ЛУЧШИЙ ПОСТ:
— По, быстрее, опоздаем! — крик Шары, кажется, донесся до всех уголков дома, а сама она быстренько сделала последний большой глоток подостывшего кафа, отставляя кружку куда-то в сторону... — Shara Bey

САМЫЕ АКТИВНЫЕ:
ЦИТАТА НЕДЕЛИ:
«Люк для сестры всегда казался несгибаемым, порой она спрашивала себя, найдется ли с галактике сила, способная сломать ее брата, и отказывалась искать ответ, потому что боялась узнать»,Leia Organa Solo

ЛУЧШИЙ ЭПИЗОД И ИГРОКИ НЕДЕЛИ:

Добро пожаловать на ролевую игру GALAXY FAR, FAR AWAY по известной вселенной Star Wars. Действия игры разворачиваются во всех временных рамках, учитывая расширенную вселенную. А это значит, что у нас будут рады и Ревану, и графу Дуку под руку с принцессой Леей и «не последним» товарищем Финном. Игра разделена на зоны, где каждый герой может начать свою историю заново или написать ее так, как давно мечтал! Галактика большая, и в ней найдется место всем и каждому. Если у вас есть вопросы, поищите ответы в FAQ, возможно, их уже задавали до вас. Связаться с администрацией вы всегда можете в гостевой.

«Все очень просто.
Нужно только решить, чего ты хочешь». (с) ПОРГОВ ХОЧУ!

Рейтинг форумов Forum-top.ru


АДМИНИСТРАЦИЯ:
Генерал СелчуМиссис СелчуЕе Величество АмидалаСкайрокер

САМЫЕ НУЖНЫЕ:

Вверх страницы

Вниз страницы

A GALAXY FAR, FAR AWAY

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » A GALAXY FAR, FAR AWAY » Незавершенные эпизоды » Откуда берутся дети


Откуда берутся дети

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

https://49.media.tumblr.com/e0d016f0c505967a1542c177ec5e6332/tumblr_nxrw2imHIG1rtpbuxo5_400.gif https://45.media.tumblr.com/8dd14eaf0022afc5c59aad9c348bcee3/tumblr_nxrw2imHIG1rtpbuxo7_r1_400.gif
ОТКУДА БЕРУТСЯ ДЕТИ15 ПБЯ

♦ Tycho Celchu, Wedge Antilles, Poe Dameron

♦ Корускант, квартира Селчу

Тайко Селчу хорошо знал своего лучшего друга и был точно уверен, что у Веджа детей нет. Сколько потребуется генералу времени, чтобы объяснить товарищу, что это пацан с ним пришел или почему неуместно начинать объяснение со слов: "ты помнишь Шару Бэй?"

+1

2

Они привыкли держать смерть за горло или, по крайней мере, близко к себе, ввязываясь в оглушительную свистопляску в любой подходящий момент. Если танкисты жили, согласно статистике, три минуты, то жизнь пилота обрывалась в лучшем случае в три раза быстрее - тоже согласно статистике. Выживавшие и возвращавшиеся в подавляющем большинстве были везучими ситховыми сынами, которые обводили старушку вокруг пальца и не стеснялись более приходить к ней на свидания. Тайко вряд ли отнес бы себя к особо удачливым, уж слишком много на его долю выпало совпадений, доказывающих обратное, но он позволил авантюризму взять верх над здравым смыслом и, как только отгремели последние выстрелы звездных разрушителей Империи, рванул на Корусант. Даром, что эта планета едва не лишила его жизни, даром, что едва не сделала это дважды: он не мог позволить ни одному месту в галактике взять над ним верх подобным образом. Никто не говорил, что воспоминания нужно тщательно просеивать и безжалостно выбрасывать плохие; достаточно посмотреть на них с другой стороны. По его мнению, взгляд из окна местной квартиры подходил под понятие "с другой стороны". Вид на кипящий жизнью город из дюрапласта, конечно, не Алдераан, но уже и не узкие тюремные камеры. Скорее, одна камера чуть побольше, куда были без разбору напиханы и политики, и охотники за головами, и, переваренные Корусантом, они рассеивались по разным уровням аэромагистралей, формируя очевидную лестницу от низов к верхам. Забраться повыше - еще одна забава для тех, кто выжил под искусственным светом у настоящей поверхности. Еще одна не менее очевидная лестница, дававшая прикурить всем сенатским играм.

"Ведж, я все же сменил район. Может быть, завтра в семь?" - Селчу опускал половину слов и подробностей как жлобливый хатт, но командир обладал достаточным запасом воображения, чтобы заполнить пробелы. К тому же это было бы для него весьма полезным занятием, чтобы уже который раз предпринять попытку остановить стремительное пике, по которому в болото летела жизнь Антиллеса. В последнее время он вообще все чаще и чаще пропадал из виду, и для Тайко, считавшего своим долгом растрясти упрямого кореллианца, целенаправленно копающего под собой яму, чем он и занимался последние два с половиной года, это было палкой о двух концах: то ли радоваться, что он чем-то занялся и на хандру у него в сутках оставалось гораздо меньше времени, то ли затянувшаяся депрессия окончательно выбивала Веджа из колеи и ему следовало задуматься поплотнее, как не дать тому перейти на последний этап, завершающий яркие жизни великих людей - спиться от горя в изобилующих напитками кантинах на всех уровнях города. Вера в хваленое антиллесовское здравомыслие и ясную голову сомнению, конечно, не подлежала, но после роспуска Проныр она очевидно потеряла одну очень важную опору. Как ни крути, генерал раньше женился на своем эскадроне, чем на покойной жене, хотя и ее, вероятно, ценил не меньше - он не слишком был внимателен к чужой личной жизни, когда и его собственная его вполне устраивала, однако сомневаться в спокойствии и размеренности семейной жизни отставного командира не приходилось. И ладно бы, ладно бы, смерть часто ходит у них на привязи, ее можно ждать и не воспринимать с годами остро, хотя хоронить друзей и любимых по-прежнему тяжело, но отобрать у Веджа дело всей его жизни было примерно столь же жестоко, как отобрать у ребенка его любимую игрушку и посадить в скучную песочницу с глупыми детишками, которые только и делают, что бестолково высыпают песок на головы. Потом отобрали и песочницу.

- Заходи, - Тайко почти не глядя открывает дверь, уже привыкнув, что здесь, среди среднего класса, ценности которых очевидно заканчивались на поддержанном надежном спидере, жене и рутинной работе каким-нибудь секретарем при сенаторе, можно не ждать сюрпризов из-за двери, а если кто и приходит, то только по приглашению или после полного вежливости стука. Пока все внутри бурлило после горячих боевых вылетов, можно было продолжать щекотать себе нервы, устроившись прямо над гниющими нижними кварталами, но душа начинала требовать размеренного покоя. Об узах брака он может и помышлял, но вот касательно достаточно тихоходного по его мнению транспорта решительно был не согласен и регулярно нарушал здешнюю тишину. - А ты у нас кем будешь? - тряхнув завидной алдераанской косой, он все же разглядывает своих гостей чуть пристальнее, чем с самого начала. Пусть и небольшая часть хмурости с него сошла, Антиллес был узнаваем, чего он не мог сказать о темноволосом вихрастом мальчике, топтавшегося рядом с ним. Заподозрив очевидное, Селчу, вопросительно изогнув бровь, во-первых, попытался соотнести черты лица обоих, а во-вторых припомнить, откуда у Веджа мог взяться такой великовозрастный сын - подростку было не меньше тринадцати.

Они привыкли держать смерть за горло или, по крайней мере, близко к себе, ввязываясь в оглушительную свистопляску в любой подходящий момент. Если танкисты жили, согласно статистике, три минуты, то жизнь пилота обрывалась в лучшем случае в три раза быстрее - тоже согласно статистике. Выживавшие и возвращавшиеся в подавляющем большинстве были везучими ситховыми сынами, которые обводили старушку вокруг пальца и не стеснялись более приходить к ней на свидания. Тайко вряд ли отнес бы себя к особо удачливым, уж слишком много на его долю выпало совпадений, доказывающих обратное, но он позволил авантюризму взять верх над здравым смыслом и, как только отгремели последние выстрелы звездных разрушителей Империи, рванул на Корусант. Даром, что эта планета едва не лишила его жизни, даром, что едва не сделала это дважды: он не мог позволить ни одному месту в галактике взять над ним верх подобным образом. Никто не говорил, что воспоминания нужно тщательно просеивать и безжалостно выбрасывать плохие; достаточно посмотреть на них с другой стороны. По его мнению, взгляд из окна местной квартиры подходил под понятие "с другой стороны". Вид на кипящий жизнью город из дюрапласта, конечно, не Алдераан, но уже и не узкие тюремные камеры. Скорее, одна камера чуть побольше, куда были без разбору напиханы и политики, и охотники за головами, и, переваренные Корусантом, они рассеивались по разным уровням аэромагистралей, формируя очевидную лестницу от низов к верхам. Забраться повыше - еще одна забава для тех, кто выжил под искусственным светом у настоящей поверхности. Еще одна не менее очевидная лестница, дававшая прикурить всем сенатским играм.

"Ведж, я все же сменил район. Может быть, завтра в семь?" - Селчу опускал половину слов и подробностей как жлобливый хатт, но командир обладал достаточным запасом воображения, чтобы заполнить пробелы. К тому же это было бы для него весьма полезным занятием, чтобы уже который раз предпринять попытку остановить стремительное пике, по которому в болото летела жизнь Антиллеса. В последнее время он вообще все чаще и чаще пропадал из виду, и для Тайко, считавшего своим долгом растрясти упрямого кореллианца, целенаправленно копающего под собой яму, чем он и занимался последние два с половиной года, это было палкой о двух концах: то ли радоваться, что он чем-то занялся и на хандру у него в сутках оставалось гораздо меньше времени, то ли затянувшаяся депрессия окончательно выбивала Веджа из колеи и ему следовало задуматься поплотнее, как не дать тому перейти на последний этап, завершающий яркие жизни великих людей - спиться от горя в изобилующих напитками кантинах на всех уровнях города. Вера в хваленое антиллесовское здравомыслие и ясную голову сомнению, конечно, не подлежала, но после роспуска Проныр она очевидно потеряла одну очень важную опору. Как ни крути, генерал раньше женился на своем эскадроне, чем на покойной жене, хотя и ее, вероятно, ценил не меньше - он не слишком был внимателен к чужой личной жизни, когда и его собственная его вполне устраивала, однако сомневаться в спокойствии и размеренности семейной жизни отставного командира не приходилось. И ладно бы, ладно бы, смерть часто ходит у них на привязи, ее можно ждать и не воспринимать с годами остро, хотя хоронить друзей и любимых по-прежнему тяжело, но отобрать у Веджа дело всей его жизни было примерно столь же жестоко, как отобрать у ребенка его любимую игрушку и посадить в скучную песочницу с глупыми детишками, которые только и делают, что бестолково высыпают песок на головы. Потом отобрали и песочницу.

- Заходи, - Тайко почти не глядя открывает дверь, уже привыкнув, что здесь, среди среднего класса, ценности которых очевидно заканчивались на поддержанном надежном спидере, жене и рутинной работе каким-нибудь секретарем при сенаторе, можно не ждать сюрпризов из-за двери, а если кто и приходит, то только по приглашению или после полного вежливости стука. Пока все внутри бурлило после горячих боевых вылетов, можно было продолжать щекотать себе нервы, устроившись прямо над гниющими нижними кварталами, но душа начинала требовать размеренного покоя. Об узах брака он может и помышлял, но вот касательно достаточно тихоходного по его мнению транспорта решительно был не согласен и регулярно нарушал здешнюю тишину. - А ты у нас кем будешь? - тряхнув завидной алдераанской косой, он все же разглядывает своих гостей чуть пристальнее, чем с самого начала. Пусть и небольшая часть хмурости с него сошла, Антиллес был узнаваем, чего он не мог сказать о темноволосом вихрастом мальчике, топтавшегося рядом с ним. Заподозрив очевидное, Селчу, вопросительно изогнув бровь, во-первых, попытался соотнести черты лица обоих, а во-вторых припомнить, откуда у Веджа мог взяться такой великовозрастный сын - подростку было не меньше тринадцати.

Отредактировано Tycho Celchu (2016-03-29 09:36:11)

+1

3

Ведж ненавидел переезды, если быть кратким. Он всю жизнь прожил в какой-то скачке по всей галактике. От одной базы, к другой. Только потому что ребятам стратегически лучше находиться именно в этом месте. Об удобстве самих солдат уже давно никто не думал, все были сосредоточены на всеобщем благе. Поэтому Антиллес повидал такие места, что до сих пор в дрожь бросало от одного воспоминания. Они жили на водянистых планетах, на излишне сухих, на изнуряюще жарких и просто до дури холодных. Были и хорошие моменты, но они рассеивались в общем количестве либо хищников вокруг, либо докучающих насекомых, от укусов которых вполне могла начаться аллергия. Одним словом, жизнь солдат была ничем не лучше бродяг, которые еще до кучи должны половине света и вынуждены искать более безопасное место, пренебрегая адекватными условиями жизни.
Когда он поселился на Кореллии, эти проблемы отошли на задний план. Антиллес и понятия не имел, не смел подумать, что постели могут быть реально такими мягкими, что дома может быть тепло, а одежда может содержаться во всегдашней чистоте. Что домой можно возвращаться без страха облавы, что не надо держаться за бластер перед сном, проверяя его под подушкой - а если тревога? Не надо бояться сирен, не надо их ждать. И утром вставать тогда, когда тебе захочется. Тишина стала казаться Веджу подозрительной, но он привык. Со временем он привык к нормальной жизни, от которой бежал всю свою сознательную службу в Альянсе.
А потом все разлетелось на мелкие осколки. Не только потому, что он потерял супругу и покой. Не только потому, что оставил на Кореллии дом и лучшие воспоминания, надежду, которая Антиллеса могла и без гипердвигателей поднять на орбиту. Ведж просто ненавидел переезды и считал, что любой переезд - крик души, отчаяние, с которым не мог справиться на прежнем месте. Когда он перебрался на  Корускант, Ведж сменил несколько квартир. В одной было слишком шумно, в другой проливали сверху, в доме, где находилась третья, располагался круглосуточный ресторан, который всегда оказывался полон и мешал нормально отдыхать. Отчего все это существование казалось Веджу побегу от самого себя. Окончательно он осел в квартирке в центре. Маленькой и неприметной, смирившись и с тем, что слишком много вокруг светящейся рекламы, что о тишине здесь можно забыть, как и о свежем воздухе. Только тогда Антиллес осознал, что бегать не имело смысла. Не тогда, с Кореллии, не теперь по Корусканту.
Теперь вот Тайко принялся делать то же самое. Именно ситховы переезды, как ничто другое, не дает окружающим понять ясно истину о том, как тяжело на самом деле живется человеку, что он цепляется даже за малейшее неудобство вокруг. Счастливые люди, как известно, переезжают мало.
А что? Если устроить опрос населения, какой результат они получат?
Опять идиотские мысли и бесконечно долгое поднятие лифта.
Ведж нисколько не волновался. Он взял с собой По, потому что оставлять парня одного в огромном городе, в котором Дэмерон всего несколько дней от роду, не самое правильное решение даже у такого отвратительного воспитателя, как Ведж. Генерал даже стал покачиваться из стороны в сторону. Медленную мелодию в кабинке хотелось вырубить куда-подальше. С Тайко они не виделись довольно давно, а в последний раз Антиллес его не многозначно послал в одно заднее место банты. Селчу сопротивляться не стал. Но, видимо, и обиды тоже не держал.
Вот ведь, услужил дураку. Лучше бы обиделся, чем сделал вид, что не обиделся. Коммандер ненавидел идиотское снисхождение, а у альдераанцев оно, вестимо, в крови.
От похода в гости Ведж отказываться не стал. Сидеть в тесной квартирке с По ему хотелось еще меньше, поэтому прекрасен был любой повод оставить мальчишку одного или прогуляться с ним.
Дверь отворилась. Как обычно, Селчу даже не взглянул, кто у него на пороге. Что ж, друже, у тебя чувство безопасности любовью к мирной жизни отбило что ли? Показная уверенность - ничего нет хуже, учитывая, что на месте Веджа мог быть любой. И у какого-нибудь любого не было бы столь безобидных намерений проникнуть в офицерскую квартирку в центре.
Ладно. Опять ты загоняешься, Антиллес. Отставить загоны.
И проблемы тебе лучше тоже оставить за порогом, потому что в девственно чистой квартире Селчу их не должно быть. Если ты, конечно, не хочешь новой мойки мозгов.
- Какого-нибудь недотепу с бластером впереди ты бы тоже "заходи"шкал? - поинтересовался Антиллес, даже не здороваясь. Такая уж у них была традиция. Как будто они не разлучаются ни на минуту жизни, чтобы здороваться. Ведж кивнул По, который неуверенно терся на пороге. Надо было что ли его посвятить, куда мы идем. А то сейчас ляпнет что-нибудь не то и приятное времяпрепровождение опять будет испорчено типично тайковскими лекциями.
Впрочем, о том, как выглядит то, что он пришел в гости с никому не знакомым ребенком, Антиллес не подумал. Набитая дурью кореллинаская голова даже не задалась этим, как будто Селчу по умолчанию все обязательно поймет так, как следует. Но Селчу не понял...
Ведж закашлялся. Он как-то даже не понял, стоит ли снимать обувь или у семьи Тайко принято ходить в обуви. Опять какая-то ерунда в голове. Надо ее срочно выкинуть партейкой в саббак и парой кружек крепкого лума.
Генерал махнул на коренастенького По. Никому же в голову не придет искать сходства... ведь так?
- А, он. У меня в семье внезапное пополнение. Чтоб Шиберу не было окончательно скучно. Антиллес все-таки снял ботинки, которые по привычке хорошенько чистил. Ненависть к плохой грязной обуви у него не вышибла даже мирная жизнь.

+1

4

Великий Ведж Антиллес на поверку оказался не менее великим ворчуном и занудой. Вся позолота величия и прочие всевозможные прекрасы сыпались с его образа, как штукатурка с потолка старой комнаты рядом с военным расположением. То есть - очень активно и быстро.
Этот мрачный коротышка жил по каким-то своим правилам. И это, разумеется, нормально.  Но, в то же время он по какой-то причине полагал, что По о всех нюансах оной заведомо извещен. Видимо, По Дмерон должен был уметь читать мысли, чтобы стать хорошим пилотом. Ну, или хотя бы чтобы Ведж Антиллес не выпер его за дверь в первую же неделю их совместного существования. Довольно тягостного для обеих сторон, как теперь стало понятно.
Ведж хотел от По какого-то особого порядка, концепцию которого юный Дэмерон не улавливал в полной мере, от чего снова получал сухие, но очень неприятные выговоры и тычки. Ну что ж поделать, если Дэмерон не был в состоянии распознать,  должен ли он с этой голокниги смахнуть пылинки и положить ее, откуда взял и не на сантиметр в  сторону, или же это одна из тех штук класса “да что ты с ней возишься, оставь в покое уже!”. Иными словами, явинец, привыкший к очень простому, по-своему нерасторопному и мало к чему обязывающему образу жизни зеленой луны чувствовал себя малоумным чужаком здесь. И для этого ему даже не нужно было покидать пределы квартиры Веджа.  Да что там! Той каморки, которую генерал в отставке назначил быть его комнатой.
И нет, разумеется, По не жаловался. Но… успел ощутить  неприятный, прогорклый привкус набухающего, как гнойник, разочарования.
Он то представлял себе генерала Веджа Антиллеса эдаким старым капитаном, которому нет другого дела, как охотно отвечать на все вопросы да травить байки из своего прошлого без устали. Наверное, Ведж просто не мог оказаться более далек от этого наивного образа, чем он был сейчас.
Он был ужасно неразговорчив, замкнут, и, похоже, своего этого Шибера держал за человека больше, чем По. Во всяком случае, вредной железке не бросали с нотками потаенного ужаса в голосе “не трогай это”, “положи, где взял”, “не твоего ума дело” и прочие радости. Иными словами, было абсолютно ясно, что старина Ведж Антиллес не имел никакого представления о том, как вообще можно и должно делить с кем-то свою территорию. А, если и имел, то основательно оное подзабыл. Такая нетерпимость к нарушению установленных порядков свойственна только одиноким, закрытым людям. Любой, чья семья, чье общество, в котором он варится, дышит и существует ежедневно, насчитывает больше двух человек, сколь бы строг ни был, словно бы на автомате мирится с индивидуальностью окружающих. Не начинает неистово ворчать, если кто-то оставил кружку на краю стола, а, побурчав, сам же и уберет, просто на автомате, устав уже бороться с “изъянами” других. Веджу же было далеко до этих премудростей житейского смирения. Быть может, всего лишь потому, что за свою жизнь он насмирялся предостаточно, пусть и с совершенно другими вещами.
При том он… не казался озлобленным и страшным. Просто недовольным, словно бы его дом был уже не совсем его. Или грозился таковым стать, если он таки позволит этому бестолковому По оставлять кружку на краю стола и не мыть руки перед едой едва ли не по самые локти, будто бы перед операцией. В общем, генерал странным образом казался находящимся не в своей тарелке. И по этому поводу решивший выставить все свои возможные щиты. По также находил себя не на своем месте. Мальчишке было сложно. Он впервые столкнулся с человеком, чье нежелание общаться и взаимодействовать больше необходимого минимума было почти физически ощутимо. Ведж Антиллес плавал по дому словно в большом пузыре, в пределы которого лучше было не соваться без особой надобности. И По ощущал себя по этому поводу особенно неуютно. Как какой-то прокаженный и не достойный внимания дурачок. А ведь он привык совсем к другому. К дружелюбному гостеприимству, ласковому отношению к себе. В конце концов, к отношению к себе, как к человеку, пусть и не совсем большому пока еще! Да… По… Привык нравиться людям. То ли его вытягивало еще не выветрившееся с концами детское обаяние или же он и вправду был таким приятным малым, каковым себя смел считать. Что бы там ни было, на Веджа оно не действовало. Тот даже не пытался проявлять и толики принятого гостеприимства. То есть… Не гостеприимства, с этим все было в порядке. По факту. Но… но дружелюбия? С какого это перепуга этот человек так к нему относится? Как к сушенному навозу банты, ей богу! Он, вообще-то не пустое место! И не собачка на веревочке! Слышите, генерал Ведж? У генерала Веджа на этот счет были явно какие-то свои измышления. Он не считал нужным что-либо По объяснять, предупреждать и вообще. Никакой информации, кроме самой необходимой от него было не дождаться вовсе. И это, наверное, По угнетало больше всего! С ним - не считались! Вот дома ему всегда обо всем рассказывали. Кто идет, куда, почему, зачем и вообще. К нему относились как к маленькому взрослому. И Дэмерону это ужасно нравилось и в той же мере было для него важным. Только вот понял он это только теперь, когда его мнения перестали спрашивать, как и не пытались даже ввести в курс происходящего. Тут все ограничивалось “пошли”.
Вот и теперь Ведж всего лишь сказал свое коронное “пошли”. Вообще не утруждая себя никакими объяснениями и анонсами.
По даже не знал, во что ему следует одеться. Впрочем, выбор у него все равно был не большой. Тройка штанов, отличающихся лишь степенью поношенности, штук пять футболок и пара водолазок и две куртки, которые По страшно любил, несмотря на их немалый уже возраст. Одна из них уже начинала предательски жать в плечах, а обтертые рукава не полностью скрывали запястья. Обычно По не обращал внимания на все эти детали, но сейчас, будучи аж на Корусанте, он, конечно же, не мог себе позволить носить куртяжку, которая ему мала, Поэтому остановил свой выбор на всех тех вещах, что были значительно поновее и лучше ему подходили. От вещей все еще пахло домом. И По внезапно совсем не захотелось, чтобы этот запах дома, дома, которого уже нет, выветривался на улицах задыхающейся столицы.
Но у явинца не было особого выбора. Быстренько переодевшись, По увязался покорным хвостиком за своим угрюмым благодетелем. Дэмерон еще раз попытал удачу и постарался выведать, куда же все-таки они держат путь, но в итоге получил довольно стандартное “скоро сам увидишь”.
По было намекнул, что хорошо бы знать адрес, ну, на случай, если он вдруг потеряется.
На что Ведж заметил, усмехнувшись, что тот потеряется только если выпадет из его спидера.
“А вот и выпаду!” До смешного обиженно подумал По, складывая руки на груди и отворачиваясь. “Выпрыгну на ближайшем “перекрестке” на близлежащую платформу, как джедай какой-нибудь и отправлюсь… в пыльную кантину или искать лучшей жизни”
По уже представил себе, как он, в рыцарских робах, с мечом у пояса, делает сумасшедшее сальто, и, конечно же, удачно приземляется на мимо идущий тихоход, а дальше - на платформу и скрывается в дебрях кишащего жизнью города. Только, конечно, все это не имело никакого отношения к реальности. В ней, тусклой и суровой, По ничего и не думал предпринимать. И не потому, что боялся Корусанта. Планета-город все еще напоминала ему бушующий, непонятный океан. Но потому, что прекрасно знал, что Ведж Антиллес и бровью не поведет, надумай тут Дэмерон как-либо демонстрировать свою “самостоятельность”. Ведж, наверняка лишь захлопнет дверь, отряхнет соседнее сидение и дальше отправится по делам, счастливый в своем обновленном одиночестве.
- Чего уставилась? - буркнул тихо По манящей жестами и видом тви`лечке с огромного рекламного табло, рядом с которым их с Веджем спидер имел счастье остановиться. Отсветы не самой скромной рекламы окрашивали их транспорт то в красный, то в зеленый, то в желтый цвета.
В окно комнаты По тоже отсвечивала реклама. Табло все время мигало красным. С частотой, очень близкой к мигалке сирены. И в ночи не давало спать. Как не давал и шум трассы рядом. И то, что иногда ночью мимо дома незаконно пробирались грузовые каракатицы, от которых окна начинали вибрировать. Наверное, к этому можно было привыкнуть. Но пока у Дэмерона не очень получалось. Корусант начинал казаться ему тюрьмой. Огромный, пышный, страшный в своем умопомрачающем великолепии, он был всего лишь картинкой за окном. По слабо себе представлял, куда он мог пойти и куда следовало бы. Он без Веджа и на улицу то выбраться не мог. И тот час же путался в пространстве, стоило им миновать пару-другую пеших перекрестков. И вообще, в этом городе, не имея спидера или еще какой-нибудь ушлой летающей жестянки человек оставался столь же подвижен, как рыба без плавников.
По вздохнул. У него, разумеется, никакого спидера не было. Даже самого ушлого. Что, конечно, было незаслуженным досадным недоразумением. Он в шесть лет впервые сел за штурвал А-крыла! И пусть, что будучи на коленях у матери. Да он тут половине водил фору даст! Да, в свои тринадцать!
От А-крыла, за которым Шара провела свои лучшие годы, тоже не осталось ничего. Только обломки и груда покореженного металла.
Дэмерон уложил локти на дверь спидера, а на них - примастил голову, совсем не страшась каких-нибудь чумных водителей, которые не дружили бы с головами.
Вместо того, чтобы давать фору водилам Корусанта на несуществующем спидере, юный Дэмерон ежедневно мок в скуке и бездействии. Ведж постоянно был чем-то занят. Или, по крайней мере, утверждал так, а По увязал в чтении за неимением лучших альтернатив. Читать По не любил. Как не нравились ему всякие другие способы времяпрепровождения, лишенные действий и, откровенно говоря, движухи. Дэмерон терпеть не мог сидеть на месте и занимать только лишь голову исключительно поглощением информации. От таких “развлечений” у него пухли мозги. Но выбора не было. Кроме того, техническая литература, в основном касающаяся истребителей и прочих малых звездолетов, была увлекательной и все же была интересна. Даже для По. Тем не менее, текст на трехсотой странице самой настоящей книги, посвященной движкам, все равно слипался в одну неразделимую кашу из цифр и терминов, стремительно терявших всякий смысл, потому как голова юноши просто отказывалась перерабатывать получаемую информацию дальше. “Да я все это в живую видел и знаю!” С гордостью поделенной напополам с досадой думал По всякий раз, когда натыкался на множество знакомых фактов… которые составляли лишь толику, крупинку от всех премудростей летного дела.
День ото дня идеалистическая картинка обучения у Веджа таяла. Не будет никаких полетов, лекций, восхитительных тайн и секретов успеха, не будет капания в двигателях и вообще. Наверное, ничего не будет вообще. Кроме этих книг, которые, к слову, По сам брался читать! Ему теперь даже не так и хотелось лазить во все те коробки с фотографиями, голографиями и множественными записками и орденами, которые Ведж беззаботно оставил в своей бывшей кладовке. А какой смысл? То, что было тогда, видимо, не имеет никакого дела с тем, что есть сейчас. Все заслуги Веджа, воплощенные в эти материальные доказательства становились для По словно бы еще одной иголочкой, только усиливающей раздражение от порушенных представлений. Какой толк в этом во всем, если этот Ведж Антиллес терпит меня с трудом? Может, и вовсе ненавидит?
Наличие таких мыслей лишь доказывало простую истину - По совсем не знал Веджа Антиллеса. Как не знал он и его терпения и того, как выглядит Антиллес, который взялся что-то ненавидеть. И тем более, явинцу было не в домек, что уж держаь в доме то, что он ненавидит, Ведж точно не станет.
Так или иначе, почти неделя ничего не делания начинали казаться мальчишке безысходной вечностью. Конечно же, он спешил жить. Смотрел только вперед, и будущее должно было превращаться в настоящее как можно скорее. Он также не ощущал себя жертвой. Он словно бы не в полной мере осознавал, что действительно случилось в его жизни и что теперь для него это все значит. И, вестимо, не считал генерала Веджа Антиллеса своим спасителем. Он еще верил в то, что все у него будет хорошо. Все наладится. Все вернется в свое прежнее русло. Ну, разве что, больше не будет иллюзий за душой на счет великого генерала в отставке.
Меж тем, будущее не торопилось становится настоящим только по желанию мальчика. Жизнь не становилась проще, а Веджподнялся немного повыше и мягко, как перышко, припарковал их спидер на вылизанной до блеска платформе.
Еще один красивый дом. Холеный столб, прилично так вырвавшийся из общей массы других строений. И По следовал за Веджем, стараясь угадать, куда и зачем они идут. Предсказуемо к огорчению По это место ни коем образом не походило на летную академию или хотя бы кабинетный отросток оной. Это был обычный жилой дом. Хороший, со свежей надстройкой в лишнюю сотню этажей, и все  же обычный дом. Значит, Ведж вытащил его ради каких-то своих дел… “Наверное, чтобы дома не оставлять” мысленно фыркнул По. В последний раз, когда он рылся в стопках запыленных вещей его за этим делом застукал противный Шибер. Может, “настучал” хозяину, что не там рыскаю?
Во всяком случае, в представлении По не существовало иных логичных объяснений. Ведь, если человеку скучно и он берет тебя с собой за компанию, он же.. ну… разговаривает там… Заводит беседы, рассказывает, куда они идут в конце концов!
Поэтому По просто шел следом и озирался по сторонам. Так и засмотрелся, что чуть не уткнулся носом в дверь, перед которой Ведж без всякого предупреждения остановился.
Судя по речам Антиллеса, он хозяина дома, или кто им удосужился открыть, тоже не слишком-то уважает. С такими-то речами на порог входить.
Дэмерон растерялся, уставившись на их… гостеприимного кого-то. Этого Когото никак не задело высказывание Веджа. Не самое милое, между прочим!
Здороваться эти двое по-человечески тоже не собирались. По смотрел на светловолосого мужчину с каким-то своим подозрением и не меньшим любопытством, чем тот на него.
Видимо, Ведж своего товарища не предупреждал. Что уже не казалось По таким уж удивительным. А По, в свою очередь, вообще не имел понятия, где он и кого созерцает.
Впрочем, смутное подозрение наконец выкуклилось в полноценную догадку. Синеглазый мужчина с роскошной белобрысой гривой несмотря на все титанические старания художников не допустить этого, все же походил на еще  одного персонажа, сбежавшего со старых плакатов тех времен, когда сам По планировал пути для побега из манежа.
Но с выводами Дэмерон не спешил. Лучше попридержать язык, чем так с порога опростоволоситься без особой необходимости!
Он только было открыл рот, чтобы представиться куда более дружелюбному и, кажется, все же воспитанному хозяину, как Ведж вставил свои два кредита в происходящее.
За его “А, он. У меня в семье внезапное пополнение. Чтоб Шиберу не было окончательно скучно.” “Я - По. Здра...вствуйте..” мальчишки просто померкло. Последнее слово он практически проглотил.
Мальчишка не без смеси возмущения и обиды глянул на своего спутника и как-то потух и сконфузился. Словно не ожидая, что его место в доме не значительнее игрушки для собаки. Ну… учитывая, что у них нет собаки, а есть только вредный Шибер… способный заменить целую свору.
Ему ничего не оставалось делать, кроме как последовать примеру Веджа и расстаться с обувью. Рядом с начищенными, аккуратными ботинками генерала встала пара поношенных спортивных ботинок, на одном из шнурков которых все еще поблескивали цепкие семена явинской луговой травы.
Дэмерон так и не понял, услышали его или нет. А повторять не решился, чтобы не показаться еще большим дураком.
Его ужасно подмывало все-таки сквозь зубы поинтересоваться у Веджа, кто это такой, к кому и зачем, Силы ради, они явились, но было как-то совсем неловко интересоваться подобным прямо на глазах у хозяина.

+2

5

Бурчание Веджа ушло холостыми и осталось безответным, как алдераанец в основном и делал постоянно. Если быка лучше брать за рога, то кореллианца лучше вообще не брать. Примись Тайко красочно расписывать постояльцев местных квартир, которые слово "бластер" всего-то один раз в книжке читали, то коммандер, вооружившись своей упрямостью и принципиальностью, не поленился бы сходить по этажам и спросить, кто же знает что об оружии. К следующему утру его бы ждала полная выкладка о статистике употребления любого потенциально опасного выражения и щедрая приписка, в целом содержащая что-то похожее на "Селчу, безалаберная твоя голова, ты живешь в доме с серийными убийцами!", так что он просто отмахнулся непонятным движением руки. Доля здравого смысла, конечно, была, он действительно легко и беспечно отпустил предрассудки о загадочном стуке в дверь, который мог нести нечто угрожающее его пустой квартире. Но ему это нравилось. Каким-то маленьким открытием стало то, что жить, оказывается, можно беззаботно, не дергаясь на каждый звук громче собственного дыхания. Ни гула, ни битого стекла тебе... Наполнение квартиры из голых светлых стен, пола и потолка тоже, конечно, не блистало, однако в густую тишину вписывалось как нельзя гармоничнее.

Тут можно было бы вдоволь вкусить прелести жизни с эхом. Много места, много пространства, не заполненного ничем, кроме пяти коробок: никакого богатства как такового, все нажитое за три года и вовсе уместилось в одну. В остальных хранилось прошлое, бережно перевезенное сюда и попросту поставленное прямо посреди комнаты, которой еще только предстояло стать гостиной. Все заслуженные регалии, парадный китель и памятные мелочи он не трогал с... Когда там Акбар вздумал собирать парад в честь годовщины подписания акта о капитуляции окончательно сдавших позиции сил Империи? Тайко стал невольным свидетелем потока отборной кореллианской ругани Веджа из комлинка, общий смысл которой сводился к тому, что мон каламари, а также Корусанту и всем гениям идеологии следовало идти строго противоположным от него курсом. В свою очередь алдераанец, тоже, конечно, имевший некоторые личные дела, никак не согласовывающиеся с празденством, отказать адмиралу не смог, иначе плавники его окончательно поникли бы, ситы побери это хорошее воспитание. Судя по физиономии Дарклайтера, который на правах действующего лидера Проныр и вовсе обречен был тогда стоять в первых рядах, Гэвин был благодарен и за это.

- Ну проходи, По, - Селчу почти подмигнул мальчишке, мотнув головой, и пропустил его первым на более обжитую кухню, следом подпихнув комэска. Как сказать обжитую... Да, следы пребывания живых людей на ней были, это сквозило из хаотично расставленной посуды, пусть ее количество едва-едва вписывалось в рамки нормального для одного человека. Зато кружек хватало на десятерых, всех форм, размеров и предназначений. Он выхватил из общей массы четыре, толкнув их к середине стола. Сам же остался у полки, менее красочной однообразием двух бутылок, внешний вид которых просто выдавал достаточно кустарное производство. Внешность бывает обманчива,неприглядная емкость может скрывать что-то необыкновенно старое и дорогое, но не в этом случае; за мутным стеклом скрывался по-настоящему ядреный лум, как раз тот наполовину самогонный, какой чаще всего сопровождал будни истребителей. Вопрос стоял только в том, чем же наполнить кружку для мальчика, к приходу которого он совсем не готовился. - Так значит, пополнение? - он так и застыл в весьма спокойной и самую малость вальяжной позе у шкафчика, не то в раздумьях, не то занятый напряженным разглядыванием двух темноволосых людей перед собой. Ему на самом деле было трудно определиться внутри, есть ли между ними что-то родственное, так что Тайко постарался как можно понятнее намекнуть, что хотел бы узнать происхождение ребенка во вдовьей жизни Антиллеса, хоть от него самого, хоть от вихрастого паренька. Не то что бы это поможет ему найти в пустой квартире должный напиток для него, но по крайней мере избавит от внутренних сомнений. Да, хмурился и выделывал с мимикой на лице настоящие чудеса плотный По вполне в стиле коммандера, точно так сводя кустистые, угольно-черные брови, а по молчаливости и вовсе давал тому фору. Синий взгляд от гостей отрываться не спешил.

+1

6

То, как скрупулезно Селчу переводил взгляд с Веджа на По, с По на Веджа, заставило Антиллеса тяжело вздохнуть и даже драматично закатать глаза. Ну, что, бывает такое в жизни. Считаешь себя одиноким, думаешь, что уже сжился с этой ролью и находишь ее даже немного благородной после всего, что пережил, а тут тебе на голову из мешка высыпают настоящего уже взрослого парня. По было тринадцать, а не три годика и он вполне мог о себе позаботиться. Ну же, Антиллес, успокойся, ничего страшного вообще-то не происходит и со временем ты его даже полюбишь. Как всякого домашнего питомца. Пока По Дэмерон ничем не отличался от домашней вомпы. Его так же приходилось кормить, обустраивать его быт и иногда развлекать походами по городу. Шибер, и тот меньше просит. Хотя бы не напрягает с едой.
Но если честно, что По внес разнообразие в жизнь старика-Антиллеса. Если Люк и был мудр, то мудрость его проявлялись именно в таких моментах, когда он навязывал, казалось бы, сущие проблемы, а потом это выливалось в целую устроенную жизнь. Время покажет, конечно, но надо верить в лучшее.
В конце концов, По был отдан ему на обучение, а не просто на тупое содержание до восемнадцати лет. Уж вот на это Ведж никогда бы не согласился. Но пока мальчик был слишком мал для нормального обучения, приходилось мириться и думать, что сказать другу, у которого, вестимо, появились вопросы.
Квартира у семьи Селчу была хорошая. Не слишком большая, не слишком маленькая и приятно светлая. Сразу было видно - здесь живут альдераанцы, у которых белое, видимо, в крови. И пока светлые ровные стены не заставлены потрепанной, не слишком новой мебелью, пока тумбы не забиты всяким военным хламом Тайко или Винтер, квартира кажется идеальным гнездом двух влюбленных людей. Нет, Ведж, ты не завидуешь. Совсем не завидуешь. Просто радуешься за товарища, потому что он, в отличие от тебя, заботится о собственном будущем.
Нет же, абсурд. Ведж тоже когда-то был счастлив, у него тоже когда-то был дом. Пока туда не прилетела граната, пока его не снесло к ситховой матери, пока он не оставил на Кореллии не только безмятежную жизнь, но и многие приятные воспоминания, которые с годами начинают терять цвет и вкус, становясь серым голографом. У него тоже это когда-то было. Отличие состояло в том, что Тайко это имел сейчас, а Ведж... у комэска, что разумеется, была собственная история и было бы удивительно, если бы точно такая же.
- Так точно, - кивнул Ведж и протянул руку за лумом. Конечно! Любимый напиток всякого солдата. Горький, неприятный, но какой-то трепетно родной. Воспоминание вонючих казарм и томящего ожидания перед вылетом, измятая постель, пропитанная утренним потом от кошмаров, усталость в мышцах после долгого перелета, головная боль после тщательно пройденной миссии на тренажере. Разборы полетов, собрания, споры, вечное недовольство Коррана Хорна, взмахивающего руками и твердящего свою собственную истину, наивность Гэвина Дарклайтера, который, кажется, с годами стал судить, как ребенок еще больше, блестящие молчаливые женские глаза и хихикающий на заднем плане Селчу. Голограф. Миссия. Остывающие орудия на плоскостях. Зависающий ночами в ангарах Зрайи. Все это безвозвратно ушло и осело где-то на дне горького лума.
Лум был тем же, солдаты - нет. И место, где они его пили во много раз лучше, чем обычные кантины на расквартировке.
- Помнишь Шару Бэй? Она пилотировала "Ашку", когда мы познакомились, - взял издалека Ведж, решая, что будет интересным посмотреть на то, как меняются эмоции на смирном красивом лице альдераанца. Хотелось рассмеяться, но командир честно сдерживал серьезный вид. Делать из себя деловую личность для него не в первый раз, он настолько натренирован бесконечными слетами генералов и политиков, что надевать непробиваемую маску стало уже почти привычкой.
Ведж обернулся на растерянного По и улыбнулся. Нет, между ними были кое-какие сходства, но отличий больше. По был тоже низкого роста, но кожа у него была куда более смуглой, нежели у Веджа и в лице они ничем, кроме густоты бровей и темного узкоглазого взгляда не были похожи. Только Селчу может прийти в голову, что Ведж спустя тринадцать лет нашел где-то на задворках галактики какого-нибудь своего ребенка.
Нет, они были солдатами и попадали в разные ситуации... особенно с женщинами. Если у Веджа где-нибудь и были дети, он о них не знал. Но вспоминая свой "богатый" опыт, вряд ли он успел оставить после себя даже случайное потомство.
- Это ее сын - Ведж кивнул на По. "И к счастью, не мой. Или нет? Точнее не к счастью, конечно!" Четко понять для себя, о чем он реально сожалеет на данный момент, Антиллес точно не мог.
- Теперь мы с ним делим одну жилплощадь и вообще пытаемся найти общий язык. Знакомься, По. Это Тайко Селчу. Кхм... - Ведж кашлянул в кулак - полковник Тайко Селчу. Или тебе уже дали генерала?

+1

7

Корускант - вот она, настоящая планета сокровищ. Ну или… реликтов. Если, конечно, знакомиться с этим сферическим городом в искусственной атмосфере из-под крыла Веджа Антиллеса. Одна легенда приводит к другой. Несколько… более противоречивой.
В конце концов, истории разлетаются от центра как эхо - искажаясь, изменяясь и подвергаясь всяческому каверканью.
Тем не менее, По лишь чудом не открыл рот и не выдал какой-нибудь мало культурный возглас восхищения. Рот может и не открыл, но заулыбался с еще весьма детским восторгом. Это, пусть сто крат шапочное знакомство с Тайко Селчу не оставило его равнодушным. Да и какого истукана бы оставило, в самом деле!
И тем не менее, несмотря на все заслуги и достоинства, первым делом, подсознание пририсовало Тайко черную имперскую форму. Потому что, пусть Тайко и был героем Альянса и Новой Республики, он был чертовски красив. И его красоте, мужественной и опасно близкой к идеалу, подходила только идеальная оправа черной строгости. Кроме того, легко рисовать в воображении голодных ворнскров, когда точно знаешь, что все они перебиты и висят на крюках пустыми, безвредными шкурками.
Пока взрослые переговаривались, По, недвусмысленно приглашенный пройти в кухню, в которой от кухни то было едва ли не одно название, юркнул за стол. Всяко лучше, чем просто так стоять, особенно, если старички еще сейчас языками зацепятся. Впрочем, таких и грех не послушать.
Вот только старички почему-то пока говорили все больше о нем и его семье. Селчу продолжал разглядывать гостей, а гость поменьше - его. Залаваясь при том вопросом, всегда ли мастер Селчу настолько любопытен. Ему-то, По, ясен хвост, есть на что посмотреть… А еще, почему-то при Тайко жуть как хотелось выделываться, выглядеть лучше и старше, чем ты есть на самом деле. Возможно, потому, что Тайко приятно восхитил юнца, при этом не дополнив подобное впечатление срочным желанием забиться под плинтус в своей ничтожности.
По уставился на Веджа, восторженно брякнув:
- Ого! Вы с мамой были знакомы лично? Она никогда мне об этом не говорила! - По, сам того не подозревая, с невозможной легкостью разрушил интригу Веджа, затеянную смеха ради и которую, разумеется, глупый явинец и не уловил даже! Ну да в его обязанности точно не входило шутковать над полковником или вот даже уже генералом.
- Приятно познакомиться, сэр! - несколько невпопад выпалил По.
По повел носом в сторону кружки Веджа, которую тот решил щедро наполнить неизвестным, явно алкогольным напитком сомнительного происхождения. Видимо, во взгляде По обнаружилось слишком много тоски и любопытства, так что Ведж на него даже как-то сурово покосился, явно неодобрительно. Так или иначе, прочитали они друг друга верно…
- Чтоо? - как-то обиженно возмутился По. Возмущение все также разбилось о все тот же скептический взгляд. - На Явине вообще нет никаких ограничений по возрасту на этот счет. - По фыркнул. - И вообще, мне уже четырнадцать! Ну… почти. Через три месяца будет. А, значит, даже по здешним меркам...мне уже не запрещается. Ну… почти.
Конечно же, По хорохорился. Сам он за все свои почти четырнадцать лет не пил ничего крепче кефира и домашнего вина в праздник.

+2

8

Селчу уставился на Веджа еще более тупо. Ха-ха, сейчас смешно было! Какой вопрос будет следующим? "Помнишь ли ты, Селчу, Коррана Хорна?" А сам-то разве не помнишь явинку, способную крутить любым, кто оказывался с ней под крышей одного и того же крейсера? Память, говорят, умеет нарочно выкидывать плохое и оставлять только лучшие, приятные воспоминания, но у Тайко, вероятно, сколько он ни старался, ничего не пропадало. Влияние Винтер и ее заразное абсолютное восприятие? Лучше бы, на самом деле, все было проще. Никаких тебе "с глаз долой - из сердца вон". В мирных снах Шара Бэй ему конечно не являлась, то самое место любимого человека было прочно и надолго - до конца жизни примерно, да, где-то так, плюс-минус - занято, но она чуть отдавала какой-то безумной влюбленностью, запредельными скоростями той жизни, которая подошла к завершению, тогда желанному и ожидаемому. Кто же знал, что без войны все будет так скучно, и на бой будет так хотеться? Они выросли там, где каждый человек чего-то стоил, а окунувшись в счастливое спокойствие, это самое счастье не смогли ощутить. Прошлое было слишком ярким, выделяясь из канвы вяло текущего даже корусантского потока, они жили им день за днем, а прошлым не то что нельзя было так активно пользоваться... Никому от этого не было хорошо. Хотя, тут как сказать и как смотреть. Селчу странно улыбнулся сам себе, покручивая в руке белую бутылку и возвращаясь к той реальности, в которой холодок холодильника уже порядком подмораживал ноги. Кажется, сок какой-то, конкретнее могла бы сказать только Винтер, которая пополняла запасы почаще его. Почаще - значит не раз в месяц, а, например, два. Три было совсем фантастикой.

- Мы с твоей мамой летали в одной эскадрилье, до того, как была сформирована Разбойная, - слушай, мальчик, как старую байку  "это было очень, очень давно". Собственно, Тайко опустил большую часть из того, что могло касаться Шары, выдав почти самое нейтральное, промолчать было бы совсем нехорошо. Раз она не рассказывала о двух оболтусах, которые ко всему прочему хуже петухов сцепились друг с другом - точнее, он накинулся, но разницы-то никакой почти ведь, в драке правых и виноватых нет, все битые... - за девчонку, то и ему знать не следует, а то детские вопросы, идущие следом, слишком сложны в своей наивности. Неполная бутылка сока заняла место рядом с лумом, мол, папаша, сам выберешь, чем ты станешь поить своего "почти". Все же, смешной парень, живой и непосредственный. Может, этого и не хватало затхлому воняющему болоту быта, где бултыхался Ведж и куда порой заплывал он сам?

Теперь можно было смотреть на По с иной точки зрения, узнавая черты, которые когда-то хотел учить наизусть. Бэй никто не знал до последнего словца, которое всегда было на зависть острым, даже ее ведущий, и внешность было тем немногим, что оставалось открыто всем. Да, мальчик пошел в мать, но ее спокойное лицо было разбавлено каким-то прищуром, темный каштан волос еще более перекрашен в угольно-черный. Селчу снова вернулся к изучению Антиллеса - нет, коммандер, что-то здесь не так. И с кем это уже (почти) четырнадцать лет назад она могла обзавестись ребенком, когда к ней подхода днем с огнем не сыщешь? Но да, впрочем, с чего бы личная жизнь Шары Бэй, да еще и стольколет назад, должна его волновать? Обсуждать прямо здесь они с Веджем вряд ли станут, неловко будет говорить о человеке в третьем лице в его присутствии. Беззастенчиво рассматривать людей уже минут десять тоже, кстати, должно быть неловко.

- Сальм скорее сожрет свои ботинки, чем позволит кому-то заикаться о том, дать ли мне генерала, - он все же переключился на лум и более простые вопросы. - Не так давно он заявился в академию на тренажеры, с весьма прямолинейным желанием полетать один на один. Честно, я пытался отговорить его от этой затеи, - Тайко хохотнул, - но ушел он несколько... огорченный, - "огорченный" это весь злой и бордово-красный. По оттенку его лица можно было безошибочно сделать вывод о том, как далеки от него генеральские погоны. Оказалось, не ближе, чем до какого-нибудь Татуина, когда у тебя нет гипердвигателя. Но разве расстраивался он? Да, приходилось ходить в условном подчинении таких людей, но стоять с ними на одной планке рядом - удовольствия еще меньше. А, Ведж, неужели много радости было видеть эти рожи?

+1

9

Ведж строго посмотрел то на Селчу, то на По. Ему даже как-то не пришло в голову, что он может себя скомпроментировать, но дипломатия никогда и не была сильной стороной Веджа Антиллеса, если честно. Он вечно попадал в какие-то странные обстоятельства и не мог ничего сделать, чтобы хоть сколько-нибудь изменить ход событий. Тут было то же самое. Тайко чего-то там себе надумал, а По с треском все провалил. Ну, молоды, ребята, из вас получится просто отличная команда по уничтожению самооценки и самодовольства кореллианца, а оно у него, между прочим - все, что осталось от прошлой жизни.
Если бы ситуация позволяла, Ведж бы серьезно завис, но как-то времени на обдумывание всего не было. Срочно надо было реагировать, как на Тайко, так и на По, иначе все опять рисковало полететь в ситховы тартарары. И уж из этого ты, Антиллес, уже не выпутаешься.
Весело получается. Сходили в гости, называется. Открыли для себя кучу истин и едва не подставили для порки собственную голую задницу. Ведж Антиллес - прирожденный везунчик.
- Знаком? - Усмехнулся Антиллес со стороны и посмотрел косо на Тайко. Ну что же, ты, альдераанец, прекрасно знаешь стиль полетов своего командира и прекрасно знаешь, как он себя ведет, когда кто-нибудь выпускает в его стороны торпеды, при этом не додумавшись  отключить тепловое наведение. В кабине крестокрыла все сразу начинает верещать, оповещая, что подарочки уже ждут долгожданного столкновения и идут на сближение. А умный пилот - живой пилот. Не думай, что этот выпад в сторону командирского истребителя сойдет тебе с рук.
- Он был ее ведущим во времена Альянса, - Ведж был на голову ниже Тайко, но даже с такого расстояния умел смотреть на своего бывшего лейтенанта с задранным носом.
По тщательно тянувшимся к луму рукам Ведж ударил почти сразу. Маленький еще. Ведж в свои четырнадцать только одно молоко пил, да мороженным заедал с кашками по утрам (хотя бы потому, что в интренате при училище ничего больше на завтрак толком не давали, да и вообще ничего не давали). И стоп. Как это ему четырнадцать?
Антиллес застыл, как напуганная вомпа и почти как та же вомпа- выпучил черные глаза. Наступила какая-то неловкая тишина. Тайко всегда быстро соображал, но в этот раз комэск молил все кореллианских богов, чтобы альдераанец хотя бы на секунду затупил и дал командиру ретироваться. Ведж же каким-то образом все понял с первого раза. с математикой у него всегда были хорошие отношения (даже получше, чем у многих), посему навязчивые цифры тут же влезли в закрытые и потестующие мысли, навязывая свои истины. Четырнадцать лет назад По не мог родиться... не мог, потому что в жизни Шары Бэй не было никакого Кэса Дэмерона, а был единственно Ведж Антиллес. Так считал сам Ведж... никто не знает, как там было на самом деле, но в тот момент кореллианцу и в голову другое не пришло. Или он очень сильно что-то забыл, либо что-то крупно перепутал. Либо это правда и По родился четырнадцать лет назад...
- Какие четырнадцать, еще чего скажешь? - Ведж сурово глянул на своего подопечного. Да нет, ерунда какая-то. Ничего не сходится, Дэмерон, очевидно, вешает им всем лапшу на уши. А еще врет так неумело, что смешно становится. Четырнадцать ему. Может еще побольше еще нагонишь? Чтоб уж цифра совсем красивая была. Жаль только росточком ты для четырнадцатилетнего не вышел, да и вообще общим развитием. Однако, кто знает. Может Кэс Дэмерон был родом с Кореллии.
- Тебе запрещается все, что запретил тебе я, - он отнял кружку с лумом из крепких младых рук и поставил подальше. В этот момент Веджу посчастливилось посмотреть на выражение лица альдераанца.
Если Тайко и пытался что-то скрыть, выходило у него это как-то очень плохо. С враньем командованию ему повезло больше, однако Ведж каким-то образом составлял то исключение, которое вообще не укладывалось ни в какие понятия. Антиллес видел, когда Тайко что-то скрывает или врет, посему не было даже смысла сейчас поправляться.
Ну и от выражения, которым светловолосый гигант сейчас осветился ровно на одну секунду, у Веджа кровь поостыла. Так, значит, Тайко не затупил, да? Однако только Антиллес открыл рот, чтобы ответить на молчаливый диалог, протекающий только между двумя лучшими друзьями, как альдераанец постарался затопить не сказанное в своих высказанных словах, заговорил о насущных проблемах.
Может быть, это, и правда, был лучший выход из ситуации (если такой вообще существовал).
- Сальм... - смаковал Антиллес. Он уже, наверное, лет двести с ним не встречался. С тех самых пор, как генерал поддержал инициативу расформировать Разбойный Эскадрон, с тех самых пор, когда все, достигнутое пронырами, было сброшено в воздушный шлюз. - Без повышений живется лучше, поверь мне. Надо было родить любой из ответов, хотя тема Сальма, повышений, погонов и обязательств давно была погружена на склизкое дно, они опять подняли ее, чтобы хоть чем-то занять себя и наполнить кухню, заместив идиотскими разговорами держащуюся у потолка неловкость.

+1

10

По едва не вздрогнул от такого внезапного приступа воспитания, что разобрал Веджа. Дэмерон отдернул руки от кружки с удивленно-возмущенным видом. Еще его по рукам не били! А ведь не били!
Не успел По с умным видом вставить свое “ я знаю, что мастер Селчу был ведущим, а вот что вы…”, как разобиделся на своего воспитателя. По рукам стучит, еще и во вранье на ровном месте уличить пытается! Летун ржавый!
- Того и скажу! Четырнадцать. В моей идентификационке черным по белому написано, между прочим. - хорохорился По и на этой волне, конечно же, удивительно быстро забылся, ляпнув - А когда это ты мне запрещал?
По тот час пришипился и состроил из себя скромного паеньку средней виноватости, которому край стола кажется куда более интересным объектом для созерцания, чем все окружающее.
- Кхм, то есть… я хотел сказать, что вы еще не давали никаких указаний по поводу горячительного. - поспешил исправиться По. Как будто оные не были сами собой разумеющимися. Хотя, теперь, когда всплыла от чего-то внезапная для опекуна цифра “четырнадцать” может быть, как раз было то самое время, чтобы означить все возможные “нет”. Не важно, само собой разумеющиеся они или нет. Корусант в конце концов, это тебе не Явин IV, где в порядке вещей выйти из дома босяком, а за обедом угощаться домашним ягодным вином. Да и на Явине, какими бы простецкими там люди ни становились, лума в обзедетском доступе не было. А тут - глядишь, и будет повод в новообретенной разношерстной компании ровесников в ответ на хвастовство о сломанной ноге залихвастски сообщить, что вот ты упивался лумом… в компании самых крутых ветеранов… И не важно, что “упивался” - значит всего лишь клюнул пару капель - и то, если повезло, а в компании “самых крутых ветеранов” оказался только потому, что один ветеран побоялся оставлять тебя в собственной норе без присмотра, когда шел в гости к другому ветерану… Но все это - мелочи и детали, на которые дети не обращают внимание. В детской компании лучше преукрасить, чем недорассказать.
Тем не менее, испробовать отвратно горчащего лума не дали, так что По теперь только покорно косился на сок и старался не возникать, в то время как старшее поколение принялось обсуждать свои насущные дела. Да и По вовсе не был против развесить уши и основательно их погреть. Пусть в присутствии Тайко Селчу его почему-то неумолимо тянуло хорохориться и всячески казаться чем-то большим, чем он есть на самом деле. Тем не менее пока опасения ляпнуть что-нибудь еще не в попад брали верх над ситуацией и Дэмерон старался особо не отсвечивать по этому поводу.
Мальчишка так и не заметил, как что-то изменилось в ходе беседы. Что-то совершенно неуловимое для него и очевидное для двух старших людей.

+2


Вы здесь » A GALAXY FAR, FAR AWAY » Незавершенные эпизоды » Откуда берутся дети


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC