нет - предупреждение. Фетт выпрямился и переключился на радиочастоты, пытаясь уловить переговоры - но в эфире была полная тишина. Впрочем, это ничего не значило, передача могла идти в очень узком диапазоне или попросту погаситься толщиной камня. Мандалорец отступил назад, покачав головой и решив попытаться еще раз поймать сигналы уже на поверхности.
Квай-Гон последовал просьбе Фетта, но только лишь потому, что это было нужно для дела. Он не был чувствительным к Силе и не знал, что та больше не говорила о наличии опасности. Кто бы ни устроил орбитальную бомбардировку, он не спешил спускаться в атмосферу. Но, вероятно, по-прежнему продолжал сканировать поверхность планеты в поисках того, в чью честь она была устроена. Джинн снова активировал клинок.
- За этими камнями есть полость, - он указал на неплотно прилегающие друг к другу части породы. - Они довольно тонкие. Если приложить нужное усилие...
Фетт молча поднял левую руку и сжал пальцы в кулак. Едва почувствовав его намерение разнести камни наручной ракетой, джедай тоже резко вскинул руку в останавливающем жесте.
- Стой!
Мандалорец вопросительно повернул визор к джедаю.
- По-моему, секреты вечной жизни этим корунам должен был поведать ты, - устало вздохнул Джинн и перевёл клинок в боевой режим. - Это, - он поднял меч повыше, - не только изящное оружие, но ещё и очень практичная штука.
Он подошёл к скале, погружая лезвие в породу. Раздалось пронзительное шипение испаряющейся влаги и оплавляющегося гранита; в воздухе запахло жжёной пылью и калёным камнем; стало значительно темнее. Пространство озаряли только искры, градом осыпающиеся на пол. Джедай потратил никак не меньше нескольких минут прежде чем проход можно было бы освободить. Однако всего в паре сантиметров от начала борозды меч замерцал, и его температура начала стремительно снижаться. Погибающий клинок вспыхнул в последний раз и впрыгнул обратно в рукоять, оставляя джедая и наёмника в абсолютной темноте. Квай-Гон хоть и успел дорезать камень, но теперь остался практически безоружен. Из темноты донеслось негромкое, но очень колоритное ругательство.
- Что не так? - спросил Фетт, пытаясь разглядеть в темноте хоть что-то кроме остывающей линии расплавленного камня.
- Аккумулятор разрядился, - с неохотой признал Квай-Гон. - Фокусирующий кристалл сместился от удара. Я перебрал меч в лагере, но у корунов ничего подходящего для частичного восстановления заряда не нашлось. Их оружием только палатки подпирать, - вздохнул он, несколько озадаченно посмотрев на камень.
- Нехорошо, - после долгой паузы заметил Фетт.
Он достал фонарик, его узкий луч разрезал темноту, не давая достаточно света, но все же разгоняя часть мрака. Датчики ночного видения сразу же активировались, позволяя ясно видеть пещеру. Мандалорец подошел к скале и ударил ее ногой. Камень лишь с глухим скрипом сдвинулся с места, перетирая в песок окалину и окончательно отрываясь от остального массива. Второй удар выбил его из проема; кусок скалы с грохотом рухнул, ударившись о противоположную стену узкого прохода и неровно расколовшись еще на две части. В этот раз Фетт пошел впереди. Переступая через обломки скалы и оглядывая извилистый узкий проход с низким потолком, в обе стороны ведущий вниз, он секунду кратко сожалел, что изначальный ход завалило, и активировал эхолокатор, пытаясь выяснить верное направление.
- Налево, - сказал он, сворачивая в проход, потом спросил. - Как еще ты можешь зарядить свое оружие?
- Бластерный аккумулятор большой ёмкости подойдёт лучше всего, - после некоторых раздумий, поворачивая следом, сказал Квай-Гон. Будь перед ним не Фетт, а кто-нибудь другой, ситуация с полной разрядкой меча вряд ли бы возникла. Джедай попросту бы попросил один из бластеров, не опасаясь, что вполне реальный враг, хотя и временно заключивший перемирие, может воспользоваться этой информацией. Сейчас же ситуация была безвыходной. Почти безвыходной - остаточного заряда хватило бы на одну единственную последнюю вспышку в случае чего. Квай-Гону же нужно было действующее оружие. И он добавил, внешне ничем не выдав своих размышлений,-  одного хватит на несколько часов непрерывной работы.
Фетт кивнул, но не оглянулся, продолжая идти дальше. Он промолчал в ответ - по крайней мере на данный момент. Джедай без светового меча за спиной был куда более предпочтителен. Но к чему тот клонит мандалорец понял.
Потолок был слишком низким, вскоре пришлось пригнуться, дабы не задевать его головой. Издалека донеслось негромкое журчание подземного ручья - наверняка подобные ему и проточили этот проход. Он стекал откуда-то сверху, под сильным углом, издалека, по течению, был слышен шум небольшого водопада. Фетт вступил в воду, слишком неглубокую, несмотря на скорость, потому не сбивающую с ног, направляясь вверх; камни не были скользкими, но вода стесала их до очень гладкого состояния - это замедляло путь, заставляя искать опору надежнее. Воздух был холодным, куда холоднее, чем во все предыдущие дни на Харуун-Кэле, но по мере движения вперед он становился все теплее и суше, даже ручей не мог привнести в него привычную влажность. Впереди был пожар. Это означало, что выход действительно близок. Судя по растущей температуре воздуха это не просто узкая расщелина, иначе бы столько жара не проникло внутрь. В воде появились едва заметные оранжевые блики отражающегося пламени, словно нитями пронизывающие струи ручья. Затем проход расширился, сбоку от ручья навис плоский выступ, вдающийся в течение. входа еще видно не было, но по потолку метались неровные багровые тени.
Фетт остановился посреди ручья, обегающего его ступни. Он указал на камень и сказал:
- Хорошее место. Нам надо остаться тут еще часа на два. Кто бы не стрелял, наверняка сканирует планету.
Джедай, в задумчивости шедший позади всё это время, осмотрел окружающее их пространство и кивнул. Планету в самом деле могли продолжать сканировать в поисках неизвестно куда исчезнувших целей. Возможно, нападавшие даже бы послали кого-нибудь на планету для визуального осмотра места бомбардировки - не обнаружив следов высокоэнергетического оружия и большого количества металла в джунглях, по которым их могли идентифицировать, на месте этих ребят джедай предположил бы, что орбитальный удар спровоцировал локальное землетрясение. И оно похоронило под собой обоих. Отчасти это было правдой. С той лишь разницей, что Фетт и Джинн до сих пор ещё были живы.
Квай-Гон сделал несколько шагов вперёд, вглядываясь в оранжевые отблески за поворотом и, бросив короткий взгляд на Фетта, уселся на камень, негромко вздыхая. Эта насыщенная прогулка по Харуун-Кэлу, которая затянулась на целых пять дней, в самом деле начинала становиться слишком утомительной.
Мандалорец прошелся вдоль ручья, сканируя пространство, потом вернулся к камню и сел в полуметре от джедая, откинувшись к стене, дабы расслабить все еще побаливающую спину. Он минуту молчал, потом снял с бедра бластер и быстро разобрал его, убеждаясь в его целостности. Один провод отошел - наверняка от сотрясения во время побега из-под бомбардировки. Фетт прикрепил его на место, потом достал из кармана на штанах несколько запасных аккумуляторов. Скрупулезно сменив один внутри бластера, еще один он спрятал обратно в карман, а остальные протянул Квай-Гону на раскрытой ладони. Фетт посмотрел на свои пальцы, заметив, что они все еще подрагивают - чего раньше не было никогда. Вероятно, травма была куда более серьезной, чем ему казалось.
- Держи.
Джинн, который безучастно глядел куда-то в сторону, предаваясь размышлениям о произошедшем и о том, как теперь найти Виеру Ранн и всех её приспешников, скосил взгляд на предложенные мандалорцем аккумуляторы. Он не стал медлить, тратя время на слова, а просто взял их с руки Фетта, положил аккумуляторы себе на колено и снял с пояса меч, проведя по нему рукой. Внутри рукояти что-то щёлкнуло, и заглушка, закрывающая порт подзарядки, отошла от корпуса. Квай-Гон повернул её так, чтобы мандалорец не видел его манипуляций, отсоединил несколько проводов внутри меча и подключил их к одному из аккумуляторов. Индикатор заряда внутри корпуса оповестил о поступлении энергии. Джедай некоторое время в абсолютной тишине наблюдал за тем, как его мечу возвращается жизнь, и лишь после этого снова посмотрел на Фетта, немного склонив голову:
- Спасибо.
Они молчали ещё очень долго, никак не меньше получаса. Каждый думал о своём. Потом Фетт, проверяя работоспособность правого наруча, не глядя на Квай-Гона сказал:
- Мы не договорили. Ты выглядишь моложе своих лет.

+1

19

- Скажу сразу: я не знаю, как это произошло, - не отвлекаясь от наблюдения за процессом подзарядки ответил ему Джинн.
- Ты лжешь, - равнодушно сказал Фетт, после чего процитировал. - “Бессмертие не является таковым. Это долгий путь понимания, позволяющего слиться с много большим, чем что-либо в Галактике. Стать частью всего, разделяя боль, радость и переживания, но все же остаться собой”. Твои слова?
Джедай долго смотрел на мандалорца, сквозь визор шлема вновь стараясь рассмотреть его глаза. Даже будучи без сознания, хитрый мерзавец записал всё, о чём Квай-Гон разговаривал с шаманом. Впрочем, с какой-то стороны это было даже хорошо - для Фетта это могло стать ещё одним кредитом в копилку понимания того, что не всё в этой Галактике измеряется деньгами.
- Мои. Но это правда. Я знаю, как я покинул физическое тело, но не знаю, как вернулся, - джедай снова стал смотреть на индикатор, держа меч в ладони перед собой, - если собрался извлечь из этой информации выгоду, постарайся продать её подороже.
Мандалорский шлем качнулся из стороны в сторону, не выдавая мыслей или эмоций своего владельца. Слегка искаженный вокодером и акцентом голос безэмоционально ответил:
- Ни у кого в Галактике не хватит кредитов, чтобы купить это. Оставлю себе.
Квай-Гон хотел ответить, что вряд ли эти знания пригодятся самому Фетту - ведь он не был чувствительным к Силе. Не понимал её и, скорее всего, даже не принимал. Для каждого, кто слышал слово “бессмертие”, оно представлялось лишь продолжением жизни. Возможностью принимать решения и быть в сознании, оставаясь только точкой во Вселенной - неважно, сколько лет она просуществует. Точка никогда не станет линией; линия никогда не замкнётся в круг. А круг не станет формой, в которой единственная точка и является всем сущим во Вселенной. Нигде и везде одновременно. Но вместо этого ответа джедай только слабо улыбнулся и стал отсоединять истощившийся аккумулятор от меча.
- Если тебе это поможет, - неопределённо сказал он, сосредоточенно подключая второй.
- Ты мыслишь не так, - после очередной долгой паузы сказал Фетт, - Идеалист. Но думать умеешь. Анализировать, но не с позиции только своей жизни. Будто ты прожил их много. Еще до смерти, как мне кажется, что бы ни случилось. Не за других, вместе с ними. Я так не умею - и не научусь. Может быть, ты заплатил за меня слишком дорого.
- Я так не считал тогда, - джедай упёрся локтями в колени, продолжая наблюдать за яркой полосой внутри корпуса меча, которая постепенно меняла цвет, становясь всё более жёлтой. - Сейчас тоже не считаю. Уметь видеть вне рамок “я” - собственного или коллективного - уже больше, чем то, на что способны многие другие. Ты тоже идеалист. Просто не такой как я.
Мандалорец тихо фыркнул и покачал головой, потом посмотрел на джедая.
- Нет. Я реалист. Больший, чем кто-либо. Мы с тобой на разных полюсах. Потому и, - он секунду молчал, подбирая нужное слово, - похожи.
- Как бы дико это ни звучало, я с тобой согласен, - тихо сказал Джинн. - Мы действительно похожи.
Он говорил вполне серьёзно. С определённой точки зрения между джедаем и охотником за головами действительно было гораздо больше точек соприкосновения, чем можно было увидеть даже при ближайшем рассмотрении. Под нагромождением личных устремлений, убеждений и поступков скрывался общий фундамент. И чтобы это увидеть, достаточно было провести вместе всего несколько часов, хотя бы не пытаясь друг друга уничтожить. Джедаю и охотнику за головами выпал этот шанс. За эти дни Галактика стала ещё чуточку сложнее.
- Меч почти зарядился. Там кто-нибудь остался? - Квай-Гон указал пальцем вверх, намекая на сканирующий поверхность планеты корабль.
Фетт молча поднялся на ноги и направился к выходу. Он вновь активировал системы шлема, вслушиваясь в шелест радиочастот. Слышалось пощелкивание, затем раздался писк, меняющий частоту. Было похоже на то, что сигналы глушат, но затем скан поймал краткий обрывок речи: “...тут не…”. Частота тут же вернулась, сквозь различные помехи доносился тихий разговор, прерываемый треском и шелестом. Фетт прислушивался к обрывкам фраз, пытаясь понять суть разговора. И улыбнулся с мрачным удовлетворением, когда услышал свою фамилию. Он повернулся к джедаю и кивнул ему в сторону выхода.
- Они рядом. Надо идти.
Квай-Гон отложил использованные аккумуляторы в сторону, поднялся на ноги, и, повернувшись спиной к наёмнику, активировал световой меч. Тот загорелся ярким пламенем, распространяя по коридору голубое сияние. Джедай вздохнул, пристально глядя на клинок, которым он слегка повёл в из стороны в сторону, слушая его гудение, словно не верил в то, что он снова ожил, а потом взмахнул им в воздухе, описывая вокруг себя восьмёрку. Ему не нужен был световой меч, чтобы чувствовать себя уверенно, однако Квай-Гон испытал радость оттого, что работающее оружие - самый надёжный союзник и верный друг джедая - было снова с ним.
Фетт молча проследил за манипуляциями джедая, заметив его сдержанную радость. Это подтвердило его мысли о том, что джедай - воин, который никогда не запустит свое оружие, даже в самой опасной или неподходящей ситуации. Мандалорец понял, что заряды аккумуляторов пропали не зря и вновь взглянул в проем выхода из пещеры, подходя как можно ближе. Пламя несколько утихло, но оставшиеся угли источали дикий жар. Дым скрывал ночное небо и звезды, багровея от еще вздымающихся с черных стволов деревьев и обугленной земли язычков пламени. Пройти было почти невозможно. Фетт мог бы перелететь большую часть пожара на реактивном ранце, но это могло его выдать. И оставлять джедая в пещере было неправильным - два воина почти всегда лучше одного. Мандалорец задумался, глядя на раскаленные угли и обугленную ветвь папоротника, лежащую на камне. Ручей заметно оскудел, его вода стала мутной, неся в себе гарь и пепел.
- Думаешь, как пройти? - Квай-Гон возник рядом с наёмником, предположительно отслеживая его взгляд.
Фетт ответил кивком. Джедай молча вытянул руку перед собой ладонью вниз, и пламя расступилось, обнаруживая под собой чёрную выгоревшую землю и обуглившиеся растения.
- Я не смогу делать этого долго. Тебе придётся указывать направление.
Фетт опустил ETR, вглядываясь сквозь пламя. Жар очень мешал обнаружению живых точек - и все же на ВиДе загорелись несколько точек, отмечая расстояние в несколько сотен метров. Мандалорец указал налево.
- Туда.

+1

20

Джедай пошел вперед. Чувствовалось, что он спешит, но продвигался он не слишком быстро, предельно концентрируясь. Пламя плескалось, как вода, отступая в стороны. Фетт шел рядом с ним, внимательно следя за каждым движением в окружении. Он оглядывался по сторонам, ощущая себя на открытом месте не слишком уютно. Жар оставался, но действительно чувствовалось, что защищает от него не только броня. Вокруг высились редкие уцелевшие от падения стволы деревьев, было много воронок посреди развороченной земли. Джедай немного ускорил шаги, когда среди пепла стали попадаться прогалины с необожженной землей. Мандалорец же заметил в полуклике левее два корабля: космических челнока, подобных остроносым кирпичам. Он молча хлопнул джедая по плечу и указал в их сторону, обходя тлеющие обломки деревьев и смещаясь к зарослям. Но не слишком удаляясь от зоны пожара - их нашли не по жучкам или биометрии, тут было дело в излучении оружия или количестве металла. Переизбыток тепловой энергии сбил датчики, поэтому им пришлось прибегнуть к визуальному поиску или локальному, сканирование с орбиты стало бесполезным. Джедай совершенно беззвучно следовал за Феттом, не отвлекаясь на разговоры и вопросы - что было очень хорошо.
Они быстро преодолели расстояние, оставшись незамеченными - судя по тому, что с неба не обрушилась очередная бомбардировка, а воздух не прорезали бластерные очереди. Фетт прижался спиной к кораблю, внимательно рассматривая силуэты, теряющиеся на фоне высокой температуры. Там было около восьми существ - деваронец или иктотчи, предположительно чадра-фан, пара викуэев и несколько человек. Вероятно, кто-то остался внутри кораблей, поддерживая связь с орбитой. Фетт приблизился к носу челнока, прислушиваясь к диалогу сквозь утихающий гул пламени.
- ...его достали!
- Ты идиот! Подними сканер выше!
- Да говорю, тут ничего живого не осталось! Его только с электромикроскопом искать!
Викуэй дал чадра-фану подзатыльник.
- Кретин! Ты давно вообще работаешь?! Знаешь, на что мы подписались?
- Очевидно, нет, - участливо заметил Фетт, приставив бластер к затылку викуэя и нажимая на спусковой крючок.
Наемники развернулись на звук выстрела, доли секунды в их глазах и позах отражался дикий ужас. Затем ночь все же взорвалась бластерными очередями. Чадра-фан в ужасе пискнул и упал на землю. Мандалорец, стоя боком, дабы уменьшить шанс попадания, отступил к выступу на крыле корабля, отстреливаясь от наемников. Те действительно были недоумками - четверо умерли в течение нескольких секунд, они даже не попытались разбежаться или занять какие-то позиции. За джедая Фетт не переживал, тот вполне мог постоять за себя при необходимости. Деваронец и человек скрылись за кокпитом корабля, Фетт скрипнул зубами и обогнул корабль, пытаясь успеть за ними, но увидел лишь закрывающийся шлюз. Квай-Гон стоял в нескольких метрах, ближе к лесу, опуская руку, словно намеревался одним из своих приемов остановить наемников. Но не остановил.
Двигатели взревели, ионный выхлоп размел огненные искры, закрутившиеся причудливыми спиралями, наполняя ночь. Челнок начал подниматься, Фетт прикрыл визор рукой от раскаленного ветра, порожденного двигателями. Он бросил быстрый взгляд на джедая, который не сделал ровным счетом ничего, чтобы нейтрализовать наемников - ни на земле, ни в небе, - потом вновь посмотрел на поднявшийся уже метров на двадцать корабль, уперся одной ногой в землю как можно крепче и сказал голосовому интерфейсу:
- Ракета. Запуск.
Мощная отдача дернула ранец назад, ночь прочертила яркая линия, несущаяся вслед удаляющемуся челноку. Она быстро нагоняла корабль, а потом на краткий миг слилась с ним. Яркий взрыв на миг стал ярче пожара впереди, потом обломки посыпались вниз. Падали они красиво.
Фетт повернулся к чадра-фану, пытающемуся незаметно отползти в сторону, и схватил его за шиворот, поднимая и разворачивая лицом к себе. Человек-вомпа выглядел диким зверем, в его измазанном пеплом лице не осталось ничего от разумного создания. Мандалорец, видя, что джедай начал приближаться, все же ткнул в его нос бластером и оповестил:
- Ты ответишь на все вопросы.
Тот содрогнулся и быстро закивал.
- Где основной корабль?
- На орбите, над нами.
- Какой?
- “Мародер”...
Фетт секунду помолчал, анализируя информацию, потом еще раз встряхнул чадра-фана.
- Кто вас нанял?
- П...посредник. Дорн Бранкс.
- Имя заказчика?
- Не знаю. Платили много.
- Сколько?
- Т-т-триста тысяч.
- Продешевили.
Чадра-фан замер, не сопротивляясь и не пытаясь двигаться. Фетт оттолкнул его обратно в пепел, предварительно обыскав и сорвав комлинк с пояса.
- Убирайся.

+1

21

Крохотный наемник опять быстро закивал, показывая острые передние резцы то ли в испуганном оскале, то ли в заискивающей улыбке. Он перевернулся и сначала на четвереньках, потом на задних ногах начал бежать прочь, в сторону джунглей. Но услышал за спиной свист, и когда он обернулся, то увидел, что высокий человек, остановившийся рядом с прославленным мандалорским наемником, указывает вытянутой рукой в сторону космопорта. Впрочем, сейчас коротышке было наплевать. Главным для него было бежать, притом куда - неважно. Он только побежал еще быстрее, и когда он скрылся в джунглях, Фетт выбросил его комлинк в пламя, развернулся и направился к джедаю, сканируя пространство и не расслабляясь ни на миг.
- Отличная работа, джедай, - без особых эмоций заметил он, проходя мимо Квай-Гона к открытому шлюзу корабля.
- Мне нужно было помочь тебе убить их? - не очень дружелюбным тоном поинтересовался тот, разворачиваясь, когда над джунглями перестали полыхать остатки взрыва, и посмотрел в спину мандалорцу.
- Я справился, - ответил наемник, осторожно заглядывая внутрь корабля и изучающе осматривая его, - но они могли успеть улететь. Мы ушли далеко от пещеры.
- Тебе пора начать считать жизни, которые ты забираешь. В твоём бластере есть шоковый режим.
Подумав несколько секунд и глянув сначала в сторону космопорта, а затем на корабль, Квай-Гон принял окончательное решение. Он полетит с Феттом.
- Идеалист, - повторил наёмник, заходя внутрь челнока и внимательно оглядываясь, ища какой-либо подвох. - Репутацию шоковым режимом не заработаешь. Они знали, на что шли, принимая заказ.
Он сомневался, что внутри корабля есть что-либо опасное - охотники не собирались надолго задерживаться на планете, потому вряд ли активировали системы безопасности, если таковые и были.
- Я не чувствую здесь опасности, - подтвердил Джинн догадку мандалорца, также ступая внутрь челнока. -  План?
Фетт толкнул ногой ложемент, убеждаясь, что он не взорвется и не выпустит облако ядовитого газа, потом опустился в него и начал щелкать переключателями, активируя все системы корабля.
- Мне надо на орбиту. Можешь остаться здесь.
- Я так и думал поступить, - ответил Джинн, бесцеремонно проходя в кокпит и усаживаясь в ложемент второго пилота. Фетт смерил его взглядом, потом откинулся назад, выпуская штурвал из рук и давая двигателям прогреться.
- Это не твоя битва, джедай.
- У тебя дрожат руки и нарушена координация движений. Я помогу.
Фетт нахмурился, глядя на джедая. Он собирался резко ответить Квай-Гону, может даже прогнать его с корабля. Потом задумчиво обхватил пальцами ноющее правое запястье. Боль была слабой, можно даже сказать, что едва ощутимой - но раньше подобного он не испытывал. Джедай вряд ли попытается его убить - после стольких попыток спасти и сохранить жизнь, какой бы ни была его причина. Но на враждебном корабле мог стать хорошим союзником - пусть и временным. Мандалорец кивнул и вновь взялся за штурвал, активируя репульсоры и ионные двигатели. Корабль оторвался от земли и полетел в небо, оставляя позади дым и пламя. Маневренность корабля оставляла желать лучшего, к тому же он был не слишком отзывчив на команды - что неудивительно, если оба челнока были лишь способом спуститься на планету, оставляя корвет в небе. Звезды дрожали в синеве, но быстро стали неподвижными и колючими, пронзая тьму вакуума. В космическом пространстве Харуун-Кэла было практически пусто, вдали курсировала пара патрульных челноков, несколько торговцев заходили на посадку или наоборот убирались с планеты. “Мародер” висел практически над местом орбитальной бомбардировки, он был еще лишь точкой среди остальных, но приборы корабля безотказно нашли его и увеличили изображение. Корабль, даже сквозь помехи, выглядел очень хищно, были заметны многочисленные улучшения - в том числе несколько уродливых коробок под днищем, из которых вниз торчали турели для орбитальной бомбежки. Фетт узнал корабль еще по названию модели и методике нападения, но окончательно убедился, увидев сам “Мародер”. Это был корабль Дакемефа, не слишком удачливого аквалиша, охотника за головами, который в свое время после войны с юужань-вонгами подешевке оторвал битый корвет, вложив в него все свои сбережения. Но его стратегия оказалась провальной. Корабль был слишком заметным и медленным - его обставляли даже куда менее вооруженные и хитрые охотники, попросту за счет незаметности. В чем-то он им даже помогал, отвлекая охрану на себя. Пару раз Фетт тоже перебегал ему дорогу - и это были даже не задания, а легкие прогулки. Дакемеф едва наскребал денег на то, чтобы содержать свою посудину, столь сложный и неплохо оплачиваемый заказ был для него отличной приманкой, а план мог бы сработать почти против любого - кроме разве что самого Фетта. Вся карьера Дакемефа была чередой ошибок с редкими моментами везения. Какая-то из неудач должна была стать последней.
Мандалорец повернул челнок к кораблю, внимательно изучая его потертый космосом корпус и выискивая слабые места. Вооружение на челноке было слабым, недостаточным, чтобы вступать в бой с массивным корветом, а маневренность - слишком низкой. “Раб I” разнес бы его в клочья за одну минуту - даже при включенных щитах. Но “Раб” сейчас находился где-то далеко внизу, засыпанный камнями.
Фетт крепче сжал штурвал, ощущая, как из пальцев уходит дрожь. Он подлетел на расстояние в пятьсот кликов - и на приборной панели замигал огонек вызова.
“Бандит-1, как обстановка? Какого гунгана вы делаете на орбите?” - спросил недовольный грубый голос из приемника.
Квай-Гон быстро посмотрел на Фетта, покачав головой. Если тот и не был знаком с вопрошавшим, то мандалорца вполне могли узнать - искажённый вокодером голос и акцент выдали бы охотника с потрохами. Джедай потянулся к кнопке на панели и включил исходящую передачу.
- Этот барв перебил парней, - деланно-хрипло сказал он. - Но мы всё-таки его пришили.
“Кто остался?” - встревоженно спросили на том конце.
- Только я и… ещё один, - выдавил из себя джедай, стараясь придать своему тону как можно больше страданий.
“Тело этой твари Фетта захватили?”
- Да. Босс, разрешите стыковку, у нас разгерметизация. Здесь очень трудно дышать.
“Сначала-ка пролетите перед носом корабля, - подозрительно ответил аквалиш, - Я вас просканирую”.
Квай-Гон недовольно нахмурился, но всё-таки ответил:
- Есть, босс.
И отключил передачу сигнала.
- Будут стрелять, - резюмировал джедай, обращаясь к мандалорцу.

+1

22

Фетт молча кивнул, направляя корабль по крутой дуге к носу корвета по указанному маршруту. Он держался к ним строго боком, уменьшая площадь потенциальной мишени. Он слегка сбавил скорость, повернувшись к корвету носом и затормозив маневровыми в пяти километрах от “Мародера”. Руки со штурвала Фетт не снял, внимательно следя за малейшими движениями турелей и возможными маневрами пока неподвижного корабля. Тот словно и не среагировал на маневр, но подсознательно ощущались невидимые лучи, ползущие по челноку, ощупывающие каждый его закуток в поиске живых созданий. Тишина стояла абсолютная, только один раз тихо скрипнула переборка. Затем вновь зажглась лампочка. Фетт молча указал на нее. Квай-Гон потянулся к ней, принимая входящее голосовое сообщение.
“Ты ведь там, Фетт, - неожиданно изменившимся голосом сказал аквалиш. - Давай договоримся”.
Мандалорец надавил на рычаг увеличения мощности двигателей, не трогая корабль с места. Он секунду смотрел на то, как позади корвета вспыхивает синее сияние ионного двигателя, потом безэмоционально произнес:
- Ты знал, на что идешь.
“Я хотел тебя предупредить”, - сказали из приёмника; корвет продолжал медленно разворачиваться, наводя орудия на крошечный челнок.
Квай-Гон скользнул взглядом по штурвалу, отмечая позицию рук Фетта - тот явно готовился к последствиям, вызванным воздействием на корпус двигателей, не рассчитанных на такую перегрузку. Гравитационный колодец Харуун-Кэла остался позади, а прыжок в гиперпространство не требовал такого стремительного разгона. Его осенила догадка. Фетт нажал кнопку, выключая приемник и не собираясь слушать оправдания аквалиша.
- Держись, - сказал он Квай-Гону, крепче обхватывая штурвал пальцами, из которых наконец ушла дрожь. Орудия поднимались в сторону челнока - но слишком медленно. Фетт резко надавил на руль, корабль сорвался с места с резким стоном обшивки, гравикомпенсатор не справился с перегрузкой, вдавив обоих пассажиров в спинки ложементов. Турбобластеры сделали первые панические неприцельные залпы, пролетевшие мимо челнока; только один скользнул по обшивке, заставив легкое судно содрогнуться. Где-то внутри корабля что-то с грохотом сорвалось с креплений и рухнуло вниз.
- За что?.. - сквозь зубы процедил Квай-Гон, пытаясь удержать руки на подлокотниках.
Даже если бы он и хотел что-то сделать, чтобы помешать, у него вряд ли оставалось бы на это время. Челнок стремительно сближался с рубкой “Мародёра”, и не было похоже, что Фетт собирается в последнюю секунду изменить траекторию их корабля.
- Они вряд ли успеют свернуть...
- Не успеют, - прошипел Фетт, направляя нос челнока в очень быстро приближающийся обзорный экран рубки “Мародера”. Он не мог маневрировать или свернуть - при такой нагрузке любое движение штурвала могло закончиться неконтролируемым штопором. Но турбобластеры не успевали достаточно прицелиться по слишком быстро и близко движущейся цели. Фетт вдавил гашетку, стреляя в ответ, в транспаристиловую панель. Лазерные залпы не могли пробить ее - но достаточно ослабили как раз перед тем, как острый нос корабля ударил в ее центр. Удар сотряс корабль и бросил пассажиров на приборную панель, но Фетт заметил, что отдача резкого торможения была значительно слабее, чем должна - и увидел протянутую к нему руку джедая. Мгновенно взвыли сирены, нос корабля, въехавшего глубоко в рубку и ударившегося о переборку, смялся, а транспаристил кокпита пошел трещинами. Воздух взревел, вырываясь в пробоину, искры и пламя на поврежденной проводке запрыгали и внутри, и снаружи корабля. Фетт привстал на руках и со всей силы ударил пятками в разбитый транспаристил, выбивая его из рамы и выпрыгивая из уничтоженного челнока. В него никто не стрелял, команда была или мертва или без сознания; кожу тут же обожгло заползающим внутрь холодом вакуума и декомпрессии, а ветер едва не сбивал с ног. Тем не менее большую часть пробоины закрыл собой челнок, двигатели которого все еще слабо работали, вдавливая его в постепенно сминающуюся переборку. Джедай мгновенно последовал за мандалорцем. Борясь с давлением вырывающегося из рубки в открытый космос воздуха, он ухватился пальцами за выступающую из стены панель и подтянулся к ней, преодолевая расстояние до переборки, которая вот-вот должна была захлопнуться, чтобы изолировать повреждённую часть помещения. Фетт вытянул левую руку в сторону проема шлюза и выстрелил в стену за ним тросом, крюк на конце которого впился в дюрастил, правую руку он протянул Квай-Гону, призывая схватиться за нее. Один из предполагаемых трупов привстал на руках - и был тут же унесен потоком ветра в открытый космос. Джедай не мог не обернуться, ощутив в Силе эту смерть. Но всё же вовремя подумал, что если он замешкается ещё хотя бы на секунду, то последует за этим несчастным. Джинн протянул руку, и его пальцы плотно сомкнулись на предплечье Фетта. Тот мгновенно активировал механизм сматывания; оба кувырком влетели в коридор за долю секунды до того, как переборка с грохотом опустилась, отрезая поток ветра. Мандалорец тут же вскочил на ноги и дернул трос к себе, отрывая от стены, на которой осталось небольшое отверстие. Сирены продолжали выть, лампы мигали, но все же тут было намного безопаснее, чем в рубке. Издалека раздался приближающийся топот. Фетт тут же выхватил бластер и встретил первого же появившегося из-за угла наемника выстрелом в лоб. Тот опрокинулся на спину. Остальные не решились тут же выйти, но через секунду в коридор вылетел термальный детонатор. Мандалорец фыркнул и со всей возможной скоростью пнул его ногой, отправляя назад и радуясь, что умники не догадались бросить контактную гранату. Потом резко отвернулся и спрятался за выступом около захлопнувшегося шлюза. Джедай занял нишу напротив. Взрыв грохнул, едва не оглушив звуковой волной; пламя быстро пронеслось по коридору. Однако стоило ему иссякнуть, как пространство заполнилось шипящим звуком эмиттера светового меча.  Голубой клинок засиял в коридоре, и Джинн выступил вперёд, встречая и отражая назад выстрелы трёх бластерных винтовок. Сделал он это потому, что как бы хорош ни был Боба Фетт, против сгрупированного огня в узком коридоре у него не было бы шансов. Но Боба Фетт и не собирался выходить навстречу - нападавшие умерли бы даже раньше, чем успели бы понять, что произошло. Встретившись с джедаем, они получили шанс. Ускользающий и эфемерный, но всё-таки шанс; прицельно отражать выстрелы довольно скорострельного оружия было нелегко. Однако те, кому бы повезло не получить плазменный заряд в грудь или в голову, больше никогда не встретились бы с Бобой Феттом.
- С ним другой! - заорал кто-то невидимый из-за поворота. - Со световым мечом! Он отражает выстрелы!..
И всё затихло. Только звук сирены разносился по узким коридорам. Квай-Гон посмотрел на тех троих, которые ещё недавно пытались подстрелить джедая, и  мысленно отметил, что возможность выжить была лишь у одного. В отличие от двух его товарищей, его тело не было изрешечено бластерными выстрелами. Он слабо застонал и приподнялся на локте, с выражением жуткой боли на лице прижимая ладонь к дымящейся дыре в своём плече. Фетт приблизился к нему и, комкая летный комбинезон в кулаке, дернул к себе.
- Где Дакемеф?
Человек с болью, мукой и животным страхом взглянул на мандалорца и тихо заскулил.
- Убежал к капсулам!
Фетт замер на миг, разочарованно думая, что поклятый барв уже мог смыться с корабля, потом разжал руку, отпуская человека, упавшего на пластиловый пол и съежившегося, пытаясь стать максимально незаметным. Мандалорец быстро направился по коридору, содрогающемуся от неизвестных процессов внутри поврежденного корабля, который еще сохранял стабильность.
- Мало времени, - коротко сказал Джинн, догоняя Фетта в коридоре.
Мандалорец кивнул и перешел на бег. Корабль вздрагивал все ощутимее, откуда-то изнутри доносились глухие взрывы и резкий треск плавящейся проводки, реактор, без мониторинга состояния из рубки, начал терять стабильность. Корабль и без того выглядел не слишком хорошо - его внутренние панели выглядели помятыми и облезлыми, местами пол прогибался под ногами, грозя проломиться и скинуть в нижние отсеки, многие провода были снаружи, наскоро перемотанные изоляцией.
На пути больше никто не попался, но когда джедай и наемник приблизились к отсеку спасательных капсул, их встретил бластерный огонь. Вновь прижавшись к стене, Фетт крикнул в коридор:
- Мне нужен Дакемеф. Убирайтесь. Вмешаетесь - умрете все.
Огонь начал затихать, только один бластер продолжал палить с возросшей частотой под скрежещущие крики аквалиша о заплаченных подельникам деньгах за работу, а не предательство. Но те явно решили, на чьей стороне перевес и предпочли ретироваться. Квай-Гон, как и в прошлый раз, вжавшись в нишу напротив, понял, что Фетт смотрит на него. И подал ему знак пальцами, настолько доступно, насколько можно, объясняя, что сейчас произойдёт. А ещё - что он оценил стремление наёмника сохранить как можно больше жизней. Справа от джедая донёсся звук шипения, словно на раскалённую поверхность попала холодная вода - отчётливый звук перегревшегося оружия, - и он выступил из ниши, вскидывая руку и Силой вырывая бластер из пальцев аквалиша. В тот же момент Фетт оттолкнулся от пола ногами, активировав реактивный ранец. Рев дюз отразился эхом от стен коридора, когда он на полной скорости устремился к паникующему аквалишу, который запятился назад. Фетт обхватил предплечьем шею Дакефема, запрокидывая его голову, украшенную хелицерами, вверх и одновременно деактивируя ранец. Он, тормозя, развернулся вокруг аквалиша,  опрокидывая того на спину, после чего рухнул на него сверху, уперевшись коленом в грудную клетку и приставив бластер ко лбу.
- Кто тебя нанял?
Аквалиш испуганно защелкал, на миг зажмурил все четыре глаза. Потом выдавил:
- Ты… ты сохранишь мне жизнь, если я скажу?
- Нет, - ответил Фетт, надавливая бластером на его лоб.
Дакефем вновь защелкал хелицерами, в этот раз быстрее.
- Говори.
- Хорошо! Дорн Бранкс, посредник. Доплатил за анонимность заказчика. Сказал, что ты перебежал дорогу кому-то очень высоко в Кореллии… Я больше ничего не знаю. Фетт, пожалуйста, не убивай меня...
Квай-Гон, тем временем вышедший из коридора, держа неактивированный клинок в руке, поймал на себе взгляды остальных членов команды и покачал им головой, призывая не вмешиваться. Проходя мимо, он тоже посмотрел на аквалиша, но ничего не сказал, обдумывая, как убедить наёмника не отнимать эту жизнь. Но едва у него появился вариант, на который теоретически Фетт мог бы согласиться, прогремел выстрел, и рука Дакефема, которой он уже было потянулся к плечу мандалорца, безжизненно упала на пол.
- Он просил его не убивать! - с нажимом едва не прошипел Джинн, резко останавливаясь и вздрагивая от ощущения этой смерти в Силе.
Фетт поднялся на ноги, глядя на простреленный череп Дакефема, потом посмотрел на трех все еще стоящих в стороне и не убежавших во время стычки наемников и равнодушно сказал:
- Вон.
Те молча попятились. Мандалорец же повернулся к Квай-Гону и ответил:
- А кто просил его брать контракт на меня? - Фетт покачал головой и напомнил. - Я говорил, это не твоя битва, джедай.
- Я здесь не из-за этого, - понизившимся тоном ответил ему Джинн и опустил хмурый взгляд на мёртвого аквалиша. - Я не вправе осуждать тебя, но знай, что это мне не нравится. Ты не чувствуешь этих смертей.
- Верно, - подтвердил Фетт, перешагивая труп Дакемефа и направляясь ко входу в спасательную капсулу, - давно не чувствую.
Квай-Гон опустил голову, тяжело вздыхая, и отошёл к стене. Ему нечего было ответить. От его меча тоже пало множество живых существ. Они оба были убийцами. И Боба Фетт тоже в какой-то мере защищался. Жаль, что нельзя было это делать, не прибегая к крайним мерам - шла ли речь о защите одной жизни или целой цивилизации.
Мандалорец нажал несколько кнопок на панели управления, ощущая, как под ногами вибрирует палуба, иногда откровенно содрогаясь - как секунду назад - что говорило о поэтапном выходе систем из строя. Капсула никак не отреагировала и не открыла мембрану. Фетт вновь надавил на кнопку. С тем же нулевым результатом. Фетт подошел ко второй капсуле, затем к третьей. Он скрестил руки на груди, задумчиво глядя на закрытый вход в капсулу, потом перевел взгляд на панель. Все три были заблокированы, причем явно поломка была на уровне общей системы контроля. Вполне вероятно, что она была разрушена или замкнула во время тарана рубки корабля. На это Фетт не рассчитывал, в самом деле. Тем не менее можно было переключить капсулу на автономный режим. Охотник опустился перед панелью на одно колено и аккуратно подцепил ее края, снимая с креплений. В этот момент он услышал за спиной тихие шаги, не похожие на шаги Квай-Гона.
- Я же сказал убираться отсюда, - рыкнул он, не оборачиваясь.
- О, правда? Боюсь, я пропустил это, - с едва заметным намеком на угрозу ответил ему незнакомый голос. Фетт мгновенно оказался на ногах, поворачиваясь и выхватывая бластер. Вновь раздалось шипение активируемого светового меча.

+1

23

- Стоять, обоим! - тревожно вскрикнул Квай-Гон со стороны и выскочил вперёд, останавливаясь между вторым джедаем и наёмником.
Он почувствовал его приближение ещё несколько минут назад. Едва тот вышел из гиперпространства, сканируя орбиту не только с помощью приборов, но и в Силе. Случилось это примерно тогда, когда Фетт задавал Джинну риторический вопрос о том, кто просил Дакемефа взять этот заказ. Предупреждать же мандалорца о том, что сюда летит Кеноби, было как-то недосуг. Квай-Гон слегка повернул голову к бывшему ученику, к которому стоял спиной, и мягким тоном попросил:
- Убери меч, пожалуйста.
Кеноби выключил свой световой меч и выпрямился, с нескрываемым подозрением и изумлением глядя в узкий визор мандалорского шлема. Его владелец продолжал держать тяжелый бластерный карабин направленным в лицо Оби-Вана, хотя его ствол едва заметно подрагивал. Кеноби мгновенно узнал шлем и характерный цвет брони, он немало слышал об этом человеке и даже однажды столкнулся с ним в весьма неприятных обстоятельствах. И он же видел его на Камино, очень давно, когда разговаривал с его отцом.
- Фетт? - не скрывая удивления спросил Оби-Ван, выступая из-за спины напряженного Квай-Гона, продолжающего стоять между ними. Наемник кивнул, потом с заметным холодом в голосе ответил:
- Я помню тебя, джедай. Еще один бессмертный? - он перевел бластер на Квай-Гона. - Он был на этом корабле с Дакемефом?
- Нет, - твёрдо ответил ему Джинн. - Он вышел из гиперпространства пять минут назад и использовал аварийный шлюз - именно поэтому ты ощутил толчок.
Фетт молчал достаточно долго, анализируя ситуацию. Квай-Гон не мог оповестить своего друга-джедая, у него не было комлинка или датчика. Или был? Как он сумел найти их на этом корабле, не опускаясь сразу на планету? Пресловутая Сила? Вероятно, Квай-Гон и не желал смерти Фетта, но этот джедай - имени его мандалорец не помнил - был неизвестной величиной. Охотник помнил его лицо, он помнил лица всех джедаев, переживших Джеонозис, но выглядел он немногим старше, чем тогда. Что бы ни происходило, Квай-Гон рассказал ему не все. Но мог ли Фетт винить его в этом? Он рассказал еще меньше.
Мандалорец опустил бластер. Корабль еще раз содрогнулся, лампы мигнули и замерцали, сообщая о начале потери энергии. Кеноби оглянулся и на удивление спокойно сказал:
- Когда я пристыковывался, этот корвет касался высоких слоев атмосферы и шел на снижение. Нам лучше уходить.
Квай-Гон медленно кивнул, посмотрев в визор мандалорского шлема. Впервые за всё время он ощутил довольно сильные эмоции, исходившие от мандалорца. Напряжённость, подозрительность, недоумение и… даже отзвуки боли. Квай-Гон понимал, в какой тот оказался ситуации. И в самом деле искренне желал пойти навстречу.
- Договор всё ещё действует, - вкрадчиво сказал он, напоминая Фетту о временном союзе, срок которого на самом деле никогда не оговаривался. - Никто из нас не нападёт первым. Я даю тебе слово.
Фетт кивнул, убирая бластер. Он не собирался беспрекословно верить обоим джедаям, но у них был рабочее судно - сейчас это перевешивало большинство иных аргументов.
- Где ваш корабль?
Кеноби указал в коридор и пошел вперед.
- Сюда.
Он быстро направился к “Лямбде”, которая была пристыкована в сотне метров отсюда, повернувшись спиной к клону Джанго Фетта, но чувствуя его тяжелый взгляд. Он не знал, жив ли Боба, даже не задумывался об этом. Но сразу ощутил в Силе, что это тот же самый человек. Не копия, не потомок - нет, это был тот же мальчишка, который с искренней тревогой защищал своего отца на Камино, стреляя из турботурелей по самому джедаю. И Кеноби испытывал перед ним иррациональную вину за случившееся на Джеонозисе. За всех его погибших полубратьев. За отца. Он ощущал очень смутные чувства самого Фетта, внутри которого на миг вспыхнула настоящая буря эмоций, плотно закапсулированных под непробиваемой броней, когда он увидел и узнал Оби-Вана. И Кеноби очень желал бы утешить его. Он не знал, почему Квай-Гон был здесь и сейчас вместе с этим человеком, но обязательно собирался выяснить.
Оби-Ван зашел внутрь корабля, расположенного боком относительно падающего судна, пережив краткий миг гравитационной дезориентации, когда стена стала палубой из-за работающих гравикомпенсаторов, услышал позади тихий стук подошв Фетта, затем мягкие шаги Квай-Гона. Кеноби оглянулся, убеждаясь, что все в порядке, потом направился к кокпиту.
- Вы получили моё сообщение? - спросил его бывший учитель где-то за спиной.
Кеноби, не останавливаясь, оглянулся и задумчиво нахмурился.
- Нет. Потом расскажешь, надо улетать.

+1

24

Фетт проводил его взглядом и молча посмотрел на Квай-Гона, ожидая более подробных объяснений. Лямбда вздрогнула, отстыковавшись от корабля. Ее перестало потряхивать далекими внутренними взрывами, полет был плавным и спокойным.
- Куда? - лаконично спросил Джинн у Фетта.
- Эриаду, - ответил тот. - Главный космопорт.
- Принято, - сосредоточенно ответил Кеноби из кокпита.
Мандалорский шлем вновь повернулся к Джинну. Тот, стоя напротив Фетта, скрестил руки на груди, и протяжно вздохнул.
- Что ты хочешь от меня услышать?
- Откуда здесь этот джедай?
- Если он не получал моего сообщения, он мог найти меня только по маяку в Силе. Это возможно, - сказал Джинн и добавил, - как и то, о чём ты узнал в поселении корунов. Он такой же как и я.
Из-под шлема донесся горьковатый смешок.
- И вы все умеете это делать?
- Нет. Не все. И я об этом жалею, - взгляд Квай-Гона стал красноречив, настолько, что в нём почти можно было прочитать имя Мейса Винду.
Фетт долго смотрел на Квай-Гона, размышляя о всей полученной информации, собирался задать еще вопрос, но в этот момент раздался голос Кеноби:
- Выход в гиперпространство через пять секунд.
Корабль это подвердил гулкой вибрацией запускающегося гиперпривода, затем “Лямбду” едва ощутимо тряхнуло. Спустя полминуты из кокпита спустился второй джедай и с хорошо скрываемым беспокойством осмотрел обоих. И Квай-Гон, и Боба Фетт выглядели так, словно видали намного лучшие дни. Туника Квай-Гона была порвана и казалась скорее черной - от явных следов растительности и разводов пепла. На броне Фетта был толстый слой той же золы, местами стертый, открывая облупившуюся зеленоватую краску. В Силе оба излучали усталость, хотя и хорошо скрываемую. Оби-Ван сказал:
- Лететь час. На корабле есть аптечка.
- Всё в порядке, - кивнул Джинн и вопросительно посмотрел на мандалорца. Тот ответил:
- Я тоже. Вода есть?
Кеноби кивнул и на миг исчез в камбузе, вернувшись с одним из резиновых контейнеров. Фетт принял “космическую кружку” и капнул пару капель на кончик указательного пальца правой руки. Потом проследил за анализом жидкости, убеждаясь, что она действительно безвредна. Фетт секунду сомневался, потом снял шлем, решив, что для этого джедая сюрпризом его лицо точно не станет. Вода в подсумке доспехов кончилась много часов назад, а пополнить запасы возможности не было. Он выпил всю воду, показавшуюся настоящим сокровищем, потом вернул стакан джедаю - и заметил отразившуюся на самом дне его глаз острую боль. Кеноби взял контейнер и, не глядя, выбросил его в утилизатор. Он знал, что нельзя долго смотреть на этого человека, но запомнил его лицо в мельчаших деталях - уже очень давно. Он был похож на Джанго и его клонов - но не являлся идентичным, как и все они. Его лицо украшали страшные шрамы, щеки были куда более впалыми, а взгляд - жестоким. И все же этот человек был из их эпохи, их времени. Эта ниточка связи была куда прочнее, чем тот LAAT на Фелуции, ставший братской могилой. Кеноби стряхнул наваждение, повернулся к Квай-Гону и серьезно спросил:
- О каком сообщении ты говорил?
Квай-Гон, который уловил каждый из оттенков испытываемых Оби-Ваном эмоций, невесело вытянул уголок губ вверх и посмотрел на бывшего ученика:
- О том, в котором я описывал, что потерпел крушение на Харуун-Кэле. Пять дней назад. И кое-что ещё, - немного помявшись, добавил он.
Судя по всему, эта тема не была ему приятной.
- Скан “Раба I”, - почти равнодушно пояснил Фетт, надевая шлем и вновь закрываясь в непробиваемой броне. - Шабуир разбил мой корабль.
Брови Кеноби приподнялись, он вопросительно взглянул на Квай-Гона. Тот опустил глаза и потер пальцами переносицу. Оби-Вану очень хотелось задать иные вопросы, но сейчас был явно не самый подходящий момент, тем более, что плечи Фетта заметно напряглись - ему эта тема тоже была не слишком по душе. Он еще раз посмотрел в черный визор, удивляясь тому, как шлемы всегда действуют на разумных существ, пытающихся найти эмоциональный отклик в мимике, потом кивнул в сторону кокпита.
- Осталось меньше часа. Мне надо следить за приборами.
Он поднялся по металлической лестнице, оставляя Квай-Гона наедине с неожиданным пассажиром. Тот вновь проявлял не больше эмоций, чем находящаяся рядом дюрастиловая переборка.
- Отдохни, - Джинн указал взглядом на одно из посадочных мест. - Здесь безопаснее, чем в джунглях.
Фетт поднял левую руку и ткнул Квай-Гона пальцем в грудь.
- Тут два джедая.
- И один ушлый охотник за головами, - сдержанно улыбнулся тот, немного подавшись назад.
Фетт качнул головой, отстегнул со спины бесполезный сейчас реактивный ранец, потом подошел к сидению и опустился в него.
- Разбуди меня около Эриаду.
Спать он не собирался, но и продолжать диалог смысла не видел. Информации и без того было очень много, к тому же Фетт уже думал, как вытащить “Раба” из этого захолустья и где починить. Помимо этого Дорна Бранкса ждал не слишком приятный диалог. Обычно посредников не принято трогать, но в данном случае вопрос был действительно важным. Са Римора и Ранн могли быть причастны к смерти Айлин. Их тоже ждут вопросы.
Фетт проследил за тем, как Квай-Гон практически бесшумно подошел к лестнице, ведущей в кокпит, и поднялся по ней. Мандалорец отвернулся, потом вновь вызвал запись из кочевого поселения корунов, вслушиваясь в тихий голос Квай-Гона, едва различимый на фоне шелеста листвы и пения ночных птиц. Фетт ощущал, что за этим кроется очень многое, не только выгода. Но в данном случае выгода перевешивала все остальные аргументы. Примечательно, что джедай даже не потребовал стереть эту запись, хотя и выказывал явные признаки возмущения по поводу ее наличия. Фетт надеялся уложиться с ремонтом “Раба” максимум в одну стандартную неделю, а потом… Его ждал визит на Татуин. Почему-то именно этот формирующийся план привнес наконец минимум покоя в мысли наемника.

+1

25

После сообщения о том, что “Лямбда” прибыла с Харуун-Кэла, кораблю был выдан запрет на приземление. Шаттл пристыковался к орбитальной базе, дабы пройти полную стерилизацию. Квай-Гон, вспомнив в какой спешке им пришлось покидать планету, мысленно очень с этим согласился - принести любой из живых организмов планеты в индустриальный мир вроде Эриаду означало подписать смертный приговор всей электронике. Фетт же довольным не выглядел, но все же промолчал, с абсолютно непроницаемым видом остановившись возле одной из переборок “Лямбды”, по которой сновали дроиды, засовывающие щупы во все щели корабля и проецирующие медицинское поле, убивающее все микроорганизмы.
Последующие минут двадцать прошли в полном молчании, затем дроиды покинули корабль, напоследок оставив таблетки, восстанавливающие микрофлору живых организмов, справку о стерильности корабля и разрешение на посадку. Зажимы вокруг “Лямбды” разжались, освобождая ее и позволяя опуститься на поверхность Эриаду. Все это время Фетт старался не выпускать джедаев из поля зрения и старательно прислушивался к каждому издаваемому ими звуку - не хватало, чтобы они успели известить кого-либо на поверхности о своем - и его - прибытии. Но те даже не совершили подобной попытки, чем подтвердили мнение Фетта о них.
Только когда шаттл начал сближаться с дюракритом космопорта, Квай-Гон спустился из кокпита вниз и коротко кивнул Фетту:
- Как?
Тот слегка склонил голову набок, глядя на джедая, потом пожал плечами.
- В порядке.
- Три дня. Успеешь разобраться с кораблём?
- Успею.
Опоры мягко толкнулись о покрытие площадки. Мандалорец подошел к шлюзу, наблюдая, как тот открывается, издавая тихое шипение. Он, направился к выходу и начал спускаться по пандусу. Но у самого его основания остановился, оглянулся и почти равнодушно сказал, едва заметно качнув головой в сторону кокпита, где находился второй джедай:
- За ваши головы тоже назначена награда, Квай-Гон Джинн.
Фетт отвернулся и пошел прочь, не оглядываясь.
Квай-Гон ещё долго смотрел ему вслед, привалившись плечом к комингсу шлюза и скрестив руки на груди. Он не ожидал того, что кто-то, кому они вместе с Оби-Ваном перешли дорогу, окажется настолько безрассудным, что назначит награду за головы джедаев. Однако ещё более неожиданным стало то, что ему об этом сообщил сам Боба Фетт. Несмотря на заявление о том, что мандалорец не умеет быть благодарным, иного слова для обозначения его прощального жеста, пожалуй, не нашлось бы.
- Слышал? - спросил Джинн после долгого молчания, поднимая голову наверх.
- О, да, - почти весело ответил ему Кеноби, спускаясь по лестнице из кокпита. - У Сарна, судя по всему, были могущественные покровители. Вероятно, речь не только о госпоже Ранн.
- Угу, - “содержательно” ответил Квай-Гон. - Полетели домой. По дороге я тебе всё расскажу. За эти пять дней произошло довольно много… интересного.
Перестав смотреть вслед растворившемуся среди силуэтов кораблей мандалорцу, Квай-Гон перевёл взгляд на бывшего ученика и положил ему руку на плечо, почти обнимая.
- Ты не представляешь, как я рад тебя видеть, Оби-Ван.

***

- Боба Фетт?! - воскликнул Люк с необычной для себя эмоциональностью, разглядывая голограмму, извлеченную из отремонтированного дроида. Над проектором парил “Раб I”, медленно являя каждую из своих сторон и демонстрируя прорезь в транспаристиловом колпаке. - И что он хотел от вас, мастер Джинн?
Квай-Гон вытащил из складок одежды инфочип и, передав его гранд-мастеру, снова устроился в одном из кресел. Помещение было довольно тесным, однако светлым, тихим и уютным и как нельзя лучше подходило для приватной беседы четырёх собравшихся здесь мастеров-джедаев.
- Здесь полный отчёт обо всём произошедшем. Но если описать ситуацию в двух словах, я решил, что Боба Фетт начал сотрудничать с нашими врагами, и вышел с ним на связь на орбите Харуун-Кэла. После этого он на меня напал. Хотя… - Квай-Гон задумался.
- Хотя? - уточнил Кеноби с едва заметной иронией, прекрасно помня рассказ о наведении на корабль, который, скорее всего, и спровоцировал нападение.
Джинн искоса бросил на бывшего ученика не самый добрый взгляд, но всё-таки продолжил свою мысль:
- Хотя, по утверждению мастера Кеноби, я спровоцировал его атаку, захватив его корабль в качестве цели.
- Но дело ведь совсем не в том, кто оказался в рамке целью, да? - Корран, предусмотрительно молчавший, все же не вытерпел и оскалился улыбкой, посверкав зеленью глаз. Из всех расположившихся в комнате мастер Хорн менее всего подходил к образу джедая - скорее, традиционный кореллианский образ не то лихого игрока в сабакк, не то еще одного Хана Соло.
- Юридически, - Квай-Гон тихо кашлянул, посмотрев на Хорна, чей немного фривольный внешний вид несколько сбивал мастера-джедая с толку, - со стороны Фетта это была самозащита. Фактически я не собирался уничтожать его корабль. В завязавшемся космическом бою я хотел разрядить его дефлектор и отключить всю электронику дисраптором, - Квай-Гон немного помолчал, - если бы такой известный наёмный убийца взялся за выполнение заказа, он бы довёл дело до конца. Я хотел ему помешать. Любым из доступных способов.
- На всякий случай, если в Галактике за полстолетия что-то поменялось... Когда тебя берут на прицел, стрелять в ответ - самая здоровая реакция. Точнее, я бы беспокоился, если бы кто-то в тот же момент тормозил и вырубал маршевые, - раз, два, три, найди здесь кореллианина. - Сначала стреляй, потом думай - всегда срабатывает.
Кеноби подавил улыбку, настойчиво просящуюся на губы, удержался и серьезно посмотрел на Хорна.
- Боюсь, что в данном случае имело место взрывное столкновение интересов, - Джинн снова кашлянул, а Кеноби немного нахмурился и добавил. - Главное, что в итоге никто серьезно не пострадал.
Люк, который листал отчет на экране датапада, задумчиво поднял глаза на Квай-Гона.
- У вас с Феттом были веселые выходные.
Тот только фыркнул.
- И все же, я вижу тут сказано, что тебе удалось узнать о его отказе сотрудничать с любыми представителями Кореллии из-за убийства дочери, - Люк нахмурился и опустил голову. - И тут нельзя говорить о выгоде. Поступок Джейсена непростителен.
- Непростителен, - подтвердил Квай-Гон. - Но Фетт будет пытаться убить и его. Он сказал мне об этом в немного другой формулировке, но недооценивать даже намёки такого человека тоже было бы непростительным.
Скайуокер покачал головой и очень горько вздохнул.
- Это наша трагедия, я не могу винить Фетта - хотя должен. То, что происходит с Джейсеном - это наша огромная ошибка. Но сейчас у нас иная цель обсуждения. Я не думал, что та ваша миссия с работорговлей на Метеллосе может привести к столь значительным результатам - но Сила направляла вас. Обезглавив этих бандитов с помощью СБГА, мы сможем ослабить ситуацию и использовать ее себе на пользу, предотвращая кровопролитие. Но мне не нравится, что джедаи попали в списки охотников за головами. Эту проблему будет необходимо решить, - Люк поднял голову, глядя в глаза Квай-Гону, потом перевел взгляд на Кеноби. - Но я вижу тут еще одно имя.
Оби-Ван сощурился и сжал губы, на секунду его челюсть напряглась.
- Сатин Крайз. Этого стоило ожидать. Ее взлет к политической вершине был стремительным и отрезал множество путей обычным карьеристам. Но всегда есть кто-то, стремящийся убрать правителя. В данном случае новость скорее хорошая - мы точно знаем, что Боба Фетт не будет за ней охотиться.
- И сообщил об этом по собственной доброй воле, я его об этом не просил, - добавил Квай-Гон.
- С дурной наследственностью Джейсена мы ничего сделать не можем, а вот со всем прочим… - Корран запнулся, почти ни на что не намекая, но все же сошел с той грани между невинной насмешкой и серьезным разговором отнюдь не в пользу первой - старший из детей Соло совсем не действовал на него положительно, учитывая все выходки того, что задевали и Хорна до глубины души. - Что там еще поведал Фетт? Я, конечно, пока не выжил из ума, чтобы начать верить охотнику за головами, но, говорят, мораль в сказках именно в конце.
Квай-Гон слегка улыбнулся, памятуя об этой привычке своего коллеги сразу предлагать решение проблемы. Джинн по большей части с предложенными Корраном вариантами не соглашался, но присутствовавшее в них зерно рационализма нередко закладывало основу для общей орденской политики. Решительность. Вот что больше всего нравилось Квай-Гону в Хорне.
- Больше ничего, о чём я мог бы написать в отчёте, - Джинн уверенно покачал головой, оставляя в этой фразе всё, что не имело отношения к делу, - Боба Фетт непредсказуем, он убийца, работающий за деньги. Я не давал ему оценку или письменную характеристику, но у этого человека есть собственный кодекс чести и твёрдые убеждения, которые не так уж сильно расходятся с тем, что проповедует Орден джедаев. Его словам можно верить, хотя и толковать их можно по-разному. Но названные имена - чистая правда, в этом я уверен, - Квай-Гон немного помолчал, глядя в отполированный до блеска пол, а потом посмотрел на Оби-Вана. - Пожалуйста, займись безопасностью Сатин. Неудача заказчиков с Феттом совсем не гарантирует того, что они не найдут кого-нибудь другого.
Скайуокер кивнул, протянул планшет с отчетом Коррану, потом склонился вперед, сплетя пальцы и опираясь локтями на колени. Вид у него был чрезвычайно задумчивый.
- Опасно слишком сильно вмешиваться в политику. Я не хочу подставить Орден под удар. Но, учитывая чрезвычайную ситуацию, приставить к госпоже Крайз пару джедаев в качестве охранников будет правомерно и оправданно - особенно учитывая полученные сведения. Полагаю, что никто не подойдет лучше, чем мастер Кеноби, - Люк повернул голову к Квай-Гону, на его губах заиграла почти мальчишеская и едва заметная улыбка. - Орбитальная бомбардировка, ну надо же.
Мастер Джинн лишь неопределённо пожал плечами и в его глазах появился весёлый блеск.
- Нам повезло, что было где укрыться. Но могу представить, как это звучит, - кивнул он.
Корран сначала подавился где-то в районе информации о том, что у наемного убийцы убеждения не расходятся с политикой джедаев, а уж совсем закашлялся, когда речь зашла про орбитальную бомбардировку. Скайуокер к тому же предусмотрительно оставил текст дочитанным и не напрягся насчет вопроса отмотать его к началу, так что глазом он невзначай выцепил, принимая от гранд-мастера деку.
- Вы что, - Хорн не знал уж так прямо, на которого из двух попаданцев смотреть пристальнее, - в край охренели?
Квай-Гон хмуро переглянулся с бывшим учеником и остановил свой взгляд на Хорне.
- В такой формулировке я этого ещё в свой адрес не слышал, - он помолчал немного и со смесью суровости и весёлости в голосе добавил. - Но ты, пожалуй, выразил общее мнение Совета, заседавшего в моё время.
Кеноби с легким укором покачал головой, глядя на Хорна и вновь думая об острых различиях между джедаями разных эпох, хотел было ответить, но в дверь осторожно постучались. После разрешения входить, в комнату зашла юная девушка-джедай, часто работавшая в Архиве. Вид у нее был очень серьезный и хмурый, а в руках - два листа флимсипласта.
- Мастера, простите, что прерываю. Мастер Солусар попросила меня срочно показать это вам.
Кеноби, сидевший к двери ближе всех, обернулся и взял документы. Он скользнул по ним взглядом, потом вгляделся пристальнее, уголки его губ поползли вверх в улыбке, впрочем тут же пропавшей за маской абсолютной невозмутимости. Хотя, видит Сила, ему очень хотелось рассмеяться. Он протянул документы Люку и озвучил:
- Полагаю, что это счет за ремонт “Раба I”, выставленный Ордену.
Люк нахмурился и взял листы флимси, вчитываясь в текст, потом потер пальцами переносицу.
- И нота протеста правительства Харуун-Кэла, отправленная в Орден и Галактический Альянс, уведомляющая о втягивании системы в гражданскую войну с Кореллией. О, Сила.
Квай-Гон же, едва услышав, о чём шла речь в обоих документах, немного растерянно переложил руку на подлокотник, склонил голову и накрыл пальцами глаза. Обещая выставить счёт за разбитый джедаем корабль, Фетт в самом деле не шутил. Или же шутил прямо сейчас, выставляя этот счёт. Так или иначе, в настоящий момент Квай-Гон испытывал одно из самых неприятных чувств - подлый укол стыда, пришедший вместе с новостью о ноте протеста от Харуун-Кэла.
- Ага, точно охренели… - это уже, наверное, адресовалось не столько джедаям, а больше было ответом на вопрос самому себе. Запихнув деку где-то между собой и подлокотником, Корран тоже поддался всеобщей тяге ознакомиться со свежими новостями. Тут уж кашлять можно было не переставая. - Сначала мы починим корабль охотнику за головами, а потом, хм, в который раз какой-нибудь хмырь из Сената невзначай упомянет про игнорирование джедаями законов. Я даже не берусь предположить, в дерьмо какого зверя мы вляпались - даже банту такого размера не найдем.
- Ну ладно. О законах поговорим потом, - Джинн решительно увёл руку вниз и приподнялся со своего места, забирая документы из пальцев Хорна. - Тем более, что у Фетта, если не ошибаюсь, есть лицензия. Пятьсот тысяч, - задумчиво сказал Квай-Гон, быстро пробежав по документам глазами, и передал их обратно Скайуокеру. - Люк, мы сможем оплатить этот счёт?
Гранд-мастер почти минуту смотрел в документ, решая, как поступить. Он должен был выбрать между необходимой частью политики и моралью. Он хотел было ответить резким отказом, но затем, прислушавшись к Силе, сказал:
- Да. Сумма мала, хотя и уйдет впустую. Но, во-первых, у нас и без того хватает врагов, а во-вторых, у меня есть предчувствие, что этот человек еще сыграет важную роль в происходящем, - он замолчал и поморщился. - На Харуун-Кэл отправим отряд, пусть докажут, что джедаи и ГА непричастны, что это просто очередные разборки охотников за головами. Они и без того периодически едва не разносят систему-иную во Внешнем Кольце.
- А может отправим их отыграть в сабакк кредиты на оплату ремонта? - честно, Хорн не хотел добавлять в голос приторное ехидство, но оно само пробилось сквозь неправдиво серьезные ноты голоса. Карманные ситхи в его глазах уже массово отсвечивали.
- Я в этом не уверен, - серьёзно ответил Джинн, однако шутку оценил и, сделав паузу, добавил. - Не уверен, что Фетт играет в сабакк. Но с вами, мастер Хорн, я сыграю с удовольствием, когда будет решён текущий вопрос. Разумеется, не на деньги. Но что до Бобы Фетта, - Квай-Гон вздохнул, - вынужден признать: ситуация была такова, что у меня не оставалось выбора. Он готовился к прыжку в гиперпространство, и если бы я его упустил, вопрос, возможно, не решился бы так быстро и так… относительно недорого. Я действительно несколько превысил полномочия и было бы честнее это признать, о ком бы ни шла речь. Он сможет это оценить. Узнав его как человека, я думаю, он и сам не решит, что Орден хочет откупиться от проблемы в его лице.
Люк задумчиво кивнул, потом отложил документы на небольшой столик рядом.
- Решено. В любом случае прогресс огромный, устранение этой сети поможет сберечь мир во многих семьях - и даже на целых планетах. Мы не должны были ввязываться в эту войну. Но подобный способ - единственно возможный. А если госпожа Крайз продолжит свою линию политического поведения - война может скоро закончиться, не затягиваясь на годы глухого сопротивления.
Кеноби согласно кивнул и задумчиво посмотрел в окно, находящееся за спиной Скайуокера.
- О ее безопасности я позабочусь.
Люк кивнул и настала длительная пауза.
За окном, сквозь которое виднелись бесконечные потоки аэрокаров, текущие среди высоких зданий Корусанта, падали листья, вероятно, сорванные ветром с одного из растений на балконах Храма.

+1


Вы здесь » A GALAXY FAR, FAR AWAY » Завершенные истории » [WAR.vl2-2] Падающие листья Харуун-Кэла


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC